– Слышь, Гемор, или как тебя там, – вполголоса позвал пират.
– Чего тебе? – поднял голову шимп.
– Я бы на твоём месте не очень-то доверял своему дружку… Он орангутанг, а они считают себя круче нашего брата…
– А с чего ты взял, будто я ему доверяю? – хмыкнул Гемор.
– Просто хотел предупредить… Мне не понравилось, как он смотрит, стоит тебе отвернуться. Словно решает что-то для себя. Такие обожают воткнуть нож в спину, когда меньше всего ждёшь… А потом ещё похвастать своей ловкостью в баре.
Шимп промолчал, чуть сдвинув брови к переносице, но пират знал, что семя упало на благодатную почву. Из уборной донёсся шум спускаемой воды, и в тот же момент в замке заскрежетал ключ.
Шимп моментально оказался на ногах. Кинув на капитана быстрый взгляд, он выразительно чиркнул ладонью по горлу, бесшумно скользнул к дверному проёму и замер, распластавшись вдоль стены и занеся руку с ножом. Замок всё щёлкал и щёлкал – очевидно, люмпены повредили механизм при вскрытии. Наконец дверь открылась. Послышалось раздражённое ворчание де Камбюрадо. Павиан шел прямёхонько в комнату… Но на пороге неожиданно замер. Ноздри его настороженно затрепетали, и в тот же миг Запах, бесшумно кравшийся следом, с силой обрушил биту на голову Себастьяна.
Низкий потолок не позволил ему размахнуться достаточно сильно, и поэтому удар, предназначенный проломить череп, лишь слегка оглушил де Камбюрадо, швырнув его в комнату. Гемор нанёс удар ножом, но чуть-чуть опоздал; и лезвие, вместо того чтобы по рукоять погрузиться в грудь, резануло плечо. Павиан рухнул на четвереньки. Запах шагнул за ним следом, вновь занося оружие, но Себастьян неожиданно резво выдернул что-то из пряжки ремня. Рука его описала быстрый полукруг – и оранг, побледнев, выронил дубину из рук. Внизу его живота вдруг раскрылась широкая ярко-красная щель, на мгновение сделав торс похожим на карикатурное лицо – с сосками вместо глаз и пупком-носом. В следующее мгновение из раны показались внутренности.
Зажимая руками разрез и с ужасом уставившись на лезущие между пальцами кишки, Запах медленно опустился на колени. Де Камбюрадо попытался было встать, но в этот момент на спину ему с воплем прыгнул Гемор, безостановочно нанося удары ножом. Лезвие с явственно различимым хрустом и чмоканьем кромсало плоть. Себастьян охнул, закашлялся кровью, снова рухнул и заскрёб пальцами по линолеуму. Его вытаращенные глаза встретились с глазами Фракомбрасса. Пират успел заметить в них выражение несказанного удивления – и взгляд павиана вдруг как-то отдалился, застыл, подёрнувшись чуть заметной плёнкой. Пальцы его разжались, и между ними блеснул крохотный поясной кинжал-кастет с Т-образной рукояткой и острым, как бритва, треугольным язычком…
– Г-гемор… – дрожащим голосом сказал Запах. – Духи предков… Он меня ранил, ты представляешь? Эта сволочь вскрыла меня, как консервную банку…
Шимп тяжело дышал, скалясь и судорожно стискивая рукоять ножа. Казалось, он не слышал обращенных к нему слов.
– Беги скорее за доктором! – просипел Запах;крупные слёзы катились по его мохнатым щекам. – Ради всех пред…
Гемор шагнул к подельнику, ухватил его за подбородок, с силой запрокинул голову и взмахнул ножом, словно бы срывая галстук. Кровь плеснула на линолеум широкой лентой.
– Убить меня, сволочь, хотел! – прошипел Гемор, глядя на бьющееся в агонии тело. – Прикончить!
Затем его дикий взгляд упёрся в Фракомбрасса.
– Золото! – торопливо напомнил пират. – Я единственный, кто знает, где оно спрятано!
– Золото… – эхом повторил шимп.
Глаза его постепенно обрели осмысленное выражение.
– Проверь у этого парня карманы!
Обезьянец шагнул к телу де Камбюрадо, с трудом удержав равновесие на скользком от крови линолеуме. Не обращая больше никакого внимания на всё ещё дёргающееся тело Запаха, он торопливо обшарил карманы убитого. Как и предполагал Ёкарный Глаз, Себастьян прихватил с собой горсть золотых монет и несколько бриллиантов – так сказать, на карманные расходы. Стоило только Гемору увидеть драгоценности, как самообладание тут же вернулось к нему. В один миг распихав добычу по карманам, он обернулся к Фраком-брассу.
– Где остальное? Только не надо снова петь мне про надёжное место… ГДЕ? – Шимп небрежно поигрывал окровавленным ножом.
– Я же недавно в городе, манки! Я помню, как туда попасть, но не знаю, как оно называется, – нашёлся пират. – В общем, это… Под одним из мостов. Надо брать лодку.
– Лодку, говоришь… – Шимп глубоко задумался. – Ладно, возьмём лодку. Только рук я тебе не развяжу; даже не надейся.
– Как же ты поведёшь меня по улице со связанными руками? – удивился Ёкарный Глаз. – Да нас первый же патруль заметёт! Тебе что, не терпится примерить пеньковый галстук?
Гемор злорадно ухмыльнулся.
– С чего бы это? Идёт себе манки, тащит здоровенный такой чемодан…
– О нет… – застонал Фракомбрасс.
– Ода.
Путешествие в чемодане трудно было назвать приятным… Когда шимп наконец достиг пристани и соизволил открыть крышку, Ёкарный Глаз некоторое время только и мог, что сипло дышать.
– Ну, вот он, твой канал, приятель. Теперь показывай, куда грести, – нетерпеливо бросил Гемор.
Ёкарный Глаз огляделся. Они находились недалеко от затопленных наводнением кварталов. Это место издавна получило название Гнилая Дорожка – кругом колыхались отбросы. Местные жители зачастую сбрасывали мусор прямо в воду, а иногда здесь находили и мертвецов… Пират осторожно развернул в пальцах маленький кинжал де Камбюрадо. Сейчас он мог только радоваться тому факту, что руки его были связаны за спиной и, следовательно, не видны шимпу.
– Туда, – кивнул головой Фракомбрасс. – Там будет такой широкий канал…
– Эй, не вертись! – буркнул Гемор. – Бортом зачерпнём…
– У меня всё тело затекло! – возмущённо откликнулся Ёкарный Глаз, мысленно проклиная утлую лодчонку, реагирующую на каждое движение сидящих в ней.
Давление верёвки постепенно ослабевало. По рукам побежали мурашки. Стараясь делать это незаметно, он слегка пошевелил плечами. Боль заставила его скрипнуть зубами, но он знал, что это хороший признак: мышцы постепенно обретали чувствительность.
– Теперь дуй прямо во-он до того моста, – распорядился пират, кивнув вперёд. – И смотри, не наткнись на речную стражу…
– Ты, видать, по уши в гуано, приятель, если предпочитаешь страже меня! – ухмыльнулся Гемор.
Ёкарный Глаз не стал отрицать очевидного.
– Значит, поделим всё пополам, верно? Это будет справедливо, – фальшивым голосом рассуждал шимп. – В конце концов, если бы не я, ты бы уже отдыхал на дне. Гадкий это конец – захлебнуться, вот что я тебе скажу! Бедняге Запаху повезло куда больше: р-раз – и каюк… Ты же понимаешь, он бы просто не дотянул до прихода доктора, так что я всего-навсего избавил его от мучений…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
