Читаем без скачивания Повесть о Сегри и Абенсеррахах - Хинес Перес де Ита

В конце концов Баса пала, пала Альмерия, пал и Гуадис, сданный старым королем. Дон Фернандо Кастильский, победоносный король, оставил старому королю несколько городов, но мавр предпочел удалиться в Африку.

За Альмерией, Гуадисом и Басой христианскому королю сдались все остальные замки, крепости и города Гранадского королевства; ему оставалось завоевать только лишь одну Гранаду.

Возвратимся теперь к королю Гранады: пора закончить нашу историю гражданских войн Гранады.

Вы хорошо помните, как Молодой король был взят в плен алькайдом Лос-Донселес доном Диэго Фернандесом де Кордова, сеньором Лусены и графом Кабры, и как король дон Фернандо возвратил ему свободу за выкуп и выполнение некоторых условий. Среди других условий имелось такое: по завоевании Гуадиса, Басы, Альмерии и всего остального королевства мавританский король Гранады передаст королю дону Фернандо город Гранаду с Альгамброй, Алькасавой и Альбайсином, с Алыми Башнями и замком Бильбатаубином, и всеми остальными укреплениями города, взамен чего король дон Фернандо предоставит ему город Пурчену и еще ряд мелких городов, где он сможет жить до конца своей жизни на доходы с них.

Так вот, завоевав Басу, Гуадис, Альмерию и все остальное, христианский король отправил к королю Гранады посольство с требованием, чтобы тот, как было договорено, передал ему Гранаду со всеми ее укреплениями, за что получит Пурчену и другие обещанные города и доходы от них. На это гранадский король, уже раскаивавшийся в заключенном договоре, ответил королю дону Фернандо, что Гранада – город обширный и многолюдный, кроме его коренного населения, в нем находится много беглецов из завоеванных христианских городов и что между всеми ними нет единодушия относительно сдачи Гранады, и из-за этого зарождаются новые волнения; и если даже христиане овладеют городом, им не подчинить себе его населения; поэтому пусть его высочество соблаговолит принять от него, короля Гранады, двойную дань и откуп, которые он ему с радостью уплатит, но пусть не требует от него Гранады, которую он ему не может отдать, и пусть простит его.

Когда король дон Фернандо понял, что мавританский король нарушает данное им слово и не хочет отдать ему Гранаду, он, чрезвычайно рассерженный, ответил ему следующее: до сих пор он намеревался подарить ему Пурчену и ряд других городов, но раз он нарушает свое слово, то получит не такие хорошие города. И если Гранаду нельзя покорить, то пусть он об этом не тревожится: он сам сумеет договориться с ее населением. Для этого он требует сдачи всего оборонительного и наступательного оружия и всех укреплений города; если же его требование не будет выполнено, он пойдет на Гранаду жестокой войной и не сложит оружия, пока не овладеет городом, но после его взятия пусть не ждет гранадский король для себя ничего доброго.

Мавр, испуганный ответом короля дона Фернандо, созвал всех своих рыцарей и военачальников на совет. Здесь возникло много споров: Сегри советовали и не помышлять даже о сдаче оружия, Гомелы и Масы держались того же мнения. Но Венеги, Альдорадины, Гасулы и Алабесы, собиравшиеся принять христианство, говорили, что требования короля дона Фернандо справедливы, раз так было договорено, и благодаря этому договору король дон Фернандо дал маврам возможность беспрепятственно обрабатывать свои земли, вести торговлю, свободно ездить в Кастильское королевство и иметь на то охранные грамоты. Теперь же надлежит исполнить обещанное, и недостойно королевского сана нарушать слово, раз христианин не нарушил своего. Альморади и Марины говорили, что не нужно отдавать королю дону Фернандо ничего из им требуемого: если он дал маврам возможность обрабатывать земли, то и мавры, не вторгаясь в христианские пределы, предоставили христианам наслаждаться таким же или даже еще лучшим миром и спокойствием. Большинство рыцарей и военачальников склонились к последнему мнению, и было решено не выполнять ни одного из требований католического короля. Так ему и ответили.

Король дон Фернандо, получив ответ короля Гранады и узнав, что Мавры уже вторглись войною в земли христиан, укрепил свои границы многочисленными полками, обильно снабдил пограничные крепости съестными запасами и, отложив осаду Гранады до следующего лета, отправился в Сеговию – провести там зиму и отдохнуть от прошлых трудов.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

В ней рассказывается про осаду Гранады королем доном Фернандо и королевой доньей Исабель и про основание Санта-Фе

Наступило лето, и король дон Фернандо отправился в Кордову, где имел ряд столкновении с гранадскими маврами; он снял осаду Салобреньи, города, основанного королем Гранады. Затем дон Фернандо, король Кастилии, прошел в Севилью, где подготовил все необходимое для войны и осады Гранады. Выступив из Севильи и пройдя опять через Кордову, он вторгся в Долину Гранады и разрушил весь Альхендин. Христиане перебили здесь множество мавров, множество взяли в плен и сожгли и сровняли с землей пять селений. В одном из происшедших там сражений пало много мавров Сегри от руки христиан Абенсеррахов. Один из рыцарей Сегри бежал в Гранаду, где сообщил мавританскому королю о нашествии христиан.

Король дон Фернандо расположил свое войско в Долине в виду Уэскара, и в двадцать шестой день месяца апреля стройными рядами, с развевающимися знаменами, впереди которых был королевский стяг с изображением распятого Христа, христианское войско двинулось на Гранаду. И про тот поход спели следующий романс, старый и красивый:

К королю с известьем скорбнымЕдут раз гонцы в Гранаду,От ворот Эльвиры едутПрямо в славную Альгамбру.Первым едет рыцарь Сегри;Он жестоко в руку ранен,Получил ту рану в битвеПротив полчищ христианских.Весь трепещущий и бледный,В королевском ставши зале,Говорит он Боабдилу,Королю над всей Гранадой:– Я привез тебе известье,И, как смерть, оно печально:За Хенилем полноводнымПоявились христиане.Боевым сомкнувшись строем,Подвигаются их рати.Громко пенье труб военных,Много реет стягов разных;Впереди всех стяг злаченый,И на нем горит, как пламень.Что возжен лучами солнца,Ярким золотом распятье –Христиан обычный символ.Полководцем над войскамиСам король идет Кастильи.Он торжественно поклялсяНад распятием священным.Что Долину не оставит,Город твой не покоривши.Вместе с войском выступаетИсабель – его супруга,Королева, про чью славуГоворят теперь повсюду.Видишь, я серьезно раненВ битве краткой, но жестокой.Где разили без пощадыХристиане славных мавров.Тридцать Сегри там осталось,Сражены мечом возмездья,Что рука АбенсерраховНаправляла, будто молнью.Много пало смелых мавровОт мечей христиан суровых,Много рыцарей ГранадаПотеряла в этой битве.Мне прости, молю аллахом,Что рассказ прервать свой должен:Кровь бежит из раны страшной,Я лишен последней силы.Те слова сказав невнятно,Сегри наземь повалился,Понесли его из зала.Не промолвил в горе словаБоабдил, ему внимавший.[………………………… [95]]

Оставим теперь романс и вернемся к нашему рассказу. Разбив лагерь под стенами Гранады, король дон Фернандо укрепил его с большим умением, по всем правилам военного искусства. За одну ночь на месте лагеря вырос целый город [96]. принявший форму креста и имевший четверо ворот, а от каждых ворот вели вглубь улицы. Все было обнесено деревянными стенами, облицованными навощенным полотном, так что эта стена совершенно уподобилась крепкой белой стене из камня, с зубцами и башнями, на что стоило посмотреть. На следующее утро, когда мавры увидели этот город, выросший в одну ночь рядом с Гранадой, они несказанно удивились. Король дон Фернандо, довольный совершенством и прочностью сооружения, дал городу имя Санта-Фе (что значит Святая вера) и предоставил ему большие привилегии и милости.

Про основание города Санта-Фе пропели следующий романс в старом стиле:

Санта-Фе одеты стеныНа вощенной белой тканью.Щелком, золотом, парчоюРазукрашены палатки.Там собрались полководцы.Кто явился с дон ФернандоОсадить Гранаду-город,Покорить навеки мавров.В той войне, как вам известно.Много рыцарей испанскихНе один свершили подвиг.Что покрыл их вечной славой.Раз пред Санта-Фе стеною.Часом утренним и ранним.Появился всадник дерзкийНа коне чернейшей масти.Конь свирепый скалил зубы.Угрожал врагам оскалом,Словно рвать готовый в клочьяВстречных воинов христианских.Мавр одет стальной кольчугойПод марлотою нарядной,Что окрашена в три цвета:Белый, голубой и алый;Острие копья двойноеИ крепчайшего закала;Щит по плотности не можетНи с одним щитом сравняться.Привязал к хвосту кобылы,Вере правой в посмеянье,Привязал святые четкиВ оскорбленье христианам.К Санта-Фе стенам подъехалИ с насмешкою взывает:– Кто из рыцарей посмеет.Кто достаточно отважен,Чтоб принять со мною битву, –Пусть немедля выезжает!Пусть один, пусть будет двое,Будет трое, больше даже.Пусть алькайд Донселес будет,Чья известна миру храбрость!Пусть то будет искушенныйВ ратном деле граф де КабраИли Кордовы надежда –Рыцарь доблестный Фернандес!Пусть спешит Мартин Галин до –Украшенье поля брани,Или дон Портокарреро –Властелин могучий Пальмы!Мануэль пускай то будет,Понсе Львиным кто был прозван(Ибо он, душой не дрогнув.Раз посмел поднять перчатку,Что нарочно уронилаЗлая дама в ров со львами)!А когда б они не вышли,Пусть выходит дон Фернандо!Пусть король сам убедится,Сколько мужества у мавров!В молчаливом внемлет гневеМавра дерзкого бахвальствуЦвет воителей Кастильи;С ним сразиться хочет каждый.В королевской был там свитеГарсиласо, храбрый мальчик.Короля о позволеньиОн просил сразиться с мавром.– Слишком молод для такогоТы деянья, Гарсиласо;Для него найдется в войскеВзрослых рыцарей немало.Гарсиласо прочь уходит,Огорчен его отказом.Но к себе в шатер вернувшись,Он берет копье и латы,Поскорей вооружился,На коня вскочил и тайно,Чтоб никто его не видел,При опущенном забрале,Чтоб лицо закрыть от взоров,В поле едет против мавра.Так сказал, пред ним явившисьИ подняв с лица забрало:– Ну, теперь увидишь, дерзкий,Есть иль нет у дон ФернандоРыцарь сильный, кто сумел быПроучить тебя, бахвала!Из всех рыцарей КастильиПред тобою самый младший.Но его вполне довольноУчинить тебе расправу.Гарсиласо речь услыша,Тот с презреньем засмеялся:– У меня вошло в обычайТолько с мужами сражаться;Потому дождуся мужа,Ты же, мальчик, возвращайся!Загорелся ярым гневомЮный, храбрый ГарсиласоИ, в коня вонзивши шпоры,Налетел грозой на мавра.Мавр, стремительней чем молнья,Гарсиласо натиск встретил.Бой жестокий, бой упорныйМежду ними завязался.Гарсиласо метко в сердцеПоразил копьем злодея.И с коня упал язычник,Распростерся бездыханным.Соскочил на землю быстроПобедитель Гарсиласо,Обезглавил труп недвижный,Головой седло украсил;Снял с хвоста коня он четки,Приложился к ним губами,На конец копья надел их,Как торжественное знамя.На коня затем вскочивши,Под уздцы другого взявши,Он со славой возвратилсяВ Санта-Фе, к войскам Фернандо.Изумил великий подвигВойско рыцарей и грандов,Санта-Фе единодушноГарсиласо прославляет.Сам король и королеваВ удивленьи пред отвагой:Одержал в бою победу,Тот, кто мальчиком считался.Гарсиласо де ла Вега [97]С этих пор его прозвали,Ибо он средь Веги билсяС злым язычником надменным.

Как говорится в этом романсе, король, королева и все войско очень были удивлены подвигом Гарсиласо. Король велел ему поместить в свой герб слова Ave Maria за то, что он отнял четки у мавра, привязавшего святыню столь недостойным образом к конскому хвосту, и отрубил голову нечестивцу.