– Ребята, а у меня к вам предложение, – сказала Таня во время обеда, пытаясь сменить тему, она не желала в своем доме слушать, как прекрасно готовит Алиса. Мэган по-прежнему обижалась на Таню за то, что она уехала в Лос-Анджелес, и еще несколько месяцев назад сказала матери, что вне зависимости от того, что произошло между отцом и Алисой, вина за развод лежит на ней. Слышать это было невыносимо, но Мэган и вправду так считала. – Нас приглашают во время рождественских каникул в плавание по Карибскому морю на потрясающей яхте. Все тут же уставились на нее.
– А кто? Какая-то кинозвезда? – оживилась Мэган.
– Продюсер, с которым я работаю, Дуглас Уэйн. Яхта будет стоять в Сент-Бартсе. Мы полетим туда на его самолете.
– А с чего это вдруг? Вы с ним встречаетесь или чего? – спросила Мэган, в которой тут же вспыхнула подозрительность из-за такого щедрого предложения.
– Нет. Мы с ним просто друзья, но я думаю, что со временем может получиться и так.
Тане не хотелось рассказывать детям о том, что Дуглас говорил о браке и сказал, что любит ее. Для нее все это было слишком неожиданно, а для них тем более. Таня хотела, чтобы они сначала познакомились с Дугласом, прежде чем она поставит их перед фактом. Да ей и самой требовалось время, чтобы привыкнуть к этой мысли.
– Мы можем поехать сразу после Рождества и встретить Новый год на яхте, – осторожно произнесла она.
– А как же папа? – поспешила выступить на защиту интересов отца Мэган.
– Я вообще-то собирался с друзьями в Скво… – с сомнением протянул Джейсон. Он задумался над Предложением, пытаясь решить, что же будет лучше. Впрочем, он быстро принял решение. – На самом деле я, пожалуй, поеду.
Джейсону всегда нравилось море, а перспектива поплавать на яхте по Карибскому морю была слишком заманчива, чтобы устоять перед ней.
– Я останусь с папой, – выпалила Мэган, просто из духа противоречия. «Куплю билет и назло кондуктору пойду пешком», – как любил говорить Джейсон, когда Мэган спешила сжечь мосты, а с ней такое случалось часто.
– Ты можешь сказать мне, если передумаешь, – мягко произнесла Таня и повернулась ко второй дочке. – Молли, а ты что думаешь?
– Я поеду с тобой, – Молли улыбнулась. – По-моему, это клево. А можно будет взять с собой друзей?
Таня сглотнула.
– Думаю, это будет невежливо. Может быть, если он пригласит нас еще, но не в первый раз.
Дети должны были провести канун Рождества с отцом, а само Рождество с ней. Таня предложила поехать в Сент-Бартс двадцать шестого, а вернуться первого января, поскольку второго им пора было возвращаться на учебу. То есть получалось, что они проведут на яхте пять дней, что могло оказаться вполне достаточно для Дугласа и в то же время доставило бы немалое удовольствие детям. Кажется, все были довольны, даже Мэган – тем, что не едет.
В общем, они вкусно поели и хорошо провели День благодарения. На следующий день дети отправились к отцу. После их ухода дом опустел, но в субботу, с их возвращением, снова ожил. Они не говорили о Питере, к облегчению Тани. Дуглас позвонил ей в пятницу, и Таня сообщила ему, что дети решили ехать с ней.
– У нас будет перерыв в работе до восьмого января, – напомнил Тане Дуглас. – Может, мы отошлем твоих детей самолетом, а сами останемся на яхте еще на несколько дней до седьмого числа? Тогда мы сможем немного побыть наедине.
Это прозвучало так, словно у них уже сложились определенные взаимоотношения, но Таня еще не знала, решится ли она. Но Дуглас, как всегда, все планировал и все организовывал. Ему необходимо было контролировать свой мир.
– Ты очень добр к нам, Дуглас, – с признательностью произнесла Таня. – Мои дети просто в восторге. Ты уверен, что тебе это не доставит хлопот?
– Ну, им же, слава богу, не по четыре года, – рассмеялся он. – Ничего со мной не случится. Я охотно познакомлюсь с ними и с удовольствием проведу время с тобой.
Сейчас он говорил о ее детях куда спокойнее, чем когда-либо прежде, но Таня невольно задумалась, как же он на самом деле относится к присутствию тинейджеров. Дуглас был абсолютно непривычен к обществу детей и не раз заявлял, что питает к ним антипатию. Таня лишь надеялась, что с ее детьми ему нетрудно будет поладить.
– И мне тоже будет приятно провести время с тобой, – с чувством сказала Таня. Похоже, это было чистой правдой.
– Когда ты возвращаешься? – поинтересовался Дуглас.
– Мы с Молли прилетаем в воскресенье четырехчасовым рейсом. Сын и дочь едут на машине. До гостиницы я доберусь к шести.
– Давай я принесу что-нибудь на ужин? Надеюсь, мне удастся придумать что-нибудь поинтереснее китайских закусок. Карри или тайская кухня. Как ты на это смотришь?
– Меня устроят и хот-доги. – Теперь Тане не терпелось увидеться с Дугласом. В ее жизни начали происходить волнующие перемены. Дуглас поцеловал ее, признался в любви, заговорил о браке, и они собирались вместе отдохнуть на его яхте. Немало для нескольких дней. У Тани голова шла кругом, и ей казалось, что она трепещет, стоя на ветру.
– Я подойду к семи. До встречи. Да, Таня…
– Что?
– Я люблю тебя, – мягко произнес Дуглас и повесил трубку.
Таня потрясенно огляделась вокруг. Как изменилась ее жизнь!
Глава 18
Когда воскресным вечером Дуглас появился в бунгало номер два, он выглядел раскованным и счастливым. Он принес с собой несколько индийских блюд с карри, которые распространяли аппетитный аромат. Таня разложила блюда по тарелкам и, расположившись за столом, начала рассказывать Дугласу, как прошел уик-энд. Она рассказала о детях, о своем доме и о том, каким пустым выглядел дом, когда она вошла в него, – словно опавший лист прошедшего лета, ломкий, сухой и выцветший. Таня созналась Дугласу, что она не понимает, где она живет, какому месту принадлежит. Сейчас домом для нее стало ее бунгало – с ним не было связано никаких болезненных воспоминаний. Питер появился здесь всего однажды, и то только на два дня. Остальное время оно принадлежало ей целиком и полностью.
После ужина Дуглас сел на диван рядом с Таней и обнял ее, и они продолжали разговаривать, как старые друзья. И все же теперь они были в новом пространстве – их отношения постепенно переходили в другую стадию. Дуглас уже не был всего лишь добрым другом, его внимание, его нежность меняли все. Дуглас стал близок Тане, она уже не представляла свою жизнь без его присутствия.
Рука Дугласа лежала на плече Тани, а потом они начали целоваться. Его страстность быстро передалась Тане, и она обнаружила, к собственному удивлению, что отвечает на его поцелуи с не меньшим пылом. Таня думала, что эти чувства умерли в ней с уходом Питера, и вот теперь обнаружила, что они все еще живы. С каждой секундой она все яснее понимала, что ее влечет к Дугласу. В нем было нечто необыкновенно чувственное и мужественное, и теперь, когда он больше не сдерживал себя, он сумел и в Тане разбудить ответную реакцию.
