- Ну? - спросил Илья, сузив глаза и приготовившись отразить первый удар. - Давай, разговаривай.
Они обошли его с трех сторон, отрезав путь к отступлению. Черт возьми, у него нет ни единого шанса - один против четверых здоровых парней не выстоит, это понятно. Ребята и вправду были здоровые. Все как на подбор. Илья закусил губу - что-то вроде страха шевельнулось внизу живота. Мелькнула мысль: а не отдать ли им телефон просто так? Все равно отберут.
- Ну что, страшно? - развязно спросил парень, вышедший из машины первым.
Илья медленно покачал головой.
- А напрасно, - усмехнулся парень. Первого удара Илья ждал конкретно от него, но ударили сбоку, в левый висок. Он заметил движение слева и поставил блок, но у него было только две руки - сразу успел пропустить три увесистых удара в лицо, но и сам вломил кому-то из них не так уж слабо - один из нападавших отлетел в сторону, держась за разбитый нос. Если каждого из них можно вывести из игры одним метким ударом, то не все еще потеряно! Он обольщался.
Ребята метили в голову и даже не пытались держать его за руки, надеясь на численное превосходство. От каждого удара ориентация в пространстве становилась все хуже, движения теряли точность и замедлялись, земля плыла под ногами. От удара в подбородок снизу вверх рот наполнился кровью и перед глазами качнулось небо. Илья чудом устоял и ответил из последних сил. Не промахнулся. Но справа ударили в висок: дорога, деревья, лица нападавших побежали вокруг в дергающемся хороводе. Илья начал оседать вперед, но еще один хук в подбородок откинул его назад. Все. Теперь он уже не знал, где верх, а где низ, стоит он на ногах или лежит на дороге. Мелькнула мысль, что надо прикрыть голову, иначе его, чего доброго, убьют. Сопротивляться в этом положении было бессмысленно, оставалось ждать, когда ребята вволю натешатся.
Ну что же им надо? Забирайте телефон, деньги, все же ясно! Зачем же так-то? Сколько же можно?
Неожиданно он почувствовал, что его отрывают от земли и отводят руки от лица за спину. Через секунду он оказался стоящим на коленях, кто-то держал его руки, а кто-то за волосы поднимал его голову вверх. Илья никак не мог сфокусировать взгляд - склонившееся над ним лицо расплывалось и подергивалось в сторону.
- Ну что, тебе все понятно? - спросило расплывавшееся лицо.
Илья долго думал, чего от него хотят, а потом искренне ответил заплетающимся языком:
- Не, наверное, еще не совсем…
Кулак влетел ему в нос неожиданно. Из глаз брызнули слезы, кровь тут же полилась в глотку, Илья захрипел и закашлялся, пытаясь нагнуть голову вперед, но держали его крепко.
- А теперь? - услышал он и только через несколько секунд сообразил, что это спрашивают его и надо бы что-нибудь ответить.
- Что «теперь»? - переспросил он, сглотнув кровь.
- Теперь тебе понятно?
Наверное, надо ответить «да», и тогда от него отстанут. Но что же им все-таки нужно?
- Чего вы хотите? - выдавил Илья.
- Нам сказали, ты лезешь не в свои дела и не хочешь принимать выгодные предложения.
Ах вот оно что! Илья хотел рассмеяться, но не смог.
- Не хочу. Принимать предложения.
- Значит, еще не понял.
Его руки отпустили, завалили на землю и продолжили бить ногами. Илья обхватил голову и прижал колени к животу, прикрывая ребра. Ну что же это такое! Да как же им не надоест? Ну что ему стоило сказать «да»? Ведь это ничего не меняет!
Кричать? Умолять? Да не дождетесь… Илья сильней стиснул зубы, без успеха пытаясь сдерживать стоны, которые становились все жалобней и громче, срываясь на крик.
Он не заметил, когда его перестали пинать и снова оторвали руки от лица, на этот раз не пытаясь поднять с дороги.
- Ты меня слышишь? - к его глазам приблизилось лицо. Илья никак не мог разглядеть его целиком: то он видел губы, то нос, то глаза, но в единую картинку это не складывалось.
- Алло! - кто-то взял его за подбородок.
- Я слышу, - прошипел Илья.
- У тебя есть три дня на решение всех проблем, ты понял? Через три дня мы будем мочить тебя монтировками, а не ногами, ты понял?
Губы перед глазами Ильи поехали назад, закружились, как и все вокруг. Он опустил веки, не в силах уследить за мелькающим пространством, но темнота кружилась еще сильней. Вереница золотых и серебряных огней бежала каруселью, набирая обороты, и когда превратилась в светящийся вихрь, тошнота подкатила к горлу.
Сколько времени Илья валялся на дороге, пережидая боль и головокружение, он с точностью сказать не мог. Ну что ж, не так уж и страшно… Могли бы не предупреждать, а сразу начать с монтировок. Четверо юнцов - это лучше, чем пара профессиональных костоломов. Впрочем, похоже, все еще впереди. Что ж, Залесский и так долго терпел, странно, что этого не случилось раньше. Видимо, долго не мог решиться.
- Ой! - услышал он женский голос. - Человек лежит!
- Да он пьяный, - брезгливо ответил второй, - пошли быстрей.
Ну да, кто еще может валяться на дороге в своей блевотине, как не пьяница? Над головой кружились комары и противно зудели в ушах. Илья попробовал шевельнуться - это было больно. Ну не лежать же здесь всю ночь, пугая загулявших девчонок? Он оперся на руку и попробовал сесть. Не получилось. Пришлось повернуться на живот и встать на четвереньки. Руки тряслись, и начали стучать зубы. Стоять на разбитых коленках показалось очень неудобным. К тому же снова закружилась голова и затошнило. Да, долго ему придется добираться до избушки! Он поискал глазами сумку - она валялась шагах в десяти от его головы, на обочине. Он встал на колени и постоял немного, привыкая к вертикальному положению. По крайней мере, голова кружилась не настолько сильно, чтобы потерять равновесие.
Илья поднялся на ноги и шагнул к сумке. Получилось неплохо, он сделал еще два шага, шатаясь из стороны в сторону. Ноги ломило нещадно. До сумки, пожалуй, он доковыляет, а дальше - вряд ли. Разве что на четырех костях. И ведь как назло именно эти четыре кости пострадали сильней всего!
Он опустился на траву рядом с сумкой и поискал в боковом кармашке мобильник. Хорошо, что он не оставил телефон в брюках, его бы наверняка разбили вдребезги.
Мишка долго не снимал трубку, и Илья начал беспокоиться, что звонок разбудит Сережку. Наконец Мишка ответил:
- Ну чего тебе среди ночи надо?
- Я, конечно, прошу прощения, - усмехнулся Илья. Голос его был хриплым и дрожащим.
Мишка немедленно просек, что дело нечисто:
- Илюха, что-то случилось?
- Да тут, понимаешь… это… меня долго и больно пинали ногами… И мне не дойти до дома.
- Ты где? - Мишка окончательно проснулся.
- Я около пляжа, на повороте.
- Я сейчас иду! Погоди, я бегом! Я через десять минут буду!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
