содержат намёк. Очевидно, публика хотела засвидетельствовать своё сочувствие известному автору-актёру по поводу некоторых недавних событий в его личной жизни, и в этом стихийном, даже несколько несдержанном выражении чувств было что-то трогательное».
В конце первого представления друзья толпились в гримёрной. Саша не скрывает своего счастья:
— Я редко был так взволнован, так тронут приёмом публики. Видите ли, моя радость была двойственной, потому что как только я вышел на сцену, мне аплодировали и дружески, и из верности... как будто публика хотела выразить мне своё глубокое сочувствие. Я чуть не заплакал... А потом, в конце, снова раздались такие же аплодисменты, чтобы на этот раз сказать мне: «Браво, нам понравилась ваша пьеса!»
Ещё одна причина для удовлетворения: «Комеди-Франсез», получившая его пьесу «Адам и Ева» («Adam et Ève»), написанную для Сары Бернар и Люсьена Гитри, но так и не сыгранную, даёт серию спектаклей, начиная с 10 мая, в то время как «Воздушные замки» успешно продолжают свою жизнь на подмостках. В этой, не добравшейся до сцены работе, Саша изображает Адама в образе старика, размышляющего о несчастьях людей и их неспособности обрести счастье. И поскольку Адам не помнит, откуда он появился, и видит, что мир идёт к погибели, а закон сильнейшего воцаряется над ним, у него возникает мысль «изобрести» Бога, чтобы попытаться вернуть людей к разуму и тем самым заставить их бояться наказания после смерти! Ева знает об «обмане», но, в конце концов, тоже в это уверует и скажет: «А если это правда?»
Красивая история, к которой нужно отнестись с оглядкой и немалой долей философии, но она разбудила гидру самых преданных почитателей прославленного дома (Comédie-Française или Théâtre-Français, единственный во Франции репертуарный театр, финансируемый правительством, расположен во дворце Пале-Рояль, основан в 1680 году, спустя семь лет после смерти Мольера, и известен так же как «Дом Мольера». — Прим. перев.). Уже то, что они принимают театр Гитри у Мольера, кажется им странным, но, сверх того, осмелиться играть пьесу, в которой насмехаются над религией, что считается недопустимым! Надо сказать, что пьеса игралась с серьёзностью, которая приводила в замешательство зрителей, и это произведение, достойное пера Капю или Алле, которых объединяло большое чувство юмора, заслуживало более лёгкой трактовки...
Мадмуазель Делюбак за несколько недель стала настоящей звездой, и в день своего рождения, наряду с многочисленными подарками, которые приготовил ей Саша, она с удивлением и радостью обнаружила подарки от президента Республики, короля Англии, императора Китая, от Чемберлена и Греты Гарбо! Не меньше... (на самом деле это была восхитительная фантазия Саша, подписавшего множество визитных карточек, которые были рассыпаны среди пудреницы, усыпанной изумрудами, мехов песца и других чудес!..).
Последнее представление «Воздушных замков» состоялось 18 июня. Но, учитывая успех пьесы, было решено, что спектакль возобновят в новом сезоне. Саша в полном восторге. Мало того, что его новая пьеса идёт безупречно, и публика остаётся ему верна, но он продемонстрировал этому Парижу, который осмеивал самого известного рогоносца Франции (об Ивонн говорили, что у неё была жизнь «и Френе») (у неё была жизнь «нарушена» — фонетический каламбур. — Прим. перев.), что рядом с ним снова прекрасная женщина. Жаклин Делюбак, кстати, некоторое время спустя будет признана крупным американским журналом одной из самых элегантных женщин мира!
В своём особняке Саша разделил пополам большую комнату Люсьена элегантной перегородкой. Половина Жаклин была оформлена в стиле Людовика XVI и украшена оригинальными рисунками Фрагонара и сангинами Ватто.
Пришло время подумать о летнем отдыхе, и пара уезжает в Ля Боль (La Baule-Escoublac, Атлантическая Луара), чтобы поселиться в арендованном доме. Однако длительный период «dolce far niente» подошёл к концу, и весёлый отдыхающий думает теперь только о работе, о чём сообщает «баронесса», которую вызывают на курорт с блокнотами и багажом: «Итак, я высадилась в Ля Боле. Жаклин Делюбак пришла меня встретить:
— Баронесса, вы не представляете, что вас ждёт. С нашего приезда сюжеты в нём так и томятся. Всё готово... если я правильно поняла, их уже набралось более десятка для вашего блокнота.
... Я нашла его в игровой комнате, где стоял бильярд. Он с видом великого чемпиона пробовал свои силы в ретро и карамболе:
— Приветствую вас, баронесса де Шуазель... здесь мы и будем работать... вы будете считать очки одновременно с ошибками во всём, что я собираюсь вам надиктовать... У меня голова полна сюжетами... Не знаю даже сколькими... Если я сумею не перепутать акты, пьесы, сцены и всё оставшееся, я сделаю вам подарок... Кстати, нет... я уже делаю вам подарок, приглашая вас на отдых. — Он засмеялся и подмигнул мне: — Мы собираемся всё смешать: убийство, похищение, проститутку, полицейского-сутенёра, корсиканца из Армии Спасения, способного министра, фабриканта дыр в швейцарском сыре, кровосмесительного отца и его сына, маленького, который одновременно и внук его...
— Мсьё, я вас больше не понимаю... вы же пригласили меня сюда не для того, чтобы диктовать мне эти гадости?..
— Чушь собачья?.. Гадости?.. Полноте, баронесса де Шуазель, вы здесь не у Альфреда Савуара! (Alfred Poznanski, известный как Alfred Savoir, у него было прозвище «бульварный Бернард Шоу». Наиболее известна его сатирическая комедия «Восьмая жена Синей бороды» (1921), дважды экранизированная, в 1923 и 1938 годах. Его комедии посвящены романтическим отношениям и откровенно эротически окрашены, потому что, с его слов — «это сродни аппетиту, благодаря чему мужчина раскрывается с забавной стороны». — Прим. перев.).
Я была обнадёжена. Патрон просто позволил себе на минутку расслабиться, чтобы посмотреть на мою реакцию. Моя реакция была в точности такой, какую он и ожидал. Он был счастлив. [...] Несколько дней спустя, стоя над сукном бильярдного стола, который, казалось, его гипнотизировал, он продиктовал мне пять пьес, завершённых, без какой-либо правки, готовых для представления публике. Я настаиваю, потому что это может показаться невероятным. Он фиксировал взгляд на шарах из слоновой кости, вставал на четвереньки, чтобы выбрать угол, менял положение... но диктовал, всегда диктовал!»
В конце июля из Ля Боля Саша привёз пять пьес: «Лис и Лягушка», «Путешествие в рай», «Любовницы королей», «О мой прекрасный незнакомец», «Флорестан I, принц Монако» («Le Renard et la Grenouille», «Un tour au paradis», «Maîtresses de rois», «Ô mon bel inconnu» и «Florestan Ier, prince de Monaco»). Он также хочет отметить первую годовщину их поездки во дворец Трианон в Версале, предложив Жаклин бриллиант размером в такое количество карат, сколько прожито ею вёсен.
Август ведёт их по многим городам, включая и посещение казино, где Саша читает лекцию о женщинах и любви, иллюстрированную отрывками из некоторых его пьес.
Как и было условлено, «Воздушные замки» снова выходят на сцену начиная с 5 октября, а тремя днями позже в театре «Буфф-Паризьен» состоится премьера новой пьесы Мэтра, «О мой прекрасный незнакомец», где в одной из
