…Князь Огнев, услышав колокол, чуть не свалился с табурета.
— Что бы это могло значить? — пробормотал он, кинувшись к окну.
Ничего разглядеть ему не удалось: ворота с этой точки были не видны. Но он определённо чувствовал, что началось что-то нехорошее. В замок кто-то проник, в покоях шёл бой. В том, что десятеро охранников сумеют выстоять, Огнев очень сильно сомневался. Что ж, Эрика сама виновата. Но куда же ему спрятаться? Князь огляделся, и его осенило: гроб! Для хрупкой девушки он был великоват…
— Простите, мадемуазель Алёна, — пропыхтел Огнев, забираясь внутрь и прикрывая крышку. — Я извиняюсь за причиняемые неудобства, но не могли бы вы чуть-чуть подвинуться? Тут места вполне хватит нам обоим… Упс… Проклятые розы…
Лёжа на безвольном холодном теле девушки, князь пытался угнездиться получше, но при этом всё время кололся о шипы. Ложе оказалось весьма неудобным.
— Чёрт меня дёрнул наложить сюда этих гадких роз, — ворчал и шипел он шёпотом. — Ай… Ой… Проклятье… Ах… Упс!
Крышку он прикрыл не слишком плотно, чтобы проходил воздух. Ворочаясь, князь ощутил под своей рукой округлую выпуклость, рядом — вторую такую же. Поняв, что облапал грудь Алёны, он отдёрнул руку.
— Ох… Простите ради всего святого, мадемуазель, я не нарочно…
Кое-как сдвинув цветы, чтобы они не доставали его своими шипами, князь затаился.
* * *
Моим номером десять стал владелец вампирского ночного клуба «Красный петух» Альбано Сааведра. В этом притоне ежемесячно устраивались кровавые оргии с убийством людей, но я положила конец этой порочной практике. Сила Альбано перешла ко мне, ну а клуб… Клуб сгорел.
Мне оставалось лишить силы всего трёх вампиров, когда меня накрыло страшное ощущение беды. Беда распластала в небе серые крылья из туч, лила слёзы дождём, а я стояла посреди улицы, не в силах пошевелиться. Душа и сердце окаменели, а лужи вокруг меня пузырились…
Что-то случилось с отцом и Алёнкой. Причём если от лорда Эльенна шёл слабый сигнал, свидетельствовавший о том, что он жив, то от Алёнки — полное молчание и холод. Её не было здесь, душа не откликалась на мой зов.
Чёрное удушье сдавило мне горло и грудь. Прошлая жизнь? Теперь это казалось сном, диким, далёким и нереальным. В Алёнке не было следов тьмы, пятнающих душу убийцы на много воплощений вперёд. Всё это осталось в прошлом, она пришла в эту жизнь чистой, как белая голубка, будто чьи-то светлые крылья забрали её груз. Но теперь, кажется, душа её снова стала крылатой…
Алёнки не было в живых.
Это страшное чувство придавило мне грудь, как холодная каменная плита. Дождь струями стекал по лицу, чёлка прилипла ко лбу, а в небе над крышами раскинулась радуга. Нет, нет, не может быть, это ошибка! В охватившей меня буре протеста мне хотелось сорвать небо и скомкать в кулаке, как мокрый лист бумаги…
Нет, нет, я ошиблась. Этого не могло быть. Алёнка не могла умереть, мне это просто почудилось.
Чашка эспрессо грела мои дрожащие пальцы, с волос капала вода. Маленький обжигающий глоток… Нет, холод из-под диафрагмы не ушёл, а лица посетителей кафе казались смайликами на экране. Я должна вернуться, должна убедиться, что с ней всё в порядке. Решение созрело: я еду обратно.
Дворники вытирали с лобового стекла слёзы радуги, поскрипывая: прошлое надо оставлять в прошлом, иначе оно может убить наше будущее.
Я подъехала к замку Небельберге на закате, когда от зари оставалась слабая лимонно-жёлтая полоска. Странно: ворота открыты, подъёмный мост опущен. Привратники валялись то ли без чувств, то ли уже без жизни.
Из машины я вышла во всеоружии: по автомату с противовампирскими пулями в каждой руке, в карманах — сменные рожки к ним, на бедре — пистолет с зарядом ампул, за спиной — две посеребрённые катаны. Ещё по карманам были рассованы сюрикэны и метательные ножи, запасные картриджи с ампулами, но это уже так — мелочь.
Приехала я очень вовремя, как оказалось. Большому отряду воинов в чёрном противостояла ничтожная кучка вампиров и полукровок. Но где же все остальные? Охраны ведь было больше! Лорд Эльенн собрал их больше четырёх десятков. Неужели все перебиты? Где же Алёнка, что с ней? Но все эти вопросы оставались пока без ответов: мне пришлось незамедлительно пустить оружие в ход, потому что на меня мчались четверо воинов лорда Немета. В том, что они принадлежали именно его лагерю, у меня сомнений не возникло ни на миг.
Заговорили мои автоматы, испепеляя воинов в порошок. Значит, всё-таки вампиры, не полукровки. Мимо свистнули несколько дротиков, но я успела отклониться. Нет, ребята, ядами вы меня уже не возьмёте. И ваши психические потуги, отразившись о моё мощное «зеркало», упадут на ваши же бедовые головушки.
Ага, твари почуяли, кто пришёл по их душу! С кучки защитников замка они переключились на мою скромную персону.
— Сколько внимания сразу, — хмыкнула я, выхватывая пистолет с ампулами. — Я польщена, друзья мои!
Одна ампула между глаз — и кровь вампира моментально вскипает, бурная реакция разносит тело в клочья. Этих чёрных «ниндзя» было не меньше тридцати, но уже на первых двух минутах боя их число заметно сократилось. Чем только в меня не стреляли: и дротиками, и крупнокалиберными пулями, способными разнести голову слону, и пытались достать меня психическими атаками. Вот только ребята были не в курсе, что во мне — сила десяти вампиров, а значит, я в десять раз быстрее их.
Горе-защитничкам моё эффектное появление подняло боевой дух, и они смело ринулись мне на помощь.
— Давайте, давайте, не одной же мне за всех отдуваться! — крикнула я им.
Пара дротиков всё-таки воткнулась мне в бедро. На глазах у стрелявшего я вытащила их и отбросила.
— Что обрадовался? Думал, свалил меня? — хмыкнула я. — Как бы не так.
И влепила ему промеж глаз сюрикэн. «Ниндзя» пару секунд пошатался, а потом его голова разлетелась, как гнилой помидор. Между тем семеро его товарищей бежали ко мне со всех сторон с обнажёнными катанами: видимо, стрелять им было уже нечем, всё израсходовали, выбивая каменную крошку из стен. На что они рассчитывали? Порубить меня в фарш? Ну, так у меня было ещё полно и патронов, и ампул. Рано ещё для фехтования.
Я подскочила, и весёлая семёрка столкнулась между собой с разбегу. Ещё находясь в прыжке, я троим из них воткнула по ампуле, а четверых угостила серебряными пулями. Приземлившись, я сделала харакири ещё одному любителю восточных единоборств.
И свершилось: они начали бегать от меня! Пришлось преследовать их по всем залам и коридорам замковых покоев — увы, в процессе беготни и стрельбы пострадало несколько особо старинных и ценных витражей. Воодушевлённые моим примером, защитники замка сражались, как львы.
