— Какой чувствительный малчег! — раздался Ванин голос у него из-за спины.
— Бл@@@@, ребята, хорош издеваться над бедным НПС!!! Вы же мне его окончательно испортите!!! Будет хуже Нахала!
— Х@ем @блю не испортишь! — «сострил» ПартОрГ, и я, закатив глаза к прекрасному звездному небу, понял, что успокоятся парни нескоро.
* * *
— Гребаные неадекваты, — сказал ПарОрГ, отдуваясь на бегу.
— Психи несчастные, — поддержал его Ваня, пыхтя рядом.
— Когда уже научитесь не терять время на всякую херню!? — возмущалась Наташка, сидя на спине у Бррэтта.
Остальные сопели молча. Пятнадцатиминутное отставание от графика стремительно таяло, вместе с Бодростью.
— Полтинник останется — тормозим! — предупредила Лена. — Я не собираюсь подыхать из-за вас, дураков, если там где-нибудь засада!
— Знала бы ты, что теряешь!.. — многозначительно поведала Наташка и погладила Бррэтта по конскому боку.
— Бл@, кому ты рассказываешь! — отмахнулась та. — Ничего там, кроме времени и мозгов, не потеряешь!
Рома в очередной раз заржал, а Ваня возмутился:
— Ну, хватит уже, а?!
— Привыкай, — усмехнулась Лена. — Все, тормозим! Я сдулась!
Все тут же перешли на шаг.
— Оббаф окончательно слетел, — грустно поведал Роман.
— Да ладно, и без него справимся, — ответил Ваня, уходя в стелс.
Левша встала на Бррэтта и, сделав обратное сальто, тоже растворилась в воздухе.
— Рисовщики чертовы, — буркнула Лена, раздавая всем бафы.
До храма мы дошли ближе к утру, даже немного опережая график. Никто нас не беспокоил — ни Серые Сороки, ни мобы, только снег похрустывал под ногами на самых высоких перевалах.
— Тут что ли? — хмуро кивнул ПартОрГ на открывшуюся зеленую долину. Веселость уже давно сменилась рутиной и усталостью. Это у меня было полное погружение, остальные играли из более примитивных коконов.
— По ходу, — я открыл карту, потом глянул на компас, и улыбнулся. — На противоположном склоне.
— Ну что, не кажется, что за нами кто-то наблюдает? — поинтересовался Ромка у кентавра, замыкающего наш отряд.
— Кажется, — ответил тот. — Но разве с Праворукой Левшой и Маркусом поймешь?
— Нет тут никого, — возразил Ваня из-за его спины. — У тебя паранойя.
— Ну да, ну да…
— Муда! — воскликнул эльф, и помчался вниз, к зеленому ковру долины, не обращая внимания на обвалы камней.
Лена кинула ему вслед баффы, на всякий случай, а Роман добавил и парочку своих. Мы начали спуск более спокойно. Я старался держаться в середине отряда, хотя опасности вроде бы не было.
— Пипец напряжение, — вздохнул Саня. — Скорей бы уже.
Я покосился на него. Вот уж не подумал бы, что его, как и меня, бьет мандраж. Но меня-то ладно, а его с какой стати? Или догадывается, но молчит? А, может, понимает, что в очередной раз впрягшись за меня, подставляет клан? Но Сарацин вроде бы в курсе, отчитывался же он перед ним. Значит, мое спасение было одобрено.
Я опасливо посмотрел по сторонам. Интересно, Сороки все-таки пасут нас, или нет? Ответ будет вот-вот вот получен. Я прикусил взявшийся откуда-то хвост и тут же выплюнул его. Мерзкая привычка.
Саня посмотрел на меня и тяжело вздохнул. Я заметил, что Роман подозрительно осматривается, осторожно спускаясь по камннистому склону. Да и остальные, глазели, в основном, по сторонам.
— Нашел! — раздался вопль Вани. — Выглядит как обычная пещера… Давайте сюда!!!
Я глянул на координаты, которые он скинул в чат рейда. А через секунду его фрейм затух.
— Ваншотнули, — констатировал Парторг. — Минимум трехсотый.
— Триста двенадцатый, — ответил ему шипящий голос, и его обладатель, появившись прямо у не за спиной, вогнал копье, пробивая игровую куклу насквозь.
Рейд, как по команде, бросился врассыпную.
— Стоять, зеленый! — осадили меня, вбивая в стан. — Ещё поговорим.
Я замер, продолжая смотреть за тем, как валят наших. Разбоев было, как минимум, трое, и ни одного ниже трехсотого уровня. Меня периодически станили, потом связали. Бррэтта завалили, но он действительно не умер. Прочитав лог, который соответствовал удару по нему, я убедился, что тот снял все жизни, кроме одной. Это порадовало. Каким-то образом система обошла собственное ограничение на смерть НПС.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Где тр-р-ретий вор-р-р?! — раздался вопрос за моей спиной раскатистый бас.
— Не знаю, похоже, потеряли, — ответили ему.
— Переиграл что ли? В поля захотелось?!
— Никак нет! Гомеса вёл Криф, он давно отстал, из соображений секретности не опрашивал… Позывной Ка-шесть, ответь… Ка-шесть, что с объектом, ответь!.. Понял, Ка-первый… — державший меня в стане, ощутимо приуныл.
— Бл@дь, как так?! — возмутился бас. — Ка-первый, вы там совсем попутали? Как он мог его слить?.. Понял, Ка-шестой… Совсем расслабились… Кур-р-рортники, бл@… Бери студента, шеф зовет. Расскажешь ему о своих подвигах, капитан…
По горестному вздоху взвалившего меня на плечо орка, я понял, что на самом деле он, как минимум, майор.
* * *
Завязывать глаза на этот раз мне не стали, дав полюбоваться огромным залом портала внутри не менее огромного замка. Особо не торопились, и счетчик успел отсчитать пятнадцать минут с момента пленения до того, как меня усадили в кресло напротив Иноккентия Юлпатовича.
— Имя у вас — язык сломаешь, — поделился я наблюдениями сразу, как только смог говорить.
— Твоё мнение забыл спросить, молокосос! — грубо ответил орк.
— У вас все, кто старше рядового — орки? Звание обязывает? — спросил я.
Иноккентий Батькович посмотрел на того, кто меня принёс, и вздохнул:
— Позови кого-нибудь помельче. Боюсь, если я его отоварю, скопытится.
— Есть! — свежеиспеченный «капитан» выскочил из кабинета.
— Может быть перейдем к делу? — предложил я. — Или так и будем в игры играть — я задираясь, а вы — расспрашивая про то, как и зачем мы тут оказались?
— Вопросы тут я буду задавать! — отрезал большой начальник.
— И как ты меня уговоришь тебе отвечать? — усмехнулся я. — Шкалу ощущений я на единичку поставил. Даже если ты мне что-нибудь отрубишь, мне пофиг. И я переоделся. Первая встреча с вами стоила мне недешево!
— Сука… Как же вы меня все достали, а… — вызверился вздруг он, грохнул кулаком по столу, и и вышел из игры.
Целых пять минут меня никто не трогал, но потом обладатель сложного ника вернулся, почти одновременно с ещё одним дроу тридцатого уровня.
— Где вы этих уродов плодите, — покачал головой я. — Ты же в курсе, что он может загнуться с одного моего харчка?
— Чего?! — нахмурился Иноккентий, а я плюнул на Блериса, замершего в недоумении.
Ничего не получилось, а жаль.
— Блефует, — понял дроу.
— Это все условия пленения, — вздохнул я.
— Может, так будет лучше? — он ударил мне в нос.
Я заржал, а он взорвался серией ударов.
— Не врет, — доложил он по завершению обработки. — Действительно не больше процента.
— Я что, похож на идиота? — усмехнулся я. — Так поговорим нормально, или будем дальше заниматься херней?
— Свободен, — босс отпустил дроу, и уставился на меня тяжелым взглядом. — Слушай меня внимательно, заигравшийся придурок. Сейчас я отправлю тебя на перерождение, и возродившись, ты сделаешь три вещи. Первое — раз и навсегда забудешь, как ты сюда попал, имена, ники и звания всех Серых Сорок, дорогу в эти горы, название и расположение этого замка. Второе — удалишь контакты орков и Ники. Третье — заставишь всех своих идиотов — соклан сделать то же самое. Ты меня понял?!
— Не до конца.
— Не понял?! — орк зло подался вперёд.
— Не понял, зачем мне это надо!?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Иноккентий хмыкнул:
— Ну, окей, как вы говорите, поторгуемся… Скажем, ты это сделаешь для того, чтобы не оказаться в тюрьме.
Я сделал недовольную морду:
— Так мы не договоримся. Вы не имеете право портить мне игровой процесс. Это записано в пользовательском соглашении. Я с друзьями, орками и Никой, всего лишь игроки, выполняющие квест!
