Шередил из Усафзая пошел тем же путем, но зацепился в темноте за какой-то корявый сучок шипового дерева. Тихо выругавшись на пушту, он освободился и тут же замер в напряжении. Тень, которая следовала за ним по пятам, увеличила шаг, и вскоре раздался шепот:
— Ага! Ты с севера… — При этих словах незнакомца Алекс весь напрягся и его рука легла на рукоять ножа, заткнутого за пояс. — Что ты здесь делаешь? Ты патанец, а не индус!
— Я пришел сюда для того, чтобы донести слово истины до моих людей за границей, — зашептал Алекс на хинди. — А ты?
— Я пришел сюда с той же целью. Я должен донести слово истины до Бенгалии, до Берхампура и Муршидабада. Ты из какого пултона?
— Ни из какого. Но зато зять моего кузена служит даффадаром[33] в Гидесе, — солгал Алекс. — Он думает так же, как и мы. А у тебя какой полк?
— Девятнадцатый Бенгальский Пехотный.
Алекс понял, кто перед ним стоит. Это был сипай в отпуске, копейщик, который к тому же пользовался большим влиянием в своем полку, раз был послан сюда представителем. Познакомившись с Алексом, он прошел вперед и скоро растворился во тьме.
Свет от фейерверка то и дело вспышками освещал тропу. Напрягая зрение, Алекс мог заметить, что впереди и позади него в одном и том же направлении идут люди. Тропинка была очень узкая и извилистая, она огибала каждый кустарник шипов, заросли бамбука, дак-деревья и слоновью траву. Люди шли быстро, строго соблюдая приличную дистанцию друг от друга. Нияз осмотрел окрестность острым взглядом опытного разведчика. На пыльной дороге он набросал примерную карту местности, но она не содержала ни единой фактической ошибки или неточности. Поэтому даже ночью Алекс, зная обо всех особенностях рельефа, не мог заблудиться и знал, что его может ждать впереди.
Тропинка, — это была козлиная тропа, — тянулась в джунгли как будто совершенно бессмысленно, между зарослями высокой травы и бамбука. Наконец, она вывела к песчаному склону, по которому можно было спуститься в глубокий овраг. Если посмотреть направо, то было видно, что овраг заканчивается тупиком, но налево он сужался и уводил куда-то вдаль. Алекс следовал за сипаем, с которым повстречался несколько минут назад, держась от него всего в десятке ярдов. Сипай повернул в овраге налево. То же самое сделал и Алекс. Ему показалось, что овраг перегорожен какой-то каменной плитой. Сипай шел впереди, не замедляя шага. Он словно исчез в этой каменной стене! Алекс всю дорогу благодарил про себя Нияза за то, что он так хорошо разведал обстановку. Вот и сейчас он не растерялся, так как знал, что в каменной стене есть узкий ход. Две каменные глыбы, перегородившие овраг, как бы «находили» одна на другую, если смотреть на них прямо. К тому же проход был скрыт от любопытного глаза лесными растениями и корнями деревьев. Только при внимательном взгляде, при свете дня, можно было увидеть проход.
Вид этого оврага неожиданно и неприятно напомнил Алексу о другом овраге, который находился в сотне миль к северо-западу от Оуда. Однажды жарким и солнечным утром семь лет назад какой-то черт дернул Алекса спуститься туда. Тот овраг также был завален скалой. Алекса охватило праздное любопытство, и после недолгих поисков он отыскал в камне небольшую дыру. Когда он пролез в нее, то оказался лицом к лицу с огромным тигром, приближавшимся к скале с противоположной стороны. Ему до сих пор помнились дикие желтые глаза на огромной, покрытой черными полосами морде… Он до сих пор помнил, как дрогнули густые бакенбарды зверя, как он страшно оскалился, как напряглись мускулы перед прыжком… Вдвоем они никак не могли ни развернуться, ни разойтись на узком дне оврага. С Алексом, охотившимся тогда на куропаток, был только его дробовик. Он выстрелил из обоих стволов в упор. Падая, тигр успел задеть его своей огромной лапой, увенчанной острыми когтями. Отметина у Алекса осталась на всю жизнь.
Сейчас старый шрам горел так, будто появился только что. Он знал, что за скальной плитой на этот раз лесного зверя не будет, но знал также и то, что там его подстерегает опасность куда более страшная — человек.
Дыра в каменной плите была такая узкая, что одновременно в нее мог пролезть только один человек. Нияз сообщил ему, что за дырой лежит узкий сводчатый туннель — остатки внешнего входа в крепость, полуразрушенные стены которой были справа и слева, заросшие деревьями и кустарником. Алекс услышал за спиной шорох шагов. Это еще один конспиратор пробирался через завал в овраге. Стиснув зубы, Алекс пошел вперед по туннелю.
Не пройдя и четырех шагов в темноте с вытянутыми перед собой руками, он уткнулся в древко копья, загородившего дорогу. Копье тут же исчезло. Помедлив с пару секунд, Алекс вновь двинулся вперед и услышал, как копье вновь поднялось за его спиной. «Следит за тем, чтобы одновременно проходил только один человек», — понял Алекс.
Он не видел впереди света, и его руки беспокойно скользили по грубой каменной стене. Нияз говорил, что туннель внешнего входа длиной не более десяти шагов. Алекс знал, что на выходе из туннеля его опять проверят. Впереди немного посветлело, черная темень стала сереть… И тут он почувствовал, как что-то коснулось его груди. Это была окованная железом латьи[34], какими обычно вооружены ночные часовые. Почти в ухо Алексу кто-то прошептал:
— Пароль.
— Белый козленок для Кали.
— Проходи, брат.
Латьи освободила путь, и Алекс вышел из туннеля на открытое пространство.
Здесь склоны оврага были круче и уже. Джунгли зловеще нависали над оврагом, вплотную подступая к нему. Здесь было почти так же темно, как и в туннеле. Затем темнота стала постепенно слабеть, и вскоре Алекс увидел впереди свет факела, светивший сквозь кустарник. Внезапно овраг кончился, и Алекс вышел на открытое место перед развалинами древней крепости-дворца.
Свет звезд, полумесяца, зажженных факелов и отблески все еще взлетавших вдалеке ракет фейерверка неровными вспышками освещали стены без потолка и давно рухнувшие колонны, полузаросшие кустами и лианами. Гигантское пипул-дерево расщепляло своим стволом камни помещения, которое когда-то, возможно, было залом для приемов. При таком слабом освещении очень трудно было определить, что за тени попадались под ногами тут и там: то ли лежащие колонны, то ли огромные корни этого лесного гиганта. В Индии полно таких развалин, которые олицетворяют собой останки городов и династий, давно канувших в Лету и в забытье. Теперь здесь были норы змей, лисиц, обезьян и логовища диких кабанов.
Алексу показалось странным, что организаторы встречи заговорщиков решили собраться именно здесь. Впрочем, атмосфера у этого странного места была под стать их зловещим замыслам. И хотя развалины находились меньше чем в полумиле от Канвая и от дороги, найти их случайный человек не мог. Через минуту Алекс понял, что поляна, на которой он оказался, не естественного происхождения — это были остатки каменного двора под открытым небом. Ощетинившиеся шипами кусты и жесткая трава пробили себе дорогу в песчаных плитах двора, но джунгли не смогли пока поглотить его целиком и только окружили плотной стеной, через которую даже лучи солнца не пробивались.
