Женщина взвизгнула в ужасе и нырнула обратно в свой магазин. Джон втолкнул Ниему в приоткрытую дверь, выхватил пистолет и бросился на мостовую. Первый выстрел ударил в металлическую урну для мусора. Второй выстрел сделал Джон, но нападавший снова исчез в магазине.
— Беги! — сказал Джон и выстрелил по закрытой двери. — Я его задержу.
Ниема полезла было в сумку за пистолетом, но, услышав его команду, бросилась бежать со всех ног, понимая, что малейшая задержка с ее стороны явится только помехой. Впереди нее бежали гуляющие, оглашая воздух криками ужаса и ища укрытие.
Ниема достигла конца аллеи, завернула за угол и прижалась к стене, оглядываясь по сторонам. Джон следовал тем же путем, отстреливаясь из пистолета. Добежав до угла, он схватил ее за руку, и они понеслись по улице, расталкивая испуганных пешеходов.
— Мы бежим в порт? — выдохнула она, переходя на шаг.
— Нет. Надо сперва запутать их окончательно. Я не хочу, чтобы они обнаружили яхту.
Итак, яхта перестала быть для них надежным убежищем. На ее борту секретные агенты, да и сама она, вероятно, засекречена.
Ниема на бегу сорвала с плеча сумку и принялась лихорадочно в ней шарить.
— Что ты делаешь? — спросил он, оборачиваясь. — Направо!
Она повернула направо.
— Пытаюсь достать пистолет, чтобы был под рукой, — огрызнулась Ниема, запихнув пистолет за пояс джинсов, как это сделал Джон, и прикрывая его футболкой.
Вслед им неслись крики и вопли. К несчастью, на улицах все еще было полно туристов, которые оборачивались и провожали их недоуменными взглядами и восклицаниями. Тем, кто гнался за ними, надо было только смотреть, где в толпе возникает волнение и суматоха, чтобы их обнаружить.
— Налево, — сказал Джон, и они повернули одновременно, словно были связаны одной нитью. — Направо. — Если зеваки станут оборачиваться в разные стороны, это вызовет путаницу и им удастся ускользнуть.
Они влетели в маленький переулок. На балкончиках повсюду виднелись горшки с цветами, двери были ярко расписаны, а дети играли на тротуаре в последних лучах солнца. Джон прибавил ходу: надо скорее миновать этот переулок, чтобы увести погоню подальше от детей.
Они свернули направо в узкую аллею, в которую никогда не попадал луч света, им пришлось бежать друг за другом. Улица впереди них погрузилась в тень и была полна гуляющих. Кое-где зажглись фонари.
Кто-то толкнул Джона, как только он выбежал из аллеи в уличную толпу. Ниема сначала решила, что это случайность, но тут ее сзади обхватили чьи-то руки, и она отреагировала машинально, ударив нападавшего локтем в солнечное сплетение. Противник захрипел, и она ловко вывернулась из его рук и ткнула его во впадинку у края глаза. Ей не удалось сделать это под правильным углом, и тем не менее он свалился как подкошенный, корчась и изрыгая рвоту.
Джон схватил ее за руку и потянул за собой. Она обернулась и увидела, что ее противник неподвижно лежит на земле. Тот, кто напал на Джона, полусидел, прислонясь к стене, и тоже не двигался.
— Не оборачивайся, — приказал Джон, не отпуская ее руку. Он бежал вперед так быстро, что она еле поспевала за ним. — Беги, не останавливайся.
Ниема похолодела.
— Я не хотела…
— А он хотел, — коротко бросил Джон на бегу. Они свернули в очередной переулок и оказались в той части города, где улочки вьются и пересекаются, словно спагетти. Впереди показались трое мужчин с оружием наготове. Один из них заметил Джона и Ниему и указал рукой в их сторону. Джон потащил ее в соседний переулок.
— Сколько их? — спросила она, задыхаясь от быстрого бега.
— Много, — мрачно ответил он и двинулся в том направлении, откуда вышли эти трое, надеясь выбежать позади них. Они неслись вверх по узкой живописной улочке с цветочными горшочками на окнах. Старушки выставили свои изделия прямо у дверей — кружевные шали и самодельные горшочки с ароматической смесью из сухих лепестков. Одна из женщин заметила в руках Джона пистолет и пронзительно взвизгнула. Они свернули за угол и очутились в тупике. Ниема развернулась и хотела было броситься обратно, но Джон схватил ее за руку и прижал к себе.
Улочка, из которой они выбежали, моментально стихла: старушки похватали свои поделки и попрятались в домах. Издалека доносились звуки проезжающих автомобилей, однако здесь все замерло.
Луи Ронсар, слегка усмехаясь, вышел из-за угла, держа в руке «Глок — 17». Огромный пистолет он направил прямо в голову Ниемы.
Джон тут же сделал шаг в сторону, но Ронсар не опустил пистолет.
— Стой, где стоишь, — приказал он, и Джон повиновался. — Друзья мои, — промолвил Ронсар, — вы покинули меня не попрощавшись.
— Прощай, — спокойно произнес Джон, по-прежнему не двигаясь и напряженно глядя на дуло пистолета, направленное в голову Ниемы.
— Брось оружие, — сказал Ронсар Джону. Его темно-голубые глаза холодно сверкнули. Джон послушно бросил пистолет на мостовую. — Вы злоупотребили моим гостеприимством. Если бы охранник не застал вас врасплох, вы бы благополучно удалились и я бы так и не узнал, что вы залезли в мой компьютер. Вы ведь сделали это, да? В противном случае вы до сих пор пытались бы туда проникнуть.
Джон пожал плечами. Нет нужды отпираться.
— Да, я получил то, за чем явился. Я скопировал всю информацию и знаю то, что знаешь ты.
— Зачем тебе это, дружок? Хочешь меня шантажировать? Или желаешь стать дилером циклонита?
Ему ответил Темпл. Ниема заметила, как лицо Джона на глазах изменилось и его взгляд стал непроницаемым.
— Тот, кто владеет правом на продажу взрывчатки, получит огромные барыши. К тому же… я и сам хотел кое-где испробовать новое соединение.
— Но ты мог бы купить столько, сколько тебе нужно.
— А ты здорово бы на этом нажился.
— Так вот в чем все дело! Тебе нужны деньги?
— Конечно. Деньги правят миром.
— А она? — Ронсар кивнул в сторону Ниемы. — Она твоя сообщница?
— Я работаю один.
— Тогда кто же она?
— Она здесь ни при чем. Отпусти ее, — спокойно промолвил Джон.
Ронсар тут же нацелил пистолет Джону в лоб и положил палец на курок.
— Не делай из меня идиота, — пригрозил он.
Ниема сунула правую руку за пояс джинсов и выхватила из-за спины пистолет. Ронсар заметил ее маневр и повернулся в ее сторону, но она уже нацелила пистолет ему в голову.
— Возможно, тебе следовало сначала спросить об этом меня, — отчеканила она хладнокровным тоном, достойным Джона Медины. — Брось пистолет!
— Не думаю, — возразил Ронсар, по-прежнему держа Джона под прицелом. — Ты рискуешь жизнью своего любовника. А ведь он не стал рисковать твоей жизнью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
