из ПГУ был не в его пользу. Жил он в пределах 3—4 кварталов от американского посольства, место работы и ее характер совпадали и представляли особый интерес для разведки США. Полностью совпадали возрастные и внешние данные как «Радара», так его жены, которая работала с ним в одном учреждении и занималась разработкой антенных устройств, и у них имелся сын.
Правда, были и несовпадения. Так, побывавшие под видом милиционеров в поликлинике по месту жительства Толкачева оперативные работники установили, что гипертонией болела не жена, а сам «Радар». Врачами ему был поставлен общий диагноз: хроническая ишемическая болезнь головного мозга и сердца, гипертоническая болезнь II стадии. Не соответствовал и возраст сына, ему было не 18, а 20 лет. По материалам личного дела, «Радар» не владел и иностранными языками, хотя кандидатский минимум им в 1973 г. сдан на «отлично».
Как свидетельствовали материалы личного дела на Толкачева, характеризовался он исключительно положительно. В НИИРе, в котором он отработал более 30 лет, показал себя квалифицированным специалистом, способным решать самые сложные вопросы, для чего располагал большим объемом технических знаний. В 1981 г. окончил курсы в Институте повышения квалификации руководящих работников и специалистов МРП СССР по курсу «Цифровые методы и устройства», что соответствовало профилю его работы. Всю поручаемую ему работу выполнял аккуратно и в заданные сроки.
Ведущий конструктор НИИ радиостроения Толкачев с самого начала своей работы в данном учреждении был допущен к работам с совершенно секретными документами и материалами особой важности по 1-й форме.
Толкачев является изобретателем, имел ряд авторских свидетельств на изобретения, награждался почетными грамотами и дипломами за активное участие в конкурсах Научно-технического общества радио и электроники имени А.С. Попова. Был активным общественником, являлся членом Добровольной народной дружины, за долголетнюю добросовестную работу в институте ему было присвоено звание «Ветеран труда», он являлся победителем социалистического соревнования ряда лет, был удостоен звания «Ударник коммунистического труда».
В биографии Толкачева, как поведали оперативным работникам материалы его личного дела, был один негативный момент. В сентябре 1983 г. он был задержан работниками милиции в районе метро «Краснопресненская» в нетрезвом виде. Общее собрание лаборатории, где он работал, строго предупредило его за появление пьяным в общественном месте. Толкачев заверил своих коллег о недопустимости впредь подобных случаев.
Положительно характеризовалась по работе и его жена, Н.И. Кузьмина, которая в свободное от службы время посещала Народный университет культуры, являлась членом общества книголюбов, увлекалась театром.
На указанном совещании Ф.А. Щербак потребовал, чтобы предварительная оперативная проверка Толкачева интенсивно продолжалась и после сбора некоторых дополнительных на него данных разработать совместно с ВГУ КГБ СССР углубленный план дальнейших оперативных действий. А так как некоторые признаки не совпадали с данными оперативной ориентировки, то было решено продолжать мероприятия по выявлению других лиц, возможно, попадающих под описание агента американцев, для чего необходимо было еще раз уточнить список предприятий и организаций Москвы, занятых разработкой, созданием и производством радиолокационных систем для боевых самолетов, а также в радиусе 3—4 кварталов от посольства США закончить выявление жилых домов, заселенных работниками авиационной промышленности. Одновременно продолжить анализ данных о разведывательной активности сотрудников резидентуры США в 1979—1985 гг. и их связях среди советских граждан.
14 мая 1985 г. Ф.А. Щербак был на приеме у председателя КГБ СССР В.М. Чебрикова, которому подробно доложил о ходе оперативного розыска по делу «Радара». Виктор Михайлович остался доволен действиями оперативных работников и дал свое согласие на проведение ряда оперативно-технических мероприятий.
На следующий день Ф.А. Щербак докладывал дело «Радара» заместителю председателя КГБ СССР Г.К. Циневу, который также одобрил действия разведчиков.
Проверочные мероприятия. По указанию Ф.А. Щербака 15 мая 1985 г. заводится дело оперативной проверки на Толкачева А.Г. под кличкой «Радист», с окраской «измена Родине в форме шпионажа». Дело оперативного розыска «Радара» прекращалось, материалы его были переданы во 2-й отдел для приобщения к ДОП «Радист».
А в это время составляется план агентурно-оперативных мероприятий по делу оперативной проверки «Радист». 17 мая он был утвержден начальником ВГУ генерал-лейтенантом И.А. Маркеловым и начальником 6-го управления генерал-лейтенантом Ф.А. Щербаком.
В плане в целях идентификации «Радиста» с разыскиваемым американским агентом предполагалось выяснить, к каким конкретным вопросам разработки и создания самолетных радиолокационных приборов имели отношение «Радист» и его жена, а также на какие секретные объекты выезжали они в служебные командировки и какой секретной информацией, полученной во время этих выездов, они владели. Указанные сведения необходимы были для сопоставления с имевшимися в КГБ данными об утечке к противнику информации по этой тематике. В этой же части плана предлагалось получить полную информацию о внешности, состоянии здоровья «Радиста» и его жены, установить, какие иностранные языки он изучал в школе, техникуме и институте, при подготовке к сдаче кандидатского минимума, какие автомашины находились в личном пользовании «Радиста», а также получить планировку его квартиры для установления наличия в ней возможности оборудования помещения под мастерскую, фотолабораторию.
Для выявления и документирования возможных фактов шпионской деятельности необходимо было установить, имеет ли он гараж, дачу, которые могли быть использованы для хранения шпионских материалов, аппаратуры, других предметов, после чего подготовить и провести негласный осмотр рабочего места, квартиры, машин, гаража и дачи. При этом подчеркивалось, что особое внимание контрразведчиков будет обращаться на обнаружение возможных тайников радиопередатчика и других предметов шпионской экипировки, а также ампул с ядом. При осмотре квартиры необходимо было выяснить наличие радиоаппаратуры иностранного производства, на которую могли приниматься односторонние передачи разведцентра, а также печатных изданий с инструкциями, заданиями шпионов и т.д.
Третий пункт плана был посвящен выявлению каналов связи «Радиста», для чего предлагалось установить непрерывное наблюдение с закрытых постов за входом и выходом подозреваемого из дома и с работы, направлениями его движения, а также изучить образ его жизни, распорядок дня, фиксировать все длительные отлучки с работы и из дома, что могло быть использовано им для личных встреч с американскими разведчиками. В плане категорически запрещалось использование радиосвязи как открытой, так и закрытой при работе за «Радистом» наружного наблюдения. При этом возможные действия и маршруты его движения необходимо было сопоставлять с данными о передвижениях и возможными акциями в это же время установленных американских разведчиков.
Учитывая, что американская разведка могла принять меры к негласному выводу «Радиста» за границу, предполагалось обеспечить повседневные поступления информации о месте его пребывания, планов выезда из Москвы в отпуска и командировки.
Нужно заметить, в утвержденном плане указывалось, что все службы и участки мероприятий по ДОП «Радиста» осведомлены в сведениях только в пределах, которые обеспечивали конспирацию и зашифровку как объекта, так и источника получения информации.
