Через 55 секунд после пуска первая торпеда попала в носовую часть крейсера между якорными клюзами и носовой башней. Вся носовая часть корабля была оторвана. Через перископ Рефорд-Браун увидел яркую вспышку, взметнувшуюся к самым облакам. Через несколько секунд прогремел второй взрыв. Эта торпеда попала в «Бельграно» в районе кормовой надстройки под КДП зенитной артиллерии. Шум винтов третьей торпеды затих вдали, хотя спустя некоторое время послышался металлический лязг, словно торпеда попала во что-то, но не взорвалась. Существует предположение, что она ударилась в борт эсминца «Ипполито Бушар», так как позднее там была обнаружена какая-то вмятина.
После взрывов экипаж «Конкерора» разразился радостными воплями. Это было нарушением дисциплины, но опасаться ответных действий аргентинцев не приходилось. Честно говоря, учебные стрельбы на полигоне были сложнее этой атаки. Рефорд-Браун потом сказал: «Королевский Флот потратил 13 лет, чтобы подготовить меня именно к такой ситуации. Было бы крайне печально, если бы я с ней не справился». Действия командира были высоко оценены – он получил Орден за выдающиеся заслуги.
Все аргентинцы утверждают, что по кораблю словно прокатился огненный шар. Это свидетельствует лишь об одном – крейсер был совершенно неподготовлен к боевым действиям. Все двери и люки, похоже, были открыты нараспашку. Взрывная волна пошла наверх и разрушила кают-компании младших офицеров и старшин. В это время там находилось много людей, и 234 человека погибли сразу. Вода начала заливать кормовое машинное отделение, вышли из строя вспомогательные генераторы. погасло освещение. Запустить помпы не удалось, и вскоре поступление воды приняло неконтролируемый характер. Через 20 минут после попаданий торпед капитан 1 ранга Бонзо приказал покинуть корабль. Из 1093 человек, находившихся на борту, погиб 321. Вскоре «Бельграно» повалился на левый борт, перевернулся и затонул. Последний из ветеранов Пёрл-Харбора не сумел обмануть судьбу еще раз. Аргентинские моряки пели национальный гимн, но имело ли это какой-то смысл в данный момент?
Рефорд-Браун не мог отделаться от впечатления, что все это происходит во время учений в Фаслейне, и ему пришлось подавить желание попросить вестового принести чашку чая. Это была война, и теперь требовалось уклоняться от контратаки кораблей сопровождения. «Конкерор» развернулся на юго-восток и пошел в глубину. Однако делать это было не обязательно, так как аргентинские эсминцы не попытались ни атаковать лодку, ни спасать экипаж крейсера. Они просто удрали. Но благоразумие – основа отваги, и Рефорд-Браун предпочел сохранить в целости лодку, не пытаясь полностью уничтожить все аргентинское соединение, хотя это было вполне возможно. Несколько лет спустя он даже сказал: «Я не думаю, что миссис Тэтчер поблагодарила бы меня, если бы я перезарядил аппараты и уничтожил два остальных корабля». Все-таки затянувшийся мир дурно повлиял даже на профессиональных военных, хотя адмирал Вудвард и заметил, что он давал разрешение атаковать только «Генерала Бельграно».
На следующий день «Конкерор» вернулся на место атаки, и Рефорд-Браун увидел два эсминца, занимавшихся спасением людей. То, что он не атаковал их в этом случае, вполне понятно и оправданно.
В заключение отметим несколько неясных моментов. Иногда говорят, что «Генерал Бельграно», он же СL-46 «Феникс», в третий раз потерял носовую часть. Ничего не могу сказать о столкновении с аргентинским крейсером «9 Июля» (бывший «Бойз»), но в годы Второй мировой войны он был поврежден лишь один раз, когда в 1944 году японская бомба разорвалась рядом с кормой.
Как могли аргентинские эсминцы, шедшие всего в миле от «Бельграно», «потерять крейсер из вида»? Да еще после этого «не найти» его? Здесь вывод совершенно однозначный – командиры «Ипполито Бушара» и «Педро Буэна» просто струсили и удрали, бросив тонущий крейсер и даже не попытавшись контратаковать английскую подводную лодку.
Почему «Бельграно» затонул от попадания всего одной торпеды? Надломленный в районе клюзов нос – повреждение скорее эффектное, чем эффективное. И британские торпеды Мк.8** никак нельзя сравнивать со знаменитыми японскими «лонг лэнсами». Скорее всего, следует говорить об абсолютной неподготовленности аргентинцев и запущенном состоянии корабля.
После этой атаки командующий аргентинским флотом адмирал Аная приказал всем своим кораблям спешно отойти, отменив операцию по перехвату британского соединения. Эсминцы, сопровождавшие крейсер, отправились в Порто-Бельграно (вот ирония судьбы!), а «25 Мая» – в Ла-Плату. Адмирал Вудвард узнал об успешной атаке «Конкерора» лишь в 22.45, получив сообщение с командного пункта флота в Нортвуде. В тот момент он еще не подозревал, что уже выиграл войну. После этой атаки аргентинский флот уже не отважился выйти в море второй раз. Учитывая потери, которые понесли англичане от атак аргентинской авиации, участие флота могло переломить ход битвы, но этого не произошло. Так одна атака одной подводной лодки выиграла целую войну, хотя предстояло еще отбить спорный архипелаг.
Мы столь подробно рассказали об этом эпизоде, потому что он остается первым и единственным примером боевого использования атомной подводной лодки. Обстрел крылатыми ракетами территории Югославии и Ирака можно отнести к карательно-полицейским операциям, но никак не к боевым. Впрочем, дай бог, чтобы эта атака так и осталась единственной.
Но вскоре и англичане понесли первую потерю. 4 мая эсминец «Шеффилд», который был выдвинут перед авианосным соединением в качестве корабля радиолокационного дозора, получил попадание ракеты АМ-39 «Эксозет», выпущенной штурмовиком «Супер-Этандар». Из-за организационной неразберихи на эсминце не были включены РЛС, и о приближении ракеты узнали, только когда увидели дымный след в небе. Ракета ударила чуть выше ватерлинии и прошла в машинное отделение. Там взорвался ее двигатель, но боеголовка не сработала! И все-таки корабль получил тяжелейшие повреждения, самое главное, на нем вспыхнул сильнейший пожар. И здесь неожиданно выяснилось, что современные корабли гораздо более уязвимы, чем старые. Загорелись алюминиевые конструкции, синтетическая изоляция кабелей наполнила отсеки ядовитым дымом. Борьба с пожарами продолжалась 4,5 часа, после чего был отдан приказ оставить корабль, так как возникла опасность взрыва артиллерийских погребов. Пожар продолжался 6 дней, и хотя эсминец удалось отбуксировать из зоны военных действий, спасти его не удалось. 10 мая во время шторма «Шеффилд» затонул, что, несомненно, стало серьезным ударом для его бывшего командира, а ныне контр-адмирала Вудварда.
Англичане продолжали перебрасывать подкрепления в район боев, и число кораблей оперативного соединения достигло 88. Они продолжали обстрелы аргентинских позиций на островах, но высадка десанта постоянно откладывалась. 11 мая состоялся любопытный инцидент. Фрегат «Алакрити» встретил аргентинский транспорт «Исла де лос Эстадос» и потопил его огнем из 114-мм орудия. Кажется, это может быть последний в истории корабль, потопленный артогнем.
12 мая во время атаки аргентинских самолетов эсминец «Глазго» получил попадание 1000-фн бомбой, которая пробила его корпус насквозь, но не взорвалась. Только 21 мая британские корабли во главе с транпортами-доками «Интрепид» и «Фиэрлесс» высадили десант в Сан-Карлосе на острове Восточный Фолкленд. Высадкой командовал коммодор Майкл Клэпп, командующий десантными силами Королевского Флота. Из этого легко видеть, какое значение придавали в Англии этой маленькой колониальной войне.
Аргентинцы были просто обязаны отреагировать на это, и авиация начала массированные налеты. Воздушные бои продолжались весь день, аргентинцы понесли тяжелые потери – 12 «Миражей», 2 «Скайхока» и 2 вертолета, англичане потеряли 1 «Харриер» и 3 вертолета. Но при этом был потоплен еще один корабль – по фрегату «Ардент» нанесли удар одновременно 15 самолетов, что говорит о плохой организации атаки. Фрегат получил несколько попаданий бомбами и вспыхнул как свечка – опять горели алюминиевые надстройки. Только чудо спасло фрегат «Аргонот» – неразорвавшаяся бомба влетела прямо в погреб зенитных ракет «Си Кэт». Не взорвалась и бомба, попавшая в эсминец «Энтрим».
Хотя бомбы и не взрывались, тем не менее корабли теряли боеспособность, в результате правительство Великобритании спешно отменило продажу Венесуэле 3 фрегатов. 23 мая во время очередного налета получил попадание фрегат «Энтилоуп». Бомба опять не взорвалась! Однако, когда к нему на борт прибыли саперы, чтобы обезвредить снаряд, взрыватель сработал. Дальше все пошло по накатанному сценарию: пожары, команда покидает корабль, он тонет. За это аргентинцы заплатили 10 самолетами. Налеты продолжались, 25 мая в день национального праздника Аргентины был проведен особенно сильный налет, в котором участвовали 72 самолета. Попадания получили несколько кораблей, но если фрегат «Бродсуорд» спасся (не взорвалось!), то эсминец «Ковентри» погиб. Он сбил 2 ракетами самолет, атаковавший его, но остальные всадили в него несколько бомб. Всего не взорвались 13 бомб, попавших в английские корабли, и, как заявил маршал авиации лорд Крэйг: «Если бы сработали еще 6 взрывателей, мы проиграли бы сражение».
