радоваться или плакать от увиденного.
Мясник, похоже, был единственным на всех ближайших улицах, кто чувствовал себя прекрасно, но при этом, кажется, пребывал не в лучшем настроении. Однако всё изменилось, когда наша парочка появилась на пустынной улице.
На жирном плотоядном лице толстяка появилась жуткая улыбка от уха до уха, а затем он радостно хлопнул в ладоши.
— Хью-ю-ю! Ду-у-ура! Мои сладкие пирожочки! Вы даже не представляете, как я рад вас видеть! Проходите, проходите! Дядюшка Буч, — Хо! Настоящее имя! Но не полное… Есть ещё. — Накормит вас лучшим мясом, которое только можно найти на этой помойке! — торжественно взмахнул он руками, приглашая подойти ближе. Дура, правда, его веселья вообще не разделяла. Было видно, что она ненавидит его всей душой и какими бы сладкими ни были речи мясника, а сладкими они, к слову, не были, однажды она его убьёт. Я уверен, что однажды она его точно убьёт.
— И тебе не хворать, Буч.
— Сегодня рынок выглядит пусто, и мне стало немного одиноко, — потёр он ладони. — Часть мяса пришлось съесть самому, чтобы не испортилось.
— Да что ему сделалось бы за пару часов?
— Пару часов? Ха-ха, не-е-ет, Хью, прошло уже двое суток. А это слишком много. Если бы это было хорошее мясо, скажем, из ангельской плоти, то оно пролежало бы чуть дольше, но эта труха портится слишком быстро, а я не могу позволить его просто так выбросить. Боюсь, что тогда в моей костяной куче заведутся очередные паразиты. — последнее он добавил более тихим и насмешливым голосом.
То есть мясник прекрасно знал, что мы там жили. И Дура, и я поняли этот намёк.
— Так что? Вам как обычно? Или, может, вы так проголодались, что хотите двойную порцию?
— Нам как обычно, но…
— Но-о-о? — глаза мясника полыхнули огнём.
— Ты ведь не в курсе, что произошло, так? — состроил я хитрую мину.
— Нет, а вы, два мелких беса, значит, в курсе? Я правильно понял?
— Именно. И я готов всё рассказать за… — главное не продешевить. — За пять наших обычных порций мяса. Прямо сейчас.
А спонсором сегодняшнего ужина станет информационный голод. Информационный голод — когда не с кем поболтать.
— А-а-аха-ха-аха-аха! Хью-ю! Хи-хитрый маленький бес! Да с чего…
— А…
— … с чего ты вообще взял…
— Ана…
— … что я стану бесплатно…
— Бар. — с каменным лицом и не обращая внимания на смех мясника, договорил я.
Демон резко замолчал, а затем подался вперёд и выдал:
— Пять порций — по рукам. Говори.
И я начал свой рассказ с того момента, как на землю прилетело первое тело. Если Буч поначалу скучал, то на моменте появления Анабара значительно ободрился. В процессе рассказа, который я щедро разбавлял красочными эпитетами, демон начал ходить из стороны в сторону, потом налил себе в огромный стакан какой-то бурды, оторвал здоровенный окорок и, усевшись перед нами, принялся хомячить.
— Когда мы очнулись, то всё уже было кончено. Ни воинов, ни оружия, ничего.
— А-а… — мясник хотел задать вопрос, но я поднял палец. Палец значит, что я ещё не закончил.
— Анабара, вернее то, что от него осталось, мы нашли неподалёку в кратере.
— Откуда знаешь, что это именно Анабар? — прищурился мясник.
— Рядом с останками лежал его топор.
— И до сих пор лежит⁈
— До сих пор. Если не украл никто. Мы пробовали, у нас не получилось.
Демон утробно усмехнулся, откусил кусок с окорока и запил бурдой.
— Не украдут… Его топор никто кроме него поднять не сможет. Старое, древнее оружие, которое само выбирает себе хозяина.
— И что? — удивился я. — Оно не может себе выбрать кого-то другого?
Мясник задумчиво почесал свой мешковатый кожистый подбородок.
— Ну… Возможно… За оплату двух порций мы бы и узнали правду, но кто-то наверняка слишком жадный для такой щедрости. — ухмыльнулся Буч и скосил глаза на Дуру, которая сейчас выглядела так, словно очень хочет в туалет. А мне в свою очередь очень хотелось содрать с мясника пять бесплатных порций.
— Что ж, — он начал подниматься, разыгрывая целую драму на своей морде. — Видимо, мы никогда этого не узнаем…
— Заплатим! — неожиданно выкрикнула Дура, а затем тут же стушевалась и добавила: — Хью заплатит.
— Хью? — толстяк перевёл улыбчивый взгляд на меня, а я с укоризной взглянул на бесёнка.
Ну хочется ей этот топор. Ну прям капец как хочется, вот сил никаких нет.
— Ладно, — высыпал монеты на стойку. — Рассказывай.
— Это всего лишь слухи, пойми меня правильно, я простой мясник…
— Да хорош заливать, мы все и всё уже поняли.
— Хах, в общем, говорят, что кузнец выковал эту секиру задолго до рождения Анабара, да так она и лежала у него в закромах, а всё потому, что никто не мог её поднять. Тысячи лет тысячи демонов приходили к старой обветшалой кузнеце, кричали, что они будут достойны. Находились даже такие, кто давал клятвы на крови, но всех их постигла неудача. Как и по каким критериям топор выбирает себе хозяина, никто не знает, а потому сложно отыскать достойного претендента. Вот и всё.
Глава 24
Дай мне топор!
Перед тем как отправиться за топором для Дуры, решил, что нужно ещё раз попытаться пропихнуть идею с доставкой еды. Как-никак, а это поможет нам сэкономить деньги и начать откладывать на что-то более важное. На что я пока не придумал, но считаю, что проблема решить, куда потратить свои монетки намного приятнее, чем проблема, где эти монетки достать.
— Господин Пурон, как себя чувствуете? — обратился к торговцу лавки неподалёку от мастерской Фикула. Это, кстати, именно он ещё в прошлый раз хотел начистить мне морду, когда я назвал его нищим.
Демон фыркнул, но я заметил, что уважительное обращение ему понравилось. У них тут есть негласное правило посылать друг дружку на хер в любой ситуации и при любом удобном случае, а потому обычный разговор внезапно вызывает вполне положительные эмоции.
— Нормально себя чувствую, — фыркнул демон из-за прилавка. — Чего хотел, Хью?
— Я только вернулся от мясника, и-и-и, у меня есть несколько порций горячего сочного мяса.
— А-а, хе-хе, ободрать меня решил, да? — усмехнулся он.
