– Я совершенно уверен, что слова «кое-как доводить дело до конца» никогда прежде не использовались по отношению к занятиям любовью.
Феба пожала плечами. Ему нравилось наблюдать за побочным эффектом этого жеста.
– Очень хорошо. Пусть это будет на твоей совести. – Она повторила его движение, скользнув вниз по его телу, оставляя след в виде поцелуев. В отличие от первого раза, она не стала обхватывать его возбужденный член своей рукой. Вместо этого Феба встретила его кончик влажным широко раскрытым ртом.
Низкий стон вырвался у Рейфа. Его большая рука опустилась на ее голову, не подталкивая, а просто направляя.
– Я бы не стал просить тебя…
Она подняла голову.
– Фаворит, кто здесь сейчас руководит?
Рейф уронил голову обратно на подушку.
– Я создал монстра, – задыхаясь, произнес он.
Девушка открыла рот и обхватила им разбухшую головку его члена. Она была твердой, округлой и соленой. Феба облизала головку, исследуя ее языком. Рейф издавал низкие, беспомощные стоны, которые ободряли ее. Она обнаружила, что не может взять в рот больше половины его члена, поэтому обхватила рукой оставшуюся часть, чтобы та не замерзала.
Где-то посередине этого маневра девушка случайно пососала его. Болезненного, прочувствованного стона, вырвавшегося у Рейфа, было достаточно, чтобы подтолкнуть ее к дальнейшему изучению. Феба начала скользящими движениями глубоко заглатывать его член, а затем выпускать изо рта, посасывая его, когда он двигался наружу, и облизывая языком – в обратном направлении.
Рука Рейфа болезненно вцепилась ей в волосы, но она проигнорировала это, сосредоточившись на своем занятии. Она шла к чему-то важному, Феба знала это. Девушка увеличила скорость своего метода. Его член увеличивался у нее во рту и в руке, до тех пор, пока ей не понадобилось обхватить его пальцами другой руки, чтобы полностью закрыть. Боже, кажется, он никогда не кончит!
Его округлая головка начала все больше набухать у нее во рту. Еще немного, и она не сможет…
– Черт побери! – Рейф грубо потянулся к ней и оттащил прочь, потянув вверх, затем перекатился, чтобы лежать на ней и между ее бедрами. Он задыхался, когда откинул ее волосы назад, чтобы умоляюще заглянуть в глаза, его взгляд был темным и полным желания. – Сейчас… я должен взять тебя…
Феба раздвинула бедра и положила руки на его ребра.
– Сейчас.
Он обнял ее руками за плечи и с силой вошел в нее…
Боль была резкой и разрывающей. У нее вырвался громкий крик. Рейф застыл.
– Что…
Феба, задыхаясь, оттолкнула его. Он прижал ее ближе.
– Нет. Ш-ш. Если я выйду из тебя сейчас, будет еще больнее. – Он пригладил ее волосы и поцеловал лицо. – Расслабься, милая. Дыши.
Он был теплым и сильным, и, несмотря на внезапную панику, девушка знала, что Рейф не хотел причинить ей боль. Она была в безопасности в его руках. Феба зарылась лицом в его шею и заставила свои легкие вдыхать и выдыхать помедленнее. Если она приложит хоть немного усилий, то боль ослабнет? Так должно быть. Через еще одну минуту острая боль ушла, уменьшившись до тупой, тянущей.
Рейф провел пальцем по ее щеке, смахивая слезу.
– Лучше?
Она фыркнула и кивнула.
– Что это было?
Он покачал головой.
– Это была твоя девственность, моя сладкая. Очевидно, твой Терренс оказался маленьким неудачником.
Феба заморгала.
– Но я провела с ним целую ночь. Мы делали… кое-что.
– А вы делали это?
Она закусила губу.
– Не разговаривай со мной так снисходительно. Конечно же, мы делали это… ну, что-то в этом роде. Терренс немного нажал, а затем…
Рейф покачал головой.
– А затем Терренс Торопыга кончил, не так ли? – Он опустил голову и прижался лбом к ее плечу. – Я мог узнать это, если бы подумал о том, чтобы проверить твою готовность. Даже с опытной женщиной, считается учтивым делать это. – Он покачал головой из стороны в сторону. – Если бы не твой чертовски одаренный рот…
Феба рассмеялась сквозь слезы.
– Не сваливай это на меня, лорд «я совокупляюсь со всем, что вижу» Марбрук! Я всего лишь приличная маленькая девственница из провинции.
Он поднял голову, чтобы с сожалением улыбнуться ей.
– Уже нет.
Девушка положила палец на его губы.
– Ш-ш. Я полагала, что была обесчещена с пятнадцати лет. Я задолжала несколько моментов ложной стыдливости.
Рейф заморгал.
– О. дьявол, надеюсь, что нет! – Он начал выходить из нее.
Раскаленное удовольствие заставило ее задохнуться. Молодой человек снова замер.
– Я причинил тебе боль?
Феба покачала головой, перекатив ее по подушке.
– Сделай это еще раз, – простонала она.
Он прижался ближе к ней, затем медленно, осторожно вошел в нее еще раз. Горячая, тянущая боль уступила место такому потоку мощного удовольствия, что у Фебы перехватило дыхание. Она ощутила, как ее пальцы впиваются в твердые мускулы его рук.
– О да, пожалуйста! – выдохнула она. – Еще!
Рейф нежно поцеловал ее.
– Слушаюсь, моя королева. – Он погрузил свой набухший, твердый член чуть глубже в нее, выходя из нее наружу так медленно, что она вскрикнула от удовольствия, затем двинулся обратно с достаточной скоростью, чтобы снова заставить ее задохнуться.
Феба обняла его руками, нуждаясь в том, чтобы держаться за что-то основательное, когда ее захлестнуло теплое, изысканное море удовольствия. Глубокие толчки, внутрь и наружу, прилив и отлив его плоти внутри нее, которые расширяли ее, отдавались ей, завладевали ею…
Она резко и с трудом приподнялась, а затем полетела, затянутая в водоворот чистого света. Рейф полетел вместе с ней, шепча ей о своей любви, в то время как его сильные руки крепко сжимали Фебу посреди сверкающего трепета ее экстаза.
Глава 41
Феба осознала, что всхлипывает, когда свет начал покидать ее тело. Она сглотнула и спрятала лицо на его груди, ее дыхание все еще было учащенным.
– Я… я была… шумной?
Его низкий смех эхом прокатился по ее телу.
– Не беспокойся, милая. Недавно снова начался дождь. Не думаю, что кто-то слышал тебя.
– Все равно тебе лучше не делать этого снова, – серьезно заявила девушка. – Я рассказала всем в гостинице, что прихожусь тебе сестрой.
Рейф уставился на нее шокированным взглядом.
– Они подумают, что я развращенный тип! Ты завывала, как северный ветер!
Феба рассмеялась и ударила его по плечу.
– Я этого не делала. – Затем она нахмурилась. – Не так ли?
Молодой человек снова усмехнулся.
– Я точно не помню. – Он еще глубже вжался в нее. – Полагаю, что мы можем попробовать еще раз и тогда увидим.
