если у них имеются точные доказательства о золоте "Черного принца".
После этого ответа капитан, видимо, решил поисками золота не заниматься, так как новых заявлений от него не последовало. И тем самым он сохранил свои кое-какие капиталы, которые чуть было не попали в общий мировой котел расходов по розыску "Черного принца". А общая сумма этого расхода столь велика, что она (как сказал Катаока) уже значительно превысила то, что хотели найти.
Человечество привыкло платить большие деньги и нести большие потери за свою склонность к идеалистическим мечтаниям. И мы полагаем, что история с "Черным принцем" еще не отрезвила романтических голов. Поэтому тем более интересно видеть, как на шаткой основе и зыбкой почве, как на сказке и легенде возникло мощное учреждение, которое шаг за шагом отбрасывало то, что относится к фантазиям и к выдумке. На общем романтическом фоне, на фоне риска, азарта и игры (то, что характерно для буржуазного строя) велась та реалистическая и ясная линия, которая привела к победе. И на фоне золотой лихорадки это было поразительно видеть. Так или иначе, у всех желающих найти легендарное золото были тяжкие поражения и большие потери.
Что же касается Экспедиции подводных работ особого назначения, то, вопреки всему, поражения не последовало. И хотя золото "Черного принца" и не было найдено, зато было найдено то, что давно превысило огромные суммы, каковые желали найти искатели морского клада.
За пятнадцать лет работ ЭПРОНом были подняты со дна моря двести пятьдесят судов, из которых больше половины восстановлено и бороздят воды морей и океанов.
Помимо судов, ЭПРОН дал нашей промышленности сто сорок тысяч тонн металла, поднятого с морского" дна. И в свете этих дел меркнет сияние легендарного золота "Черного принца".
Казалось бы, что уж на этот раз, после всех невероятных историй вокруг "Черного Принца" сегодня можно было бы поставить точку. Увы, как показало время, Михаил Зощенко ошибся. Сияние легендарного золота "Черного принца" с годами так и не померкло. Не уменьшилось и количество легенд вокруг него.
Отметим еще одну весьма любопытную деталь, связанную с "Принцем". Многие источники пишут, что на пароходе погиб секретный подводный взрывной аппарат, отправленный из Англии для очистки входа в Севастопольскую бухту. Описания этого аппарата нет, но, судя по тому, сколько внимания ему уделяли англичане, надежды на него возлагали очень большие. Вместе с аппаратом в полном составе погибла и группа английских водолазов, специально подготовленных для работы с аппаратом. Это были высококлассные подводные подрывники. С помощью аппарата они должны были направленными подводными взрывами разломать затопленные на входном фарватере Севастопольской бухты корабли Черноморского флота. Затем по пробитому фарватеру в бухту должен был ворваться союзный флот и начать громить с тыла севастопольские бастионы. Шансов отстоять город в такой ситуации не было никаких. Но гибель "Принца" сорвала весь этот хитромудрый замысел. Более англичане к нему уже не возвращались. Как оказалось, в Англии больше не было ни второго подводного аппарата, ни подготовленных водолазов-подрывников.
Интересно, что с самого начала с именем "Принца" неким невероятным образом связаны последние достижения в подводном деле на протяжении почти ста лет. Вначале это был английский подводный аппарат, затем итальянские, японские и советские водолазные системы. Воистину нет конца не только тайнам, но и мистическим параллелям "Черного Принца"!
Не утихают по сей день и слухи о золоте "Принца". Уже цитированный выше нами писатель Михаил Лизинский пишет, что балаклавские мальчишки, якобы, до самого последнего времени ныряли к "Принцу" и доставали со дна золотые соверены: "Один из мальчишек вытащил из мокрого кармана какой-то кругляшок, завернутый в грязную марлю, развернул… И на меня глянула сама королева Великобритании Виктория – с золотой монеты чеканки 1854 года. Такие монеты – новейшей чеканки! – могли быть только на "Принце".
Красиво, черт побери, но, увы, совершенно неправдоподобно. Я сам вырос в Севастополе, многие годы увлекался нумизматикой, а потому часто бывал среди местных коллекционеров, дружил и с мальчишками-сверстниками из Балаклавы. Но никогда, ни от кого я не слышал о том, чтобы кто-то доставал с Балаклавского дна английские золотые монеты. Представим на мгновение, что некий заезжий израильский писатель внезапно появился в сверхрсекретной Балаклаве. Как он, вообще, мог туда попасть в советское время, когда туда не могли попасть к друзьям даже офицеры ВМФ? Никто бы никогда не выдал ему спецпропуск и эмигранта никогда не пропустили бы дальше городского КПП. Дальше, еще лучше! Со всех сторон к нему вдруг сбегаются незнакомые мальчишки и тащат, тащат старинные золотые монеты. Интересно, мальчишки специально поджидали его, или у них вообще было принято кидаться с золотом в кулаке к любому приезжему? Думаю, если бы такие мальчики в то время в Балаклаве появились, то им, и их родителями сразу бы занялось территориальное и флотское КГБ. После этого, через несколько часов продавцы соверенов навсегда бы распростились с Балаклавой.
Но каковы мальчики! Если "Принц", согласно официальной хроники, лежит на 60 метровой изобате, то, честно говоря, я никогда не встречал мальчишек, которые бы ныряли на эти 60 метров, да еще лазили на этой глубине по занесенному илом судну! Увы, но перед нами еще одна из множества легенд "Черного принца".
С 30-х по 90-е годы ХХ века о "Черном принце" на самом деле вспоминали достаточно редко, да и то в основном, в связи с историей рождения ЭПРОНА. Однако едва ослабла цензура, а Балаклава из секретной военно-морской базы стала Меккой для туристов, снова возродился и интерес к "Черному принцу". Каждый год под Балаклавой уходят под воду все новые и новые энтузиасты, чтобы прикоснуться руками к истории, чтоб попытать счастья в поисках одного из самых легендарных и загадочных кладов в истории человечества.
Из дневника руководителя одной из поисковых экспедиций последних лет к "Черному Принцу" севастопольца Анатолия Таврического: "Прошло 140 лет со времени трагедии "Принца", и вот наш водолазный катер стоит над местом гибели одного из английских кораблей. Надев подводное снаряжение, мы погружаемся в теплые воды Черного моря. Видимость три метра, дно ровное. Плывем над грунтом курсом 80 градусов. Вдруг прямо по курсу вижу обросшие мидиями и водорослями, шпангоуты старинного деревянного судна. Борта прошиты бронзовыми гвоздями полуметровой длины. Плыву вдоль левого борта, к кормовой части судна. По пути, на грунте, встречаются различные предметы: керамика, разбитые и целые бутылки из-под вина, детали оснастки, ядра и еще много различных частей такелажа судна. Под одним из шпангоутов вижу человеческие кости. Закапываю их под землю и плыву дальше. Подплываю к кормовой части. Здесь находится
