населенной планеты, заправиться там и уйти в скачок самому. Аргза, с его невероятно коротким терпением, решил снова рискнуть и выбрать первый вариант. Мысленный голос Сильвенио на такой дистанции достать его не мог, и некому соответственно было уберечь его от глупостей.
Впрочем, потом, размышляя об этом, Аргза приходил к выводу, что даже если бы Сильвенио мог дать ему какой-то дельный совет и даже если бы он его послушался, это бы не сильно помогло, потому что…
Потому что, когда он только принял это решение, внутри полуразрушенного корабля напротив что-то вспыхнуло. Внезапно весь корпус начал резко сжиматься, словно некая страшная сила сминала его бока, как пластилиновую игрушку, и Аргза, к его мимолетному стыду, почти с ужасом ощутил: его кабину тоже неумолимо затягивает куда-то в центр этого невидимого гигантского пылесоса. Генератор черной дыры, ну конечно же. Слаовиш Добальски не мог пройти мимо такой опасной запрещенной штуки, которая в случае его смерти и уничтожения системы жизнеобеспечения корабля автоматически запускала самоутилизацию всего ценного имущества – как непосредственно судна, так и пойманных на нем в ловушку рабов и наемников. А заодно и утилизацию врага, на это самое имущество покусившегося.
Сукин сын остался неимоверно жадным и эгоистичным до самого своего конца.
Аргза выжал максимальную скорость, но у него не получилось сдвинуть кабину ни на миллиметр: чудовищная сила тяготения уже захватила его в плен, и вырваться не представлялось возможным. Хотя искусственные черные дыры были по какой-то причине в разы слабее, чем настоящие, и быстро захлопывались сами собой, но пару-тройку планет они уничтожить вполне могли.
Аргза нервно усмехнулся и закрыл глаза, не желая видеть, как массивное судно работорговца съеживается и превращается в миниатюрную черную точку, а его собственный транспорт начинает вытягиваться и трещать. Пожалуй, разумнее было бы разгерметизировать собственную кабину, чтобы умереть от удушья и кровоизлияния в мозг, а не чувствовать, как все органы сжимаются и распыляются на мириады субатомных частичек, но Аргза Грэн никогда не был трусом. Кем угодно, но только не им.
– Ну что ж… Помолись за меня каким-нибудь своим глупым богам, Лиам, чтобы я мог к тебе вернуться и снова тебя от чего-нибудь спасти. Потому что, боюсь, больше мне сейчас ничего не поможет, – пробормотал он, совершенно уверенный, что тот на таком расстоянии никак не сможет его услышать.
И несказанно удивился, когда в ответ вдруг услышал очень четкое и очень искреннее:
«Да хранит вас святая мать Эрлана, сир…»
А больше он не слышал ничего.
* * *
Существовало одно негласное правило, которое Аргза навсегда усвоил еще с детства: если ты неожиданно проснулся после того, как вырубился в какой-то серьезной передряге (особенно если при этом ты проснуться и не надеялся), – первым делом проверяй оружие. Не целостность конечностей, не провалы в памяти, не наличие вокруг врагов – а оружие: оно-то и пригождается в большинстве таких ситуаций почти сразу: по пробуждении необходимо как можно дальше отогнать всех, кто решил воспользоваться твоей удобной слабостью. Именно поэтому Аргза, придя в себя, не открыл глаза сразу, а сначала на пробу активировал когти, еще даже не вполне ощущая свои руки.
Когти успешно активировались – значит, все остальное в порядке. Более того, сразу за этим раздался слабый треск рвущейся ткани. По мере того как к нему возвращались ощущения, Аргза понял, что лежит в кровати – и только что слегка порезал когтями одеяло или простыню.
Его руку тут же участливо обхватили чьи-то прохладные ладони. Он узнал эти ладони, несмотря на то что сейчас они были затянуты в плотные перчатки, он узнал эти руки, которые так любил целовать, на которые так любил смотреть, которых так любил касаться, узнал за секунду до того, как такой же знакомый голос заботливо произнес:
– Вы очнулись? Пожалуйста, не совершайте пока резких движений, не нервничайте, мы не причиним вам вреда.
Не удержавшись, он резко распахнул глаза.
– Лиам?…
Тонкие синие брови удивленно взметнулись вверх, но вежливая улыбка не изменилась.
– Вам известно мое имя? Да, счастлив представиться, Сильвенио Антэ Лиам, Хранитель Знаний Эрланы, представитель Тринадцатого Совета Порядка. На вашем языке мое имя означает…
– «Серебряный осенний дождь», я в курсе, – пробормотал Аргза машинально и вновь откинулся на подушки, почувствовав приступ головокружения.
Он и сам уже понял, что, как ни странно, обознался: это был не Лиам. Не его Лиам, во всяком случае. Точная копия, но детали разнились и этим выдавали: не наблюдалось такой привычной челки, закрывавшей половину лица, да и само лицо было чистое, без следа памятного паукообразного клейма; волосы были по-прежнему пушистые и невесомые, колыхавшиеся от малейшего ветерка, но уже без длинного тонкого хвоста на затылке; горло все так же скрывал воротник, однако очертаний ошейника не наблюдалось. Но больше всего Аргзу поразили его глаза и улыбка. Не существовало больше затравленного взгляда со следами какой-то вечной печали, исчезли горькие складки в уголках губ, и весь он казался младше, спокойнее. Счастливее. Это был уже не забитый слуга, а человек, живущий в полной гармонии с самим собой и с окружающим миром.
Это был человек, никогда в своей жизни не встречавший Аргзу Грэна.
Черт. Неужели он снова каким-то образом попал на Эрландерану? И наткнулся на родственника Сильвенио? На близнеца, существование которого он как-то упустил из виду во время первого своего визита?
– Неужели вы знакомы с нашим языком? Надо же, я даже предположить не мог… Не примите, пожалуйста, за оскорбление, но вы выглядите совсем как… – «варвар», ясно повисло в воздухе. – …уроженец Архагла. Я думал, там не склонны… изучать чужие языки. Впрочем, прошу меня простить, я опять забываюсь: у вас же, наверное, там все по-другому. Или не все? Если бы я только мог вычислить коэффициент разницы… Но для этого желательно взять одинаковые переменные, а ведь кроме вас эту часть Вселенной жители Архагла и родственных планет не посещали уже около пары столетий… Или, быть может, вы даже не с Архагла и я опять ошибся?…
Аргза невольно рассмеялся, прикрыв глаза, чем прервал его размышления вслух.
– Я с Архагла, ты прав, и я не знаю твой родной язык, просто слышал… кое-какие ваши имена. А теперь, будь добр, скажи-ка: что означает «у вас там все по-другому». У кого – у нас? Где – там?
Тот выглядел смущенным, но и жутко заинтересованным одновременно.
– Вы упали на нашу планету, известную вам как Эрландерана, и сначала мы думали, что это просто обычная авария, так бывает, – начал он издалека. – Правда, нам сразу
