хочет жениться на Делле, ему нужно самому отменить свадьбу. Боже, что со мной такое, что заставляет так себя чувствовать?
— Насчет меня? Или что ты чувствуешь?
Я качаю головой.
— Откуда ты знаешь, что я чувствую?
— Потому что я тоже это чувствую.
— Отлично, — говорю я. — Да, я передумала насчет тебя. Потому что ты трус. И ты женишься на той, кто тебе даже не нравится. И теперь я не уверена, нравишься ли ты мне.
Он медленно кивает, его брови приподняты, а улыбка стерта.
— Но ты любишь меня. Для любви внешний вид неважен.
Я хмурюсь. Он прав. Но если чувств нет — этого достаточно, чтобы бросить его. Любви, где есть только ссоры, не бывает.
— Попроси меня бросить ее, — выпаливает он.
Его слова обескураживают. Я не хочу умолять его делать это. Это все неправильно. Приезжать сюда — было ошибкой. Я качаю головой.
— Нет, Кит. Я не стану этого делать. Если хочешь бросить ее, сделай это сам. С твоей стороны нечестно просить меня об этом.
— Элена, однажды я приехал к тебе; последовал за тобой в Порт-Таунсенд. Никто не тащил меня туда насильно.
В некотором роде — это правда. Я подношу руку ко рту и надкусываю один из проводов. Хочу освободится от них, но боюсь, будут неприятности. Грир, вероятно, в этот момент ужинает. Может быть, лососем с ризотто…
— Элена! Я знаю, что ты делаешь. Сфокусируйся.
— О боже, боже, боже! — Я потираю виски. — Где медсестра? Разве она не должна была проверить меня?
Он касается моего лица и это успокаивает. Не могу сдержать слез, когда смотрю на него.
— Ты думаешь, что я сдался, потому что тогда ты сможешь сбежать и быть с хорошим парнем.
— Нет, — протестую я, но слабо.
— Элена, остановись… — Он убирает мою руку ото рта и хватает меня за подбородок, заставляя посмотреть на него. — Скажи, наконец, мне правду.
Я отстраняюсь.
— Нет! — В этот раз увереннее.
Он наклоняется и прижимается своим лбом к моему, закрывая глаза.
— Элена… пожалуйста.
И я сдаюсь.
— Я должна была стать художником-иллюстратором, — шепчу я. — И твоей женой. И мы должны были уехать на чертовом синем поезде! Я до сих пор вижу тот проклятый сон, Кит. Но я хочу проснуться, слышишь? — Я рыдаю, словно маленький капризный ребенок. Он прижимается лбом к моему.
—Так, почему ты пытаешься проснуться?
Как мне ответить на это?
— Я кое-кого встретила, — говорю я. Кит напрягается. Он не смотрит на меня, отстраняясь.
— Кто же он?
— Тот, кто завтра не женится на моей бывшей лучшей подруге.
Он сидит, все ещё зажав руки между колен, и смотрит на стену.
— Как его зовут?
— Какая разница, Кит?
— Для меня это важно. Сама знаешь.
— Он на многое открыл мне глаза. Мне не нужно объяснять ему, почему я приехала сюда, к тебе. Я больше не хочу убеждать кого-то быть со мной. Меня и убеждать не надо было. Это был вопрос времени. Нам просто его не хватило.
Он медленно кивает.
— Значит, ты не хочешь быть со мной? Ты это пытаешься сказать?
— Говорю, как есть. Я выбираю его.
Не могу поверить, что сказала это. Я была неправа, что приехала. Здесь у него есть Энни, Делла, семья. Я бы не стала причинять им боль.
— Кто теперь трус, Элена?
Он встает, и я съеживаюсь. Я хочу к маме. Странно, правда? Ведь я ее даже никогда не любила.
Кит выходит за дверь, и через две секунды входит Джун с широко раскрытыми глазами и открытым ртом.
— Он… — говорит она, оглядываясь через плечо. — Элена?
Я качаю головой.
— Ничего. Пустяки. Ему нужно жить своей жизнью. Со своей семьей. Я сказала ему, чтобы он уходил. Я неправа, знаю, и чувствую себя дурой.
Джун кладет руку мне на плечо.
— Дурой?
— Да… Джун. Боже. Я проделала весь этот путь сюда…
Джун качает головой.
— Черт, Элена… дерьмо.
— Что?
Она опускает голову на руки и садится на край кровати.
— Ты все проспала. Свадьба уже прошла… точнее, должна была состояться вчера. Он все отменил. Они так и не поженились. Из-за тебя.
Я вырываю иглы из руки и свешиваю ноги с кровати. В этот момент входит медсестра. Яне успеваю сделать и шага, как она ахает и толкает меня обратно на кровать. Что за черт?
— Где ты была десять минут назад? — кричу я. — Найди его, Джун. Пожалуйста!
Сейчас Джун похожа на оленя, попавшего в свет фар. Она кивает, выходя из комнаты.
— Что мне ему сказать? — Спрашивает она меня.
Я вздрагиваю, когда игла пронзает кожу.
— Расскажи ему о сне. Скажи, что нашу дочь звали Брэнди. Объясни, что мне очень жаль и я люблю его.
Глава 48
#КОЛА
Это то, чему я научилась. Куда бы вы не пошли, где бы не находились — от себя не убежишь. Разница в том, что если бежать, то не забудьте про меч, который поможет вам при встрече с врагами. Иногда враг может оказаться, и ты сам; иногда будут те, у кого есть сила причинить вам боль. Сними обувь и перестань бегать. Живи и, черт возьми, борись. Я бежала от своих чувств — тех, что испытывала к Киту, от чувства вины. Я думала, что если поставлю между нами стену, чувства исчезнут. Я должна была встретиться лицом к лицу с собой с самого начала.
Джун не нашла Кита. Никто не может. Он выключил свой телефон и исчез. Дэлла звонит мне в истерике, когда я выхожу из больницы на следующий день, требуя признаться, что я с ним сделала. С ним. Как будто он не мог выбрать меня. Мне пришлось использовать магию или что-то в этом роде.
— Я ничего не делала, Делла. Я даже не такая красивая, как ты. — А потом бросаю трубку.
— Думаю, пришло время покончить с этим, — говорит мне Джун. — Кажется, он сделал выбор между вами двумя.
— Черт, — говорю я. — Стоит ли мне перезвонить и извиниться?
— Ну уж нет, — говорит она. — Она
