упраздненной с первых же дней. И то же выражение было на лицах всех членов Временного комитета Думы и тех кругов, которые стояли около них. Говорят, представители Прогрессивного блока плакали по домам в истерике от бессильного отчаяния…»[124]
В ночь со 2 на 3 марта император Николай II, находившийся тогда в своем поезде на станции Псков, отрекся от престола в пользу своего брата, великого князя Михаила Александровича. 3 марта великий князь под влиянием уговоров Родзянко и Керенского отказался принять верховную власть. Во главе России встало революционное Временное правительство, в котором главную роль стал играть пораженец социалист-революционер Керенский[125], что во многом обусловило дальнейший успех деятельности большевиков.
Из названных лиц Козловский, Каменев и Суменсон находились в пределах России, остальные, как уже предрешил германский Генеральный штаб, должны были отправиться туда при первой возможности.
При наличии денег начавшиеся беспорядки, а затем и революция дали большевикам возможность широко развернуть их деятельность. 27 февраля Нахамкес, официально считавшийся только интернационалистом, поторопился организовать Совет рабочих депутатов, столь памятный по работе в 1905 году. В его Исполнительный комитет, кроме Нахамкеса, от большевиков вошли Козловский, Стучка, За-луцкий, Филипповский, а затем приехал и Розенфельд (Каменев). Нахамкес сразу захватил руководящую власть в Исполнительном комитете и умело использовал ее в первые дни революции в немецко-большевистских видах.
В тот же день, 27 февраля, вечером, два молодых человека, сопровождаемые группой вооруженных солдат, явились в типографию «Нового времени» и под угрозой оружия требовали напечатания принесенной ими прокламации ярко большевистского характера. Протесты администрации и рабочих заставили их несколько смягчить тон прокламации, но и в смягченном виде она все-таки вышла большевистской и требовала, между прочим, скорого мира. Немедленный мир, «по телеграфу», без аннексий и контрибуций – вот первый лозунг, данный немцами и брошенный в массу солдат большевиками при начале революции.
28 февраля от имени Совета рабочих и солдатских депутатов появилось воззвание, в котором объявлялось о сформировании накануне Совета из выборных представителей заводов и фабрик, восставших воинских частей, а также демократических и социалистических партий и групп. Воззвание говорило:
«Совет рабочих депутатов, заседающий в Государственной думе, ставит своей основной задачей организацию народных сил и борьбу за окончательное упрочение политической свободы и народного правления в России.
Совет назначил районных комиссаров для установления народной власти в районах Петрограда. Приглашаем все население столицы немедленно сплотиться вокруг Совета, образовать местные комитеты в районах и взять в свои руки управление всеми местными делами.
Все вместе, общими силами, будем бороться за полное устранение старого правительства и созыв Учредительного собрания, избранного на основе всеобщего равного, прямого и тайного избирательного права»[126].
Так вводилась в Петрограде та «власть Советов», которая являлась идеалом власти для большевиков и которая с первых же дней своего существования стала заслонять настоящее правительство.
Совет немедленно стал издавать свои «Известия», редакторство которыми захватил Нахамкес, ловко сумевший использовать самый первый номер. Несмотря на то что Совет не являлся тогда по своему составу большевистским, при номере 1-м «Известий», как приложение, был опубликован большевистский манифест, что имело для распространения большевистских положений большое значение, так как при сразу же установившемся авторитете Совета эти положения получали характер исходящих именно от Совета.
В манифесте давалась следующая формула по самому злободневному вопросу – о войне:
«Немедленная и неотложная задача Временного революционного правительства – войти в сношения с пролетариатом воюющих стран для революционной борьбы народов всех стран против своих угнетателей и поработителей, против царских правительств и капиталистических клик и для немедленного прекращения человеческой бойни, которая навязана порабощенным народам».
1 марта по инициативе Нахамкеса, Козловского и Соколова, группой членов Исполнительного комитета Совета рабочих и солдатских депутатов, от имени этого последнего был опубликован следующий приказ:
«ПРИКАЗ № 1
1 марта 1917 года
По гарнизону Петроградского округа всем солдатам гвардии, армии, артиллерии и флота для немедленного и точного исполнения, а рабочим Петрограда для сведения.
СОВЕТ РАБОЧИХ И СОЛДАТСКИХ ДЕПУТАТОВ постановил:
1. Во всех ротах, батальонах, полках, парках, батареях, эскадронах и отдельных службах разного рода военных управлений и на судах военного флота немедленно выбрать КОМИТЕТЫ из выборных представителей от нижних чинов вышеуказанных воинских частей.
2. Во всех воинских частях, которые еще не выбрали своих представителей в Совет рабочих депутатов, избрать по одному представителю от рот, которым и явиться с письменными удостоверениями в здание Государственной думы к 10 часам утра 2 марта.
3. Во всех своих политических выступлениях воинская часть подчиняется Совету рабочих и солдатских депутатов и своим комитетам.
4. Приказы Военной комиссии Государственной думы следует исполнять, за исключением тех случаев, когда они противоречат приказам и постановлениям Совета рабочих и солдатских депутатов.
5. Всякого рода оружие, как-то: винтовки, пулеметы, бронированные автомобили и прочее, должны находиться в распоряжении и под контролем ротных и батальонных комитетов и НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ ВЫДАВАТЬСЯ ОФИЦЕРАМ, даже по их требованию.
6. В строю и при исполнении служебных обязанностей солдаты должны соблюдать строжайшую воинскую дисциплину, но вне службы и строя, в своей политической, общегражданской и частной жизни, солдаты ни в чем не могут быть умалены в тех правах, коими пользуются все граждане. В частности, вставание во фронт и ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ ОТДАНИЕ ЧЕСТИ ВНЕ СЛУЖБЫ ОТМЕНЯЕТСЯ.
7. Равным образом отменяется и титулование офицеров: ваше превосходительство, благородие и т. п., и заменяется обращением: господин генерал, господин полковник и т. д.
8. Грубое обращение с солдатами всяких воинских чинов и, в частности, обращение к ним на «ты» воспрещается, и о всяком нарушении сего, равно как и обо всех недоразумениях между офицерами и солдатами, последние обязаны доводить до сведения ротных комитетов.
Настоящий ПРИКАЗ прочесть во всех ротах, батальонах, полках, экипажах, батареях и прочих строевых и нестроевых командах.
Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов».
Составление и распространение приказа № 1 явилось самой главной и большой услугой германскому Генеральному штабу. Это было начало разгрома русской армии. Приказ вносил моральный разврат в армию, подрывал дисциплину, обращал солдат против офицеров. Многими могилами своих начальников, друзей и родных обязано русское офицерство авторам этого приказа. Временное правительство не только не оградило армию от него, а еще помогло в этом деле большевикам. Его министр юстиции Керенский был причастен к приказу, как товарищ председателя Совета депутатов. Распоряжением правительственной власти приказ был передан во все армии по прямому проводу из Главного управления Генерального штаба. Изданный вслед за тем Приказ № 2, разъяснявший первый приказ, был уже подписан председателем военной комиссии Временного комитета правительства генералом Потаповым. Опубликованное 8 марта воззвание с разъяснением, что приказы № 1 и 2 относятся только к
