— Ты даешь ей алкоголь? Ей шестнадцать! — отругала она.
Эви взглянула на нее.
— Мы уже это установили. Посмотри на нее. — Она кивком указала на мое окровавленное платье и, скорее всего, заплаканное лицо. — Она заслуживает рюмочку. Или пять. Она наверняка справится с этим.
Она подмигнула мне.
Гвен посмотрела на меня, и черты ее лица смягчились. Она притянула меня в свои ароматные объятия.
— Мне очень жаль, милая, — пробормотала она мне в волосы. — С твоей мамой все будет в порядке. Кейд позаботится об этом. Булл тоже.
Она отпустила меня, и мои глаза слегка наполнились слезами от ласкового и сочувственного голоса Гвен. Я почти предпочла более грубую заботу Эви. Это было легче пережить.
Гвен, казалось, поняла это.
— Так, давай переоденем тебя в чистую одежду. Я храню кое-что из вещей в комнате Кейда. — Она взяла меня за руку.
Итак, меня отвели наверх, дали другую одежду, и я смыла с себя кровь. Новая одежда и чистая кожа никак не могли помочь с клубком змей, свернувшихся в моем животе.
Весь остаток дня я смотрела на дверь «церкви», которая в основном оставалась закрытой, и откуда мужчины целеустремленно входили и выходили. Большинство кивали Киллу, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Затем суровые, яростные глаза смягчались при виде меня. Некоторые просто смотрели. Некоторые сжимали мою руку. Лаки наклонился и поцеловал меня в голову, повторяя те же слова, что и все остальные. Что они найдут маму. Но проходили часы и ничего. Я просто смотрела в пространство, думая обо всем и ни о чем одновременно, пытаясь вспомнить последние слова, что сказала маме. Мы спорили о свитере. О свитере.
Киллиан все время сидел рядом со мной, прижимая меня к здоровому плечу, время от времени что-то шепча, касаясь губами моей головы. Я мало что ему говорила, но цеплялась за него, как за спасательный плот. Гвен тоже постоянно была неподалеку. Белла, ее маленькая дочь, бегала возле нее время от времени. Я наблюдала за ней, завидуя детской невинности. Была ли я такой? Да, была. До того дня, как потеряла Стива и Аву. Тогда я не понимала, какое это сокровище.
Казалось, Белла что-то почувствовала во мне, потому что молча забралась ко мне на колени и стала смотреть телевизор, на который я тупо пялилась несколько мгновений назад. Я прижимала к себе ее крохотное тельце, вдыхая детский аромат. Килл гладил ее головку, и мы молча смотрели, пока она не уснула у меня на руках, и Гвен осторожно забрала ее.
— Дорогая, постарайся поспать, — сказала Гвен, когда наступила ночь, и я уже не надеялась увидеть сегодня маму. Я не могла допустить мысли, что солнце зайдет, а я ее так и не увижу. Этого не могло случиться.
Килл сел прямо.
— Веснушка, у меня есть комната, где я иногда ночую. Давай я отведу тебя туда, — предложил он.
Гвен поморщилась, но ничего не сказала.
Когда он вел меня за руку, из «церкви» вышел Зейн, его глаза сузились при виде наших сомкнутых рук, и он подошел и оттащил меня от Килла.
— Лекс, тебе нужно поспать, — тихо приказал он.
Я кивнула.
— Вот куда Килл меня сейчас ведет.
Тяжелый взгляд Зейна обратился к Киллу. Килл совершенно спокойно встретил его взгляд. Казалось, они вели какой-то бессловесный разговор, прежде чем Зейн напряженно кивнул.
— Дорогая, проснувшись, ты встретишь новый день, где снова увидишь маму, и она прочитает нам лекцию о порядке просмотра «Звездных войн», — пообещал он в шутку, что было неслыханно.
Я слабо улыбнулась ему. Он кивнул и предупреждающе взглянул на Килла, прежде чем уйти.
И теперь мы были в его комнате, я все никак не могла отдаться забвению, тишине, которую жаждал мой беспокойный ум.
Килл сжал меня.
— Веснушка, со мной все в порядке.
— Ты принял за меня пулю, — прошептала я. — Кажется, мы это уже постановили.
— Я бы принял за тебя сотню пуль.
Я уставилась на него.
— С ней не должно ничего случиться, Килл, — мой голос сорвался.
— Так и будет, — пообещал он, притягивая мою голову обратно к своему плечу.
Я не думала, что смогу заснуть, но в объятиях Килла меня охватило чудесное забвение.
Глава 27
— Зейн! — позвала я, когда меня провели в комнату под названием «церковь».
Там находилось много мужчин в кожаных жилетах, но я видела лишь одного. Бросившись в его объятия, я сразу же расслабилась, как только его огромное тело поглотило меня. Я позволила себе остаться там на мгновение, после чего отстранилась и встретилась с ним взглядом.
— Ты уже нашел маму? — напрасный вопрос, потому что ответ я знала. Если бы ее нашли, Зейн ни в коем случае не стоял бы здесь. Он был бы там, где была она, чтобы вернуть ее обратно.
— Еще нет, дорогая, — сказал он тихо.
Ожидаемо, но я все равно почувствовала боль.
— Но мы скоро вернем ее домой, — пообещал он, повторяя то, что люди не уставали мне говорить все это время. Но он повторял мне это чаще, потому что именно он должен был вернуть ее. Другого варианта не было.
— Я знаю, что вернете.
Выражение его лица изменилось, но я не могла его прочитать.
— Надо задать тебе пару вопросов, Лекс, — сказал он мягким голосом.
Он жестом предложил мне сесть, что я и сделала, испытывая некоторую неловкость. Кейд, сидевший во главе стола, слегка улыбнулся мне. Я застенчиво ухмыльнулась в ответ.
Мне было не по себе, зная, что все внимание сосредоточено на мне, поэтому я сфокусировалась на Зейне.
— Как ты держишься? — спросил он вначале.
Как я держалась? Я была на волосок от того, чтобы развалиться на части. Но не могла ему этого показать. Если ему удалось найти в себе силы после того, что случилось с Лори и теперь грозит моей маме, я тоже могла быть сильной.
Я кивнула.
— Гвен привела меня в порядок. И с Киллом все будет хорошо, — уклонилась я от ответа.
Зейн посмотрел на меня с гордостью.
— Ты такая же сильная, как твоя мама.
От этих слов у меня на глазах выступили слезы. К счастью, он продолжил, прежде чем я успела расплакаться в комнате, полной байкеров.
— Мне нужна информация о твоем отце, — заявил он ровным тоном.
Кровь во мне застыла.
— О моем отце? — повторила я. — А он здесь при чем?
Где-то в глубине души я знала. Глаза человека наверху лестницы показались мне знакомыми. Я видела их в отражении зеркала. От этого меня затошнило.
— Пока не уверен, — продолжил Зейн, не подозревая о моей реакции, — может, и не при чем. Просто нужно связаться с ним на случай, если он знает что-то, что поможет нам.
Я знала, что он лжет, пытаясь защитить меня. Мама сказала, что мой отец плохой, намекнув на то, что нам пришлось от него сбежать. Теперь он нашел ее.
Я закусила губу.
— Я не знаю своего отца, — объяснила я, не уверенная в том, как много мама на самом деле рассказала о нем Зейну. Вероятно, меньше, чем мне, а это было очень мало. — Мама никогда не рассказывала мне о нем много, кроме того, что он не тот, кто нам нужен в нашей жизни, — выдавила я, мысленно возвращаясь к тому дню, когда я поссорилась с ней из-за него и обвинила ее во лжи.
А она всего лишь защищала меня.
— Не так давно мы поссорились. Из-за него. Я хотела выяснить больше, понять, почему он не хочет меня знать, — объяснила я едва громче шепота.
Мои полные слез глаза впились в Зейна.
— Мы никогда не ссоримся, Зейн, но из-за него поссорились, — сказала я, ненавидя себя за тот разговор.
Я сделала глубокий вдох, не в силах изменить прошлое. Мне нужно рассказать этим людям все, что я знала.
— В конце концов, она объяснила, что мы ушли из соображений собственной безопасности. Что он плохой человек. Это все, что она сказала.
Я так злилась, что не знала больше, чтобы им помочь.
— Думаешь, это был он? — спросил я тихим голосом. — Думаешь, это дело рук моего отца: ранение Киллиана, попытка похитить меня?
