Чарльз удержал за руку Милли, готовую шагнуть на свет. Морок работает, и кто бы ни стоял там, у стены, увидит он немного – размытые силуэты, на которые и глядеть-то не хочется.
– Спасибо, друг.
– Не за что… живи и… если что, то я тебя не видел.
– И я тебя.
– Еда там, вода тоже. Правда, фильтры маленько барахлят, но переберешь.
– Только фильтры?
– Ищи. Что найдешь, то твое.
– А мастерская?
– Закрылась. – Это человек произнес с тоской. – Не слышал о новом законе?
– Каком?
– А… ну да, ныне законов стало как-то слишком уж много. В общем, чтобы мастерскую держать, надобно получить лицензию. А для того – пройти освидетельствование. У Мастеров. Чтоб, значит, подтвердить статус и знания.
Эдди выругался.
– Многие уже ушли. Я вот ждал, думал: может, отменят… но… третьего дня, помнишь Бена?
– Который одноногий?
– Его. Он вроде как закрылся, но людям знающим помогал, как попросят. Кто-то донес… и забрали Бена.
– Суд?
– Был… навесили штраф, а откуда взять, когда все конфисковали в доход города? Ну и пойдет, стало быть, тоннели строить. Нет, Эдди, ты как знаешь…
– А…
– Чтоб освидетельствование пройти, надобно в мастерской поработать. И ладно бы просто даром, так нет… сто пятьдесят золотых! Представляешь? – Возмущение хозяина было вполне искренним. – И дело даже не в этом, мать его…
Он добавил пару слов покрепче.
– Многие пропали, Эдди. Вроде как решили лицензию взять, там с нею и послабления обещали, налоги ниже, право участвовать в аукционах и вовсе продавать продукцию через Верхние Мастерские. И решились. Вышло. А потом пропали. Не все. Некоторые. Из крепких мастеров. Ни про Криворота, ни про Шипа я больше не слышал. Нет, Эдди, что бы тут ни затевалось, оно точно не к добру. Так что мы с Итоном уходим.
– А он…
– Уйдет. И вернется. У него ж поезд. Хотя… я уже начинаю думать, что этот поезд ему надолго не оставят. Рад был повидаться. И… удачи тебе.
Человек выскользнул сквозь щель в стене.
И стало тихо.
В тишине этой было слышно, как потрескивает искра, попавшая под колпак лампы, и гудят трубы в стенах. А еще где-то там, далеко, капает кран.
Или не кран.
Но капает.
– Да уж. – Эдди поглядел на светильники, которые скорее сгущали тьму, чем давали свет. – Честно говоря, не знал, что так… я тут давненько не был, с полгода точно. Но такое…
– Думаю, об этом тоже следует побеседовать, – с тошнотворной бодростью произнес Орвуд. – Но для начала стоит заняться нашим пристанищем. Чарльз, вы сумеете зарядить лампы?
– Сумею. – Чарльз прищурился.
Накопители в системе стояли нестандартные. Да и сама она, питавшаяся от короба, выглядела незнакомой.
– Чудесно. Я тогда займусь плесенью. – Сняв белоснежные перчатки, некромант отправил их в нагрудный карман. – Полагаю, здесь частенько случались выбросы энергии, а вот экранировали помещение давно и защиту не обновляли, отсюда…
Он продолжал говорить что-то еще, заполняя пустоту.
– Тут мастерская была, – сказал Эдди. – Это старый знакомый. Мастер. Не тот, который от основателей, но неплохой. Мы… поладили. Я ему приносил кое-что на продажу.
Вряд ли законного происхождения.
– И брал опять же. Камни… Милли заряжала, хотя это долго, да… туда-назад… тут всегда хватало тех, кто за недорого готов был зарядить камни. А оно вон как вышло.
– Не сдаст? – уточнила Милли.
– Понятия не имею. Сам вряд ли. Он мне кое-чем обязан, а такие люди верят в удачу. Но если возьмут и прижмут, тогда да, запираться не станет.
Что ж, логично.
– Другое дело, что о нашем знакомстве никто и не знает. Так что шанс есть.
Чарльз откинул крышку ящика и вытащил первый из дюжины камней. Крохотный совсем, и Силой заполнился быстро, впрочем, как и остальные. А схема интересная. И сама мысль заменить несколько крупных и дорогих накопителей более мелкими и дешевыми достойна внимания.
Любопытно будет посмотреть, надолго ли их хватит.
Но света стало больше. Хватило, чтобы разглядеть место. И вправду, мастерская, точнее ее остатки. Столы. Какие-то ящики под ними. И другие – на стеллажах, что вытянулись вдоль стены. Массивная туша сварочного аппарата, правда, изрядно закопченного и вряд ли рабочего. Голем, от которого сохранился лишь остов, и то частично.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Плавильная печь.
Дорогая штука, но слишком тяжелая, чтобы тащить с собой. И вряд ли новая, иначе ее бы продали.
– Жилые комнаты на втором этаже, – сообщил Эдди. – Только… он еще та свинья.
И оказался прав.
Глава 5
О теории эволюции, драконах и снах
На втором этаже стойко и резко пахло прокисшим пивом – ненавижу этот запах с детства – и падалью. Я огляделась.
Комнаты две.
В одной, поменьше, нашлось место для огромной ванны, покрытой ржавчиной и какой-то черной слизью. Над ванной из стены выглядывал кран, с которого свисали зеленые нити то ли плесени, то ли водорослей. Пол был черен. И покрыт толстым слоем мусора.
Мамаши Мо нет на этого мастера!
Вторая комната оказалась не чище. Тот же пол, правда с ковром, который к полу прилип намертво. Тот же мусор: мятая рваная бумага, песок, обертки, какие-то железяки, куски ткани, кости и шелуха семечек, огрызки яблок и зачерствевшие до сухого состояния булки. Но зато здесь имелся огромный стол, украшенный золотыми медальонами. С медальонов скалились морды львов, пусть и несколько заросшие черной липкой грязью, но все одно грозные.
Зеркало на тумбе.
Кровать.
Одна. Пусть огромная, с половину комнаты, но одна! И… и ложиться на нее я не рискнула бы. Покрывало пестрело пятнами. Прямо посреди кровати валялась канистра, из которой тихо капала черная жижа.
– По-моему, тут спалить все проще, чем убрать, – сказала я Эдди.
Братец вздохнул:
– Извини, но… сюда точно без нужды никто не сунется. Это место он держал для особых… сделок. А так у него своя мастерская на верхнем уровне. А про это если и знают, то далеко не все.
Может, и так, но уютнее от осознания сего факта не стало.
Уборка.
Ненавижу уборку.
Мамаша Мо полагает, что это явный признак одержимости бесами. Прежде всего – лени. Ибо женщина просто-таки обязана от рождения жаждать порядка. Нет, порядок я люблю, но чтоб вот так его наводить…
Пришлось.
Даже супруг мой мусор собирал, пусть и с прискорбным видом. А некромант, который, небось, тоже не из простых, вдоль стен прошелся. Уж не знаю, чего он сделал, да только щекотно стало, а еще плесень с этих стен сама осыпалась. Кое-где вместе со штукатуркой, обнаживши подгнившее дерево, ну так то издержки, так сказать.
Орк сгреб и вынес ковры. Понятия не имею, куда он их дел, но под коврами обнаружился весьма приличный пол почти натурального цвету. Эдди предположил, что сугубо в теории можно и остальной отмыть – мол, под грязью он тоже натуральный, только замызганный; однако почему-то ни у кого не возникло желания теорию практикой проверять.
– А заклинания нету какого-нибудь? – уточнила я на всякий случай. А то вдруг окажется, что зря мучаемся и можно как-нибудь по-хитрому пальцами щелкнуть, чтобы оно все само взяло и убралось.
Я аж зажмурилась от такой перспективы.
– К сожалению, нет, – разочаровал меня Чарли. – Существуют кое-какие бытовые заклинания вроде бы… точно знаю, что для чистки каминных труб есть. И для решеток тоже. Стабилизирующие. Артефакты, пыль притягивающие, тоже бывают. Но я, к сожалению, ничего такого не умею.
– Жаль. – Я подавила вздох.
Оно, конечно, огненную стену полезно пустить, особенно на мертвяков, но в данном случае это чересчур. Ничего, вот поеду на Восток и выучу.
Или нет?
К утру управились.
Последней, после весьма продолжительной дискуссии, вытащили кровать вместе с матрасом, на котором пестрели странного вида пятна, простынями, что прятались тут же, скомканные и печальные, и подушками.
