id="id65">
Глава 65
Анкхели явно совещались, время от времени поглядывая на скалы. Было не похоже, чтобы они заметили укрытие беглецов — скорее, эта группа просто должна была обследовать хребет, а затем догнать остальных.
Через несколько минут стражи разделились и полетели в разные стороны. Вскоре все они исчезли из виду.
— Как думаешь, найдут нас? — шепнул Ирвин Зимарии.
Тот пожал плечами.
— Вряд ли. Хребет большой, пещер много. А мы к тому же замаскировались.
— Если что, сможем отбиться?
Зимария невесело усмехнулся.
— Здесь? Нет.
— Но у нас есть арбалеты!
— И что? Это срабатывало в воздухе, да ещё когда нас защищали големы, а здесь мы, как мыши в мышеловке. Одна надежда на тоннель.
— Если мы сбежим, анкхели захватят птицу!
— Кажется, мы собирались оставить её здесь, — напомнил Зимария.
— И ты готов бросить её?
— Так безопасней.
— Я не об этом.
Зимария взглянул на Ирвина с полуулыбкой.
— Была у меня мысль, — проговорил он, — податься на северо-восток. Хочу ещё полетать на этой малышке.
— Значит, я прав, — кивнул Ирвин. — Ты не хочешь бросать её.
— Моё желание не имеет большого значения. Мы не можем сражаться с анкхелями.
— Знаю. Это обидно. Но, по крайней мере, живы останемся.
Зимария усмехнулся.
— Ты думаешь?
— А что? — насторожился Ирвин.
— Если мы сумели найти выход, то и они рано или поздно его отыщут. Анкхели не перестанут нас искать, они обшарят здесь каждый закуток.
— Значит, мы в ловушке⁈
— Возможно, нам удастся ускользнуть от них, пока они будут обследовать пещеру. Если повезёт. Но мы не сможем прятаться бесконечно.
— Слушай, хватит сгущать краски! — перебил Зимарию кто-то из беглецов. — И так тошно!
— Вот именно! — поддакнул другой. — Мы все всё понимаем, но у нас нет выхода!
— Надо было лететь дальше, — вздохнул Римес.
— Да? — Зимария насмешливо поднял брови. — Самое большее через три дня анкхели нас догнали бы. Так у нас, по крайней мере, есть шанс.
Никто не ответил. Все понимали, что их предводитель прав, но слишком боялись, чтобы открыто признать это. Где-то наверху кружили анкхели, и люди чувствовали себя пойманными в ловушку. Если стражи обнаружат их убежище, не спасёт никакой тоннель: анкхели позовут остальных и вместе обыщут всю округу. Так называемый запасной выход давал только иллюзию безопасности — и нутром это чуял каждый из беглецов. Одно то, что анкхели до сих пор преследовали людей, означало, что они не намерены упускать их.
— Сидеть тихо! — приказал Зимария. — Даже не кашлять. Следите за небом! — добавил он, обращаясь к дозорным.
Около получаса прошло в тревожном ожидании. Анкхели не появлялись — видимо, обследовали другие склоны.
— Может, улетели? — с надеждой проговорил Ирвин.
Зимария покачал головой.
— Вряд ли. Они понимают, что здесь полно подходящих мест, чтобы спрятаться.
— Почему они вообще так уверены, что мы тут были?
— Понятия не имею. Возможно, мы видели только одну поисковую партию, и на самом деле стражи действуют наугад.
— Хорошо, если так.
Через час появились анкхели. Их было трое, и они медленно пролетели вдоль склона, вглядываясь в скалы. Солнце уже начало садиться, и стало темнеть. Это было только на руку беглецам. Стражи исчезли из виду и больше не появлялись. Зимария отправил одного из дозорных на разведку. Тот прошёл через тоннель и выбрался из замаскированного входа, чтобы поискать анкхелей с обратной стороны хребта. Вскоре он вернулся и сообщил, что стражей нигде не видно. Стало ясно, что они улетели, и люди вздохнули с облегчением.
— Что ж, теперь можно разойтись, — сказал Зимария. — Думаю, опасность миновала.
— Но ты решил лететь дальше, — заметил кто-то из беглецов.
— Да, похоже, я не готов расстаться с нашей птичкой. Думаю, теперь, когда анкхели отправились дальше, некоторое время можно чувствовать себя в безопасности. Главное, изменить маршрут. Но я никого не заставляю лететь со мной. Желающие могут сойти.
— С птицей опасней, — задумчиво проговорил Римес.
— Это точно, — согласился Зимария. — Но, видимо, я малость разучился ходить пешком.
— И куда подашься? — спросил Ирвин.
— На северо-восток.
— Мимо Казантара?
— Возможно.
— Мне это как раз по пути, — сказал Ирвин.
— Ну, тогда добро пожаловать на борт, — Зимария обвёл взглядом остальных спутников. — Кто остается?
Оказалось, что большинство не горит желанием расстаться с птицей и продолжить путь в одиночестве. Хотя оставаться с големом и было опасно, только трое решили покинуть товарищей и добираться до родных мест самостоятельно. Они не верили, что анкхели улетели далеко, и считали, что безопасней избавиться от птицы и гондолы.
Люди дождались утра, и отряд разделился. С рассветом трое беглецов, распрощавшись со всеми, ушли в лес, а остальные погрузились в челнок, и Зимария дал голему команду взлетать. Птица тяжело взмахнула крыльями и, сделав короткий разбег, взмыла в воздух. Какое-то время казалось, что она вот-вот рухнет обратно, однако металлические крылья поймали ветер, и голем начал подниматься всё выше. Вскоре беглецы уже могли видеть хребет не перед, а под собой. Им открылась великолепная панорама: серые с буроватым оттенком горы тянулись вдоль Залива Печали, словно стеной отгораживая равнины от дувших с него ветров. До самого горизонта простиралось поросшее лесами пространство, пересечённое небольшой извилистой рекой, сверкавшей в лучах утреннего солнца. Погода выдалась на удивление ясная — за ночь небо расчистилось, и теперь на голубом фоне виднелись только три маленьких белых облачка, плывших над заливом.
Зимария поднял подзорную трубу и внимательно осмотрелся.
— Анкхелей не видно, — сообщил он. — Берём курс на северо-восток. Сегодня отличный день!
— Будем надеяться, что таким он и останется, — проговорил стоявший рядом с ним Ирвин.
Он смотрел вдаль, но думал не о погоде и не о крылатых стражах, а о том, что главное испытание ждёт его впереди. Если ему удастся добраться до Белой башни, то что он скажет своему господину, как оправдается? И действительно ли он заслуживает прощения или следовало принять наказание и остаться до конца дней в Маор-Агтоне? Всё это ему предстояло выяснить.
Зимария взглянул на своего спутника и хотел что-то сказать, но промолчал. Вероятно, он понял, что мыслями Ирвин сейчас далеко, и его реплика относилась к погоде
