бой. Ее огромные башни развернулись в сторону берега и она начала точными залпами громить вражеские колонны, находящиеся за сорок – пятьдесят километров от линии фронта. Потери понесенные немцами от ее огня никто никогда не мог точно подсчитать. Изестно лишь то, что они исчислялись многими тысячами людей, сотнями и сотнями едениц танков и другой техники. 30-я батарея была становым хребтом всей севастопольской обороны, а потому руководивший штурмом города фельдмаршал Манштейн присвоил ей свое собственное название: "форт Максим Горький". В своих мемуарах "форту Максим Горький" Манштейн отвел немало места и менуя его "своей самой большой головной болью" за Крымскую кампанию. А поэтому весь период обороны Севастополя над "Максимом Горьким" ежедневно кружили сотни бомбардировщиков, но зарытая в скалы и закованная в бетон батарея была неуязвима для бомб. Тогда для того, чтобы одолеть "тридцатку" из Германии по железной дороге были доставлены мощнейшие свехорудия: 460-мм "Карл" и 600-мм "Дора", снаряды которых весили более двух тонн. То была дуэль гигантов! Но и "Карлу" с "Дорой" не удалось заставить замолчать пушки Александера. Хуже того, наши артиллеристы быстро пристрелялись к сверхорудиям и боясь их потерять, немцы по добру-по здорову убрали своих монстров от Севастополя.
Однако шло время, силы защитников истощались и кольцо осады все равно сжималось с каждым днем больше и больше. 30-я батарея стреляла по врагу непрерывно, пока, наконец, не закончились боевые снаряды, а сама "тридцатка" не была окружена. Тогда батарейщики повели огонь стальными учебными болванками. Если такая балванка попадала в танк то его разносило в куски. Когда же закончились и болванки, а враг уже был на подступах к батереи, то артиллеристы опускали стволы к земле, выскакивали из укрытий с лопатами в руках и закидывали ими в стволы камни. Когда же не стало и камней, а враг подошел вплотную, батарея вела огонь пороховыми зарядами. Форс пламени, вырывавшийся из стволов при таком выстреле, сжигал землю и людей на целый километр. Но затем закончился и порох. Тогда батарейцы и отступившие к ним морские пехотинцы, заперлись в своей подземной крепости. Ворваться во внутрь немцы не смолги. Тогда они начали лить в подбашенные отделения и вентиляционные шахты горящий бензин, пустили газы. От этого спасения уже не было. В подземных помещениях и коридорах погибло тогда более семисот защитников батареи. Однако наверх не вышел ни один! Прорваться через канализационный тунель удалось выбраться только майору Александеру с несколькими бойцами. Но вскоре и они были схвачены и ыданы немцам местными татарами. Когда немцы, узнали, что в их руках сам командир "форта Максим Горький, который к тому же является немцем по национальности, Александеру предложили перейти на службу в вермахт. Александер отказался от этого предложения и тут же был растрелян вместе со своими подчиненными. Впрочем, о событиях последних дней обороны батареи и сегоднямы знаем очень и очень немного, ибо свидетелей тому нет. Из защитников "тридцатки" в живых не осталось ни одного! Захватив Севастополь, немцы сразу же обследовали подземные сооружения 30-й батареи, однако, там их что-то сильно испугало и от использования уникального форта, не смотря на большую нужду в нем, они полностью отказались. Почему? Это осталось тайной!
После освобождения Севастополя в 1944 году все погибшие в подземелье были захоронены в братских могилах неподалеку от батареи. Однако где точно расположенны эти могилы теперь не знает в точности никто. Посреди ближайшего косогора позднее моряки своими силами поставили памятник, увенчанной большой краснофлотсой бескозыркой из жести, его так и называют "Бескозырка". После войны батарея была капитально отремонтированна и до середины 90-х годов входила в систему обороны главной базы Черноморского флота. Только несколько лет назад она была законсервированна, на ее базе создан небольшой мемориальный музей, а для охраны и обслуживания оставлен взвод моряков.
Они то и рассказали автору немало из того, с чем ежедневно сталкиваются в подземных лабиринтах 30-й батареи. Еще с первых послевоенных лет на батарее существовала одна негласная традиция, о которой никому особо не рассказывали, ибо сочтено это могло быть за моральную неустойчивость со всеми вытекающими последствиями Каждую пятницу старослужащие мичмана объязательно оставляли в подземелье до краев наполненный стакан водки или вина, покрытый сверху корочкой хлеба. И каждый раз в понедельник утром находили его пустым. Не было и хлеба. Крыс в герметичном подземелье никогда не водилось, там вообще не могло быть ни одной живой души. А вот не живой? Да и старослужащие, оставляя водку, всякий раз говорили: "Пусть и мученники батареи выпьют за помин своих душ!" Говорят, что еще в начале пятидесятых один из матросов ушел прогуляться в дальнюю потерну и пропал там, Когда его нашли спустя несколько часов он был совершенно седой и что-то твердил о каких-то духах. Матроса положили в психиатрическое отделение и быстро дембилизовали, а о случившемся велели особо не болтать.
Впрочем, в подземельях батареи и сегодня происходит много необычного. То находящийся на вахте моряк внезапно начинает слышать шаги, то чьи-то сдавленные стоны, словно кто-то умрает за ближайшим углом. Моряк подходит к углу, а стон уже доноситься из-за следующего угла и так без конца. Служащие на батареи уже высчитали, что шаги и стоны больше всего слышатся из семисотметровой потерны, оттуда, где погибла большая часть защитников батареи. Но если стоны и шаги слышатся в любое время дня и ночи, то в глухое ночное время наблюдали и белесые тени: словно облако тумана вдруг качнется в дальнем проеме и сразу же оттуда доноситься сдавленный человеческий стон.
Часто бывает и так, что работающий в одном из подземных помещений моряк внезапно чувствует как у него вдруг начинает холодеть спина и по телу бегут мурашки, словно кто-то страшный и неведомый вперил ему в затылок свой взгляд. Кстати, к таким достаточно частым заявлениям своих подчиненных, командование относится с должным пониманием. Если подобное происходит, человеку дают несколько дней чтобы прийти в себя. Может по этому местное начальство разработало свои неофициальные инструкции по которым морякам не рекомендуется спускаться и работать в подземелье в одиночку и вообще запрещается появляться там ночью. Что-что, а эти рекомендации моряки выполняют свято. На ночь подземелье всегда наглухо закрывают массивными бронированными дверями-воротами. Караул находится лишь сверху, но даже и туда порой доносятся из-под земли какие-то непонятные звуки.
Много непонятного происходит и на верху в районе "Бескозырки". Дело в том, что некогда маленький прибрежный поселок Любимовка ныне очень расстроился и его дома подступили почти к территории самой батареи, вернее к тому самому косогору, на котором в
