как часто Дравен бывал в этом месте.
Лаверна оглядела его с головы до ног холодным взглядом:
– Спасибо. Но, к сожалению, не могу сказать о тебе того же.
Дравен поморщился.
– Нам с моей спутницей нужна комната. – Он полез в карман, достал что-то ярко-красное, похожее на монету, и положил это на стойку перед женщиной. Я попыталась рассмотреть этот предмет, но Лаверна сразу накрыла его ладонью. – У меня есть еще один жетон, если потребуется.
Лаверна кивнула в мою сторону:
– Она твоя гостья? Один жетон подойдет. – Она забрала красный жетон со стола. – Ты помнишь правила нашего святилища?
– Конечно, – ответил Дравен очень спокойно. Слишком спокойно для человека, который едва держался в седле весь день.
Но когда капитан посмотрел на меня, я заметила, что он держится из последних сил. Его лоб был влажным от пота. Если я это видела, то и Лаверна тоже.
– И мне прислать целителя, когда он вернется? – спросила Лаверна, продемонстрировав свою наблюдательность.
– Пожалуйста.
– Очень хорошо. Вы будете в комнате Лунного Камня. – Она улыбнулась. – Думаю, ты помнишь ее.
– Помню. Очень хорошо.
Они обменялись взглядами, и я неожиданно почувствовала укол ревности. Они были любовниками? Здесь, в этой таверне? В комнате Лунного Камня?
Ну, это не мое дело. Дравен мне никто. Просто мой стражник и убийца.
И тот, кого я должна выходить, если хочу вернуться к Кею.
Я последовала за Дравеном к винтовой лестнице в углу, восхищаясь блестящими дубовыми перилами.
– Не совсем обычная деревенская таверна, – пробормотала я. Мужчина медленно поднимался по лестнице.
– Может, мне отнести тебя, благородный рыцарь?
Он остановился и сердито посмотрел на меня.
– Твой взгляд по-прежнему внушает доверие, – сказала я сладким голосом. – Может, мне принести багаж, сэр Дравен?
Меня поразило, когда он кивнул:
– Если не возражаешь.
– А что за правила? – спросила я с любопытством. – Те, о которых говорила эта женщина.
– Никакого оружия, никаких драк, никаких громких звуков. Вот и все, – ответил он, медленно шагая по коридору с красным ковровым покрытием, пока не остановился у двери с маленьким белым кругляшом, вмонтированным в ее центр. – Вот мы и пришли.
Комната оказалась на удивление просторной, с высокими потолками – хотя и не такими высокими, как в холле, – мягкими коврами и роскошными обоями. В центре комнаты стояла большая кровать из темного махагона, покрытая белыми простынями и пушистыми подушками.
Комната была угловая. Три высоких окна располагались вдоль одной стены, а напротив кровати – большое окно с видом на улицу.
Едва заметные признаки указывали на то, что это не типичная гостиница для путешественников. Замок на двери был тяжелым и усиленным, ставни изнутри можно было закрыть на засовы, даже кровать была прикреплена к полу. Может, я ошибалась, но атмосфера этого места намекала не на криминальные склонности его гостей, а на… что-то иное. Интересно, не здесь ли женщина просила Дравена заткнуть ей рот, подумала я и сразу почувствовала, как румянец залил мои щеки.
Медленно спустившись в холл, я пыталась избавиться от других беспокойных мыслей. Меня беспокоило, в безопасности ли наши лошади в этой глухой деревне посреди леса. Таверна, похоже, не имела собственной конюшни, и лошади должны были остаться там, где стояли.
Я посмотрела на арбалет Дравена и набор оружия в кожаном чехле, которые он всегда возил на своей лошади. Мой собственный лук был спрятан подальше от глаз. С тех пор как Уайтхорн пытался меня похитить, я всегда носила с собой маленький нож – либо на бедре, либо в сапоге.
Но Дравен утверждал, что оружие в гостинице не разрешается. Я решила рискнуть с ножом, но не с арбалетом и другими вещами.
Когда я вошла с луком и сумками в холл гостиницы, Лаверна подняла взгляд.
– Оружие в шкаф, – она показала на стену слева. – С лошадьми ничего не случится. Здесь никто не рискнет тревожить постояльцев «Благородного рыцаря».
Я кивнула и убрала оружие, затем подхватила наш багаж.
Когда я вошла в комнату с сумками, Дравен уже лежал на единственной кровати, и не подумав раздеться.
Я подошла к мужчине и выругалась. Видимо, подъем по лестнице отнял у него последние силы, и теперь Дравен выглядел хуже, чем когда-либо.
Его лицо было красным, и когда я прикоснулась к его щеке, ее жар напугал меня.
Я бросила сумки у стены и подошла к тазу с чистой водой, который стоял за расписным тростниковым экраном, чтобы умыть руки и лицо.
Затем я вернулась к Дравену, расстегнула коричневый кожаный жилет, который он носил поверх туники, откинула его в сторону и попыталась задрать его тунику.
Вытащить ее из брюк было несложно, но когда дело дошло до раны, оказалось, что ткань присохла к коже.
Рана, должно быть, весь день гноилась и кровоточила. Если я продолжу тянуть, Дравену будет больно. И скорее всего, вместе с рубашкой я оторву часть его кожи.
Я вернулась к тазу, намочила чистую тряпку и осторожно стала промокать рубашку, пока не смогла ее снять.
Когда повреждение открылось, я невольно охнула. Запах был ужасен. Рана выглядела еще ярче, если это вообще было возможно. Кожа вокруг раны напоминала расплавленный воск.
Как целитель сможет это исправить?
Лучший в Керунносе, сказал Дравен. Я сжала зубы и пошла к двери.
Лаверна все еще была внизу.
– Когда вернется целитель? – спросила я прямо, подходя к ней.
Женщина подняла голову от листа бумаги, который читала, и я заметила, что она скорее красива, чем привлекательна. Красное шелковое платье, которое она носила, обтягивало ее формы, открывая глубокое декольте и сияющую белую кожу.
Я вдруг осознала, как я выгляжу: промокшая от пота одежда, пыльные сапоги, спутанные волосы. Руны на моих руках можно было посчитать украшением с их серебристым отблеском, но я решила, что они привлекут нежелательное внимание, и потому заботливо носила тунику с длинными рукавами и плащ поверх.
– Скоро, – ответила женщина, оглядывая меня умным и проницательным взглядом. – Куда вы направляетесь? Кейроса Дравена давно не было видно в этих краях.
– Да, он был занят, – отмахнулась я, надеясь, что она не станет задавать больше вопросов. – Целитель рядом? Я могу сама его поискать.
– Его рана настолько плоха? – спросила Лаверна, наклонившись вперед, ее тонкие руки прижались к стойке, а выражение лица стало скорее заинтересованным, чем сочувственным. – Я издалека чувствовала этот запах.
– Запах?
– Инфекция. Разложение. – Она наклонилась еще ближе, ее голос стал похож на мурлыканье: – Смерть.
– Прекрасно, – пробормотала я. – Тебе не говорили, что ты обладаешь удивительным даром общаться с людьми?
Женщина улыбнулась:
– Я удивлена, что Дравен оказался достаточно
