– Да, Джордан, да!
Наконец, содрогнувшись всем телом, она громко выкрикнула имя любовника, доставившего ей неземное наслаждение. И почти в тот же миг Джордан тоже содрогнулся, изливая свою жизненную влагу во влажное тепло ее лона. Потом он вышел из нее и обнял, крепко прижав к своей груди.
Шли минуты. Казалось, целую вечность они лежали вместе и их сердца бились в унисон. Наконец Энни заснула в уютном тепле его рук.
Она проснулась, когда в окна уже светило солнце, и улыбнулась самой себе, вспомнив калейдоскоп событий прошедшей ночи. О, она была… плохой. И Джордан – тоже. Он был очень плохим – и вместе с тем чудесным.
Энни бросила взгляд на противоположный край кровати, ожидая увидеть его спящим. Но Джордан сидел, откинувшись на подушки и обхватив голову руками. Он никогда еще выглядел таким взъерошенным и таким… замечательным. Даже этим утром он был похож на Адониса.
– С тобой все в порядке? – спросила Энни.
Он улыбнулся.
– Немного болит голова, но я это заслужил.
– Принести тебе… чего-нибудь?
– Энни, мы должны поговорить. – Джордан пристально посмотрел на нее.
Энни перекатилась на его сторону, оперлась на локоть и поцеловала любовника в щеку.
– Нет, – заявила она.
– Нет? Что ты хочешь сказать этим «нет»?
– Я хочу сказать, что отказываюсь говорить с тобой. – Энни села и обняла его за шею. – Давай повторим то, что делали ночью.
Джордан осторожно отстранился от нее.
– Дорогая, мне надо держать тебя на расстоянии вытянутой руки. Послушай, вчера…
– Нет! – почти выкрикнула Энни.
Джордан поморщился и прижал пальцы к вискам.
– Прости, – прошептала она, закусив губу. – Я не хотела, чтобы было так громко.
– Скажи мне, пожалуйста, – простонал Джордан, – почему ты отказываешься поговорить со мной?
– Я и так знаю, что ты скажешь, – ответила Энни.
– Правда? – удивился Джордан. – Это очень интересно… Ведь я и сам не знаю точно, что собираюсь говорить.
– Ты скажешь что-нибудь абсурдное, – например, что ты должен поступить честно и жениться на мне. Ну и дальше в таком духе…
– Но я…
– И что ты прямо сейчас пойдешь к Девону и попросишь у него моей руки.
– Что-нибудь еще? – улыбнулся Джордан.
– Да. Ты не пойдешь к Девону, и ты не пойдешь к Лили.
– Откуда такая уверенность?
– А если ты все-таки пойдешь к Лили и к Девону, то я скажу им, что ты взял меня силой. Прямо здесь, в их собственном доме.
– А ты думаешь, – граф скрестил руки на груди, – что Девон тогда откажется отдать тебя за меня замуж?
– Вовсе нет. Просто я думаю, что он будет слишком занят, заряжая пистолет, чтобы задавать вопросы о свадьбе.
Граф побледнел и тихо сказал:
– Ты не посмеешь.
– Нет, посмею. Если ты посмеешь. – Энни откинулась на подушки и натянула на грудь одеяло. – Поэтому мы с тобой заключим соглашение. Ты ни слова не скажешь об этом ни Лили, ни Девону, и я тоже ни слова им не скажу.
– Так просто, да?
– Да, так просто, – улыбнулась Энни. – А сейчас ты должен идти.
– Уже выгоняешь меня?
– Нет, вовсе нет, просто… – Энни закусила губу. – Я представляю, сколько сейчас времени. Полагаю, через пять минут здесь появится Мэри.
Джордан откинул одеяло, подхватил свою одежду и сапоги и помчался к двери.
Глава 41
В очередной раз зевнув, Энни улыбнулась и повернулась на другой бок.
– Да что с вами сегодня происходит, мисс? – раздался вдруг голос Мэри.
Вскрикнув от неожиданности, Энни приподнялась и увидела горничную – та сидела у окна, штопая чулки.
– Я не знала, что ты здесь, Мэри.
– Так я целое утро здесь. Жду, когда вы проснетесь. Проспали уже полдня. Я пришла, как обычно, а вы сказали уходить. Сказали, что вам хочется еще немного поспать. Как же так? Я помню, а вы нет? – Мэри сокрушенно покачала головой.
– Я тоже помню! – пропела Энни, скрыв улыбку одеялом.
– Ну вот… А теперь я помогу вам умыться и одеться.
Энни закинула руки за голову и потянулась. Болевые ощущения были незнакомыми, но очень приятными.
– Да, конечно, давай начнем. – Она отбросила одеяло и спрыгнула с кровати.
– Клянусь, – проговорила Мэри, – что даже не помню, когда видела вас такой счастливой последний раз. А ведь мистера Эгглстона даже нет здесь. Что с вами происходит, а?
Энни сняла через голову рубашку. Утром, еще до прихода Мэри, она надела свежую и поменяла простыни, а порванную рубашку спрятала. Чуть позже она избавится от этих улик.
– Просто я ожидаю, что сегодня будет замечательный день, вот и все. – Энни подмигнула горничной.
В смежной комнате уже была приготовлена ванна, и Энни, кружась, пританцовывая и что-то напевая себе под нос, направилась туда. Она попробовала пальцем воду, потом погрузилась в ванну и скрылась в воде с головой. Мэри, скрестив руки на груди, наблюдала за ней.
– А что именно вы собираетесь делать сегодня? – с подозрением спросила она, когда голова девушки появилась над водой.
Энни закрыла глаза и снова нырнула. Она не хотела говорить об этом. Ведь то, что она собиралась сделать сегодня… О, это было неслыханно, скандально…
Под водой она сложила губы трубочкой и подула, выпуская на поверхность пузырьки воздуха. Сегодня она собиралась уговорить Джордана опять заняться с ней любовью.
Глава 42
Захватив из столовой булочку с чашкой чая, Энни нашла сестру вместе с другими женщинами, приехавшими на вечеринку, в золотой гостиной. Энни впорхнула в гостиную, закусив губу, чтобы скрыть улыбку. Какое удовольствие видеть сестру в качестве любезной хозяйки дома! Похоже, что Лили, о которой когда-то шептались, обсуждая ее скандальный буклет, теперь стала кумиром светского общества. Те же самые женщины, которые ставили под сомнение доброе имя Лили, теперь с радостью принимали приглашение на ее домашнюю вечеринку.
И теперь, когда Лили с Девоном поженились, они пользовались абсолютным уважением в обществе. Что ж, ведь Лили, в конце концов, стала маркизой… К тому же оказалось, что лорд Колтон очень богат, хотя много лет он пытался убедить всех в обратном. Лили с Девоном были приняты в светском обществе с распростертыми объятиями – пусть даже в этом самом обществе считали, что они сбежали в Гретна-Грин, чтобы, подчинившись внезапному порыву, пожениться там.
