Снова раздался грохот, и темнота провала опять выгнулась пузырём.
- Есть чем подпереть? - крикнула гостья, беспомощно озираясь кругом. - Скорее!
Андрей суетливо слепил из "киселя" нечто наподобие длинной рогатины и упёрся ею в пузырь, стараясь затолкать его обратно в провал. Повторив его манипуляции, девчонка мгновенно слепила гораздо более толстую, крепкую и ровную палку, на конце которой была не рогатина, а плоская пластина. Из частично спавшего пузыря, над рогатиной, снова выметнулась чёрная тень, но гостья прижала её пластиной, и налегла на палку всем телом. Андрей бросил рогатину и стал ей помогать - вдвоём они затолкали пузырь обратно в щель. Но следующий удар чуть не отбросил их назад.
- Держи! - приказала девчонка, отпустив палку и вытянув руки вверх.
Теловик быком упёрся в пузырь, пытаясь не дать ему выдуться, пока гостья сосредоточенно лепила что-то из "киселя". Но долго сдерживать натиск не получилось: ноги Андрея поехали по земле, и пластину стало выдавливать наружу.
- Отпускай! - крикнула девчонка.
Он выпустил палку, и та отлетела в сторону. Пузырь рванулся наружу, выпуская из середины чёрную тень, но тут откуда-то сверху обрушилась плита. Даже не обрушилась, скорее, молниеносно скользнула вниз, словно нож гильотины, оставив на земле яростно извиваться, будто перерубленный лопатой дождевой червь, чёрное щупальце. Не обращая на него внимания, девчонка принялась бешено махать руками, бросаясь киселём в плиту, утолщая, меняя, переделывая. Удары с той стороны становились всё тише, пока спустя минуту не смолкли совсем. Упавшая сверху плита тем временем превратилась в массивную металлическую гермодверь с колесом.
- Охренеть! - прокомментировал работу гостьи Андрей.
Чёрное щупальце, меж тем, продолжало извиваться и, втыкаясь в кисель острым твёрдым кончиком, перепрыгивало с места на место. Заметив, как далеко оно уже ускакало, теловик слепил из киселя кособокую банку с крышкой и дунул внутрь, закрепляя стенки. Увидев это, девчонка щёлкнула по сосуду пальцем, и он мгновенно выправился, стал прозрачным и затвердел, превратившись в стеклянную банку. Андрей накрыл ею щупальце и, подсунув снизу крышку, поднял и перевернул банку. Кончик принялся бешено стучать по стенкам, явно стараясь вырваться.
- Что это за чертовщина?
- Кусок языка... или, может, клюва?.. в общем, это такое проявление лысоря в чужом ему мире.
- Лысоря? - плотно закрутив крышку, Андрей уставился на гостью: ключевое слово затмило всё остальное туманное объяснение. - Ты - "лампочка"?!
- Ага! - она улыбнулась. - А ты, значит, тоже? раз спрашиваешь?
Он хмуро кивнул, уязвлённый тем, насколько лучше она управляется с "киселём". Теловик сидит здесь уже полгода, а она явилась пятнадцать минут назад и уже всё освоила! Радость от встречи с такой же, как он, посвящённой быстро сходила на нет.
- Меня Вера зовут, - она протянула ему руку.
- Андрей, - буркнул он и, нахмурившись, стал укладывать идеально ровную и прочную банку в свою далеко не идеальную сумку.
- Очень приятно, - так и не дождавшись рукопожатия, сказала она. - А что это за место? Где мы?
- На изнанке, - закончив возню с сумкой, ответил Андрей и наконец поднял на неё взгляд.
Своей решимостью, желанием командовать и непрошеной помощью девчонка живо напомнила ему Вичку, только та была гораздо выше и красивее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- На изнанке чего? Нашего мира?
Теловик лишь пожал плечами.
- Ладно... - Вера кивнула и, оглянувшись, заметила спешившие к ним странные фигуры. - Ой! А это ещё кто?
- Жители. - "Хорошо, они не видели, как она банку мою переделала".
Девчонка была явно года на три младше Андрея, но банку поправила так мгновенно и небрежно, словно это он, наоборот, был малышом, а она - взрослым художником, который взял карандаш и тремя точными штрихами превратил детские каракули в профессиональный рисунок.
* * *
Когда Андрей кратко объяснил прибежавшим обитателям изнанки, что произошло, и их поднявшийся до небес гвалт улёгся, а Мишка-ворон, уразумел наконец, что Вера - вовсе не Святая дева, призрак которой ему недавно являлся, а такая же, как и теловик, гостья из Земного мира, все потихоньку потянулись обратно в деревню. Изнанка развлечениями не баловала, поэтому к месту событий селяне стеклись в полном составе, предвкушая новые интересные времена.
Жители во все глаза таращились на гостью, то отставая, то забегая вперёд, чтобы глянуть в лицо. Одежда тоже вызвала большой интерес, ведь она казалась такой настоящей! Драный Юрик - на вид огромная бродячая дворняга с ногами разной длины - даже подковылял сзади и отхватил зубами кусочек джинсов. От неожиданного рывка гостья вскрикнула и, отпрыгнув в сторону, вытаращилась на наглого пса, жевавшего выдранный клок.
- Извини, - Юрик оскалился в собачьей улыбке, от которой тоже вполне можно было взвизгнуть от ужаса. - Проверить просто хотел.
- И что?
- Кисель, - он плюнул остатки и потрусил вперёд на своих неровных ногах, качаясь, подпрыгивая и проседая, словно танцевал какой-то сложный ритуальный танец.
- Ясно... - Вера нагнулась и провела рукой по джинсам: под её ладонью оторванный клок тут же вырос заново, да так ловко, что все восхищённо ахнули и загалдели, обсуждая увиденное и вспоминая сотворённую пришелицей гермодверь.
Едва увидев идеально гладкую "металлическую" поверхность этой двери и пощупав ровное запорное колесо, "архитектор" Славик буквально засыпал Веру каверзными вопросами, но девушка сказала, что очень сильно устала, и расскажет всё, что знает, потом, когда хоть немного отдохнёт.
Теперь Славик и Андрей угрюмо плелись рядом, слушая, как всем вокруг любопытно, какой же дом сумеет слепить себе гостья.
- Ну, меня просить - ей смысла нет, - грустно пробормотал Славик.
- Это точно, - согласился Андрей, поправляя притороченные к поясу сосуды с формакодами крыс, на которые уже никто не обращал ни малейшего внимания.
Убежавший далеко вперёд Юрик вдруг, чуть ли не галопом - от чего мог в любой миг завалиться! - вернулся, явно осенённый какой-то чудо-идеей. Расталкивая остальных, он подскочил к Вере и, поднявшись на задние лапы, перегородил дорогу, вынуждая остановиться. Сунув гостье в нос передние ноги, Пёс снова осклабился:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- А ноги? Ноги ты мне выровнять сможешь?
"Началось..." - подумал Андрей, многозначительно переглянувшись со Славиком.
