- Ой, тогда отдыхай! – Олёна отпрянула в сторону. – Ничего, терпеть недолго. Отдыхай, а я пойду изображать примерную мать.
Будущая жена упорхнула, и Горин откинулся на спинку стула, прикрыл глаза, переваривая новую информацию.
Господи, в каком окружении он живёт? Отец обманывает мать, сделал ребёнка девушке, годящейся ему в дочери, шантажирует сына и явно собирается через брак Егора и Олёны подгрести под себя бизнес Таловых. Наверняка узнал о состоянии здоровья Макара Гавриловича, вот и строит комбинации.
Мать изводила Аню, подделала тест ДНК – и всё ради того, чтобы в негласном табеле о рангах подняться на пару ступеней выше. По головам идёт ради достижения своей цели – уже отказалась от родного внука и готова рисковать счастьем единственного сына!
А Олёна – невеста, блин горелый! – помогала потенциальной свекрови изводить законную жену и спала с её мужем. А попутно, на голубом глазу, вешала на Егора нагулянную девчонку.
«Серпентарий, - пронеслось в голове. – Нет, банка с тарантулами и скорпионами! Но ничего, на каждую хитрую гайку найдётся свой болт с левой резьбой!»
Вечерние посиделки с Таловыми прошли без новых сюрпризов.
Так-то обоими семействами, как думал Егор, план по форс-мажорам был перевыполнен лет на пять вперёд. Но кто мог гарантировать, что эти неприятности были последними? Год только начался, а родители – что его собственные, что Олёнин отец, играли по-крупному.
Возможно было всё.
Но, к его облегчению, Макар Гаврилович был настроен благодушно и не стал сильно распекать Олёну, которая вернулась в Россию самовольно. Так, слегка пожурил, мол, чтоб этакая самодеятельность больше не повторялась!
«Ничего, придёт время – узнаешь, что выкинула ненаглядная доченька, - мстительно подумал Горин-младший. – Дай только время подготовиться…»
И, нацепив маску влюблённого идиота, показательно переплёл свои пальцы с пальцами Олёны.
- Ах, голубки! – умилилась Меланья Архиповна и обменялась довольными взглядами со сватьей, Риммой Евгеньевной.
А Талов, услышав про грядущую свадьбу, даже прослезился. Потом обнял дочь и пожал руку будущему зятю.
- Вот и ладно, вот и правильно, дочка! Давно пора, а то развели тут церемонии. А ты, Гошка, помни – я не забуду, что ты, будучи женатым на другой, испортил мне Олёнушку. Простить – прощу, если сделаешь мою дочь счастливой, но глаз с тебя не спущу, так и знай!
- Не волнуйтесь, Макар Гаврилович, Олёна в надёжных руках. Я всё исправлю, обещаю!
Горин-старший одобрительно крякнул, мол, правильно, сын, говоришь!
Егор же мысленно сам себе поаплодировал – красиво сказанул! И ведь и словом не солгал! Он на самом деле собирается всё исправить, правда, в это «всё» не входят мечты и планы Таловых/Гориных, но об этом им пока рано знать.
- Родишь внука – поверю, - добавил Макар.
- Ну папа! Я ещё от этих родов не оправилась, - тут же возмутилась дочь. – Едва жива осталась, какой ещё внук?! Тебе мало Агаши?
- Мало! Мне нужен пацан, наследник, продолжение, а не ваши рюши и бантики! И что ты взвилась? Я же не требую, чтоб следующий внук был мне завтра, - прогудел Талов, - год Агате исполнится, тогда и займётесь. А до того времени лечись, поправляйся, денег на всё хватит! Меланья, а ты чего молчишь?
- На внучку любуюсь, - ответила та. – И за дочку радуюсь.
- Да, новости просто замечательные! – крякнул супруг и с хитрецой покосился на будущего компаньона. – А ты, Андрей Геннадьевич, что думаешь?
- Что тут думать? Сын взял на себя ответственность, Олёнушка подарила нам внучку – счастье в дом!
- А жить-то где молодые будут? – вспомнила Меланья Архиповна. – Негоже вести жену туда, где ещё недавно хозяйкой была другая. Новая семья – новое жильё!
- Твоя правда, - кивнул Талов. – Так за чем дело встало? Пусть перебираются в купеческий особняк, я его им на свадьбу дарю. Только там ещё не везде свежий ремонт, а мебели и вовсе нет.
И развёл руками, повернувшись к Егору:
- Уж извини, зятёк! Больно долго собирался, да твёрдого ответа не давал, вот я и свернул подготовку. Но за три-четыре дня всё доделаем.
- Макар, может, молодым пока к нам перебраться? – предложила Меланья Талова. – Первый ребёнок, да ещё и Олёна не совсем здорова, ей помощь нужна.
- Зачем? – забеспокоился Горин-старший. – У нас тут все условия для них. И няньки-горничные, и я, и мать на подхвате.
Егор с интересом наблюдал за перепалкой родителей и ждал, чем всё закончится. Идея жить отдельно и от Таловых, и от Гориных ему очень нравилась, но до переезда надо было как-то дотянуть. Понятно, что отец не горит желанием отпускать любовницу, но ему придётся смириться. Или озвучить настоящую причину.
Отцы некоторое время ещё попрепирались, и пришли к общему знаменателю – до регистрации молодёжь поживёт здесь, чтобы лишний раз не дёргать младенца, а после переедет к себе, в новый дом.
После чего женщины удалились в детскую, а мужчины перешли в кабинет Андрея Геннадьевича.
- Так, сват и зять, а теперь поговорим о серьёзном, - Талов по очереди окинул собеседников тяжёлым взглядом и хлопнул ладонью по подлокотнику кресла. – У Гошки твоего, Андрей, в браке был рождён ребёнок. Мальчик. Да, я в курсе, что он от ребёнка отказался, а бывшая жена уже снова выскочила замуж. Но где гарантия, что через несколько лет ей не взбредёт в голову потребовать для мальчишки кусок пирога? Я собираюсь ввести Егора в Совет директоров, а в дальнейшем и выше. И категорически не согласен делиться с чужими кровью и потом заработанными деньгами.
- С этой стороны не будет проблем! – заверил Горин-старший, Егор не успел и рта раскрыть. – Мой сын оформил отказ от отцовства, так как не является родителем этого ребёнка. Мы делали ДНК-тест, если что.
- Точно не родной? – вскинул брови Талов. – Я думал, это просто уловка, чтоб не платить алименты три года на бабу и восемнадцать лет на пацана.
- Да, точно. Эта су…амка собаки пыталась навесить на нас нагулёныша, - подтвердил Андрей Геннадьевич. – К счастью, моя сразу заподозрила подставу, сделали тест, всё подтвердилось.
- Надо же! – покачал головой Талов. – Никогда бы не подумал – Анна производила впечатление порядочной женщины.
- Да откуда порядочность у нищебродов? За тёплое место они готовы мать родную продать, - фыркнул Горин-старший. – В общем, с этим мы разобрались. Более того, по моим сведениям, ребёнка признал его родной отец и уже оформил на себя официально.
- Хорошо, одной проблемой меньше, - довольно произнёс будущий тесть, а у Егора защемило сердце.
«Признал и переписал на себя? Быстро, однако. Впрочем, я тоже резину не тянул… Но Мишка – мой сын! Мой, а не Дивина! Чёрт, как же всё завертелось, перемешалось…»
И мысленно пообещал себе, что как только разберётся с родителями и навязанной женой, сразу подаст иск в суд. Анне придётся предоставить ребёнка для проведения экспертизы, а он, Егор, проследит, чтобы тест никто не подменил или не испортил.
«Мишка должен узнать, кто его настоящий отец! Дивин всего лишь отчим, и плевать, что там написано в свидетельстве о рождении. Из-за Анны мальчику придётся жить с неродным, а зачем Дивину чужая кровь? Ясное дело, любой мужик хочет растить собственных детей и не горит желанием тратиться на приблудышей. Как только у Дивина появится кровный сын или дочь, Мишка в полной мере на себе почувствует, что он там лишний. Вот тогда-то я и налажу с ним контакты, открою глаза на подлость его матери. Что, Анюта, думала отнимешь у меня сына, выставишь идиотом, посмеёшься надо мной – и всё сойдёт тебе с рук? Нет, милая, придётся отвечать».
Разошлись, довольные собой.
И каждый из мужчин был уверен, что все козыри именно у него в руках.
Расписались тихо, без шума.
Даже посещать ЗАГС оказалось не обязательным: Горин-старший оплатил выездную регистрацию, и всё произошло прямо у них в доме. Присутствовали родители с обеих сторон, сами брачующиеся и двое свидетелей – помощник Андрея Геннадьевича и домоправительница Таловых.
