Что ж, теперь все ясно.
Благодарю тебя, почтенный Капитан Умбато, — вновь поклонившись, произнес Трогвар. — Прости меня за случившееся. Так куда и когда прикажешь мне явиться?..
Доложу сегодня — скоро уже идти к Атору; если хочешь, подожди здесь…
Я подожду — наклонил голову Трогвар.
x x x
Время тянулось медленно и мучительно. Капитан Умбато вскоре ушел, распорядившись, чтобы Трогвару позволили сидеть в караульне; гвардейцы же оказались неразговорчивыми. Брат Арьяты замер в углу, усилием воли подавляя желание хотя бы встать и начать вышагивать от одной стены до другой — напряженное тело требовало движения, какого угодно, но движения; оставаться на одном месте было пыткой. Смиряя себя, Трогвар не шевелился.
За узкими окнами кордегардии, выходившими в один из внутренних двориков, уже совсем стемнело, когда наконец появился Капитан Умбато. Трогвар нарочито медленно повернул к нему голову, но заметив, что начальник стражи занят раздачей каких-то малозначительных распоряжений своим гвардейцам, так же спокойно отвернулся. Он не выкажет свою слабость ни перед кем?
Умбато разослал воинов с различными поручениями, в караульне остались только он и Трогвар.
Неладно все как-то вышло, Трогвар, — хмурясь бросил Умбато, избегая смотреть Крылатому Псу в глаза. — Отказал наш Великий Атор, видишь, какая история… Да еще мне выговорил. — Капитан с досадой сплюнул на пол. — Чванлив он, этот их Атор, сил никаких нет. И зачем только пресветлая Владычица его при себе держит… Я уж так ему тебя нахваливают! Да только все зря. Побагровел, точно твой кирпич, и ни в какую. — Пальцы Капитана раздраженно барабанили по столешнице. — Так что же теперь делать будешь, молодой мастер?
А что бы Посоветовал мне многомудрый Капитан? — страшным усилием воли заставив голос не дрожать, ответил Трогвар.
Гм… что ж тут посоветуешь… — Умбато опустил голову. Одно только средство осталось — молить Саму Владычицу.. Как раз завтра — Большой Прием; туда могут прийти все благородные сэйравы — и ты тоже, твой Знак тебе это позволяет., На этом Приеме каждый может обратиться непосредственно к самой Хозяйке Халлана с просьбой или жалобой на обиды. Попробуй и ты! Другого способа у тебя нет… если ты продолжаешь растаивать на том, чтобы немедленно поступить на Ее службу. А коль передумаешь — то давай я пару слов Герреду черкану… Он такого, как ты, в свой полк не то что с руками и ногами оборвет, а еще, пожалуй, и десятником сделает… Варвары, что ни месяц наши заставы на перевалах тревожат — лучшего места, чтобы отличиться, не сыщешь во всем Халлане. Право же, Трогвар, нравишься ты мне, и хочу я тебе помочь — может, прислушаешься к моему совету?
Если Атор отказал сегодня, ничто не сможет поручиться, что он не откажет завтра, — покачал головой Трогвар.
Так-то оно так, а если у тебя за плечами дело громкое появится, той Владычицу просить куда легче станет.
Трогвар промолчал.
Ну, тебе виднее, — поднялся Капитан. Своя голова на плечах имеется. Пойдем, сейчас ночная стража заснула. Тебе ночевать негде, так что со мной пойдешь и не смей возражать! Считай, это первый Приказ тебе как моему воину…
Откуда ты знаешь, почтенный Умбато… — начал было Трогвар, однако Капитан досадливо прервал его.
Да чего ж тут знать… если ты аж во дворец с походным мешком вломился, даже платья не переменив!
У меня другого нет, — тихо проговорил Трогвар.
Знаю… Впрочем, плюнь — воинам тряпками обвешиваться ни к чему. Пусть придворные щеголи этим занимаются…
ГЛАВА 18
Эту ночь Трогвар провел под гостеприимным кровом Капитана. Старый вояка жил один — двое сыновей тянули лямку на северной границе, жена давно умерла… Сердито гремя пустыми горшками и что-то неразборчиво ворча себе под нос, Умбато отыскал полный чугун с бобовой кашей, по-братски разделив с Трогваром ужин.
Едва голова Трогвара коснулась подушки, как он провалился в глубокий сон без сновидений.
Наутро Капитан растолкал его чуть свет.
Смотри, молодой мастер, счастье свое проспишь! Прием через два часа начинается…
Долго собираться Трогвару не пришлось. Встал, умылся, затянув пояс потуже — и готов. От волнения кусок не лез в горло…
Вскоре Крылатый Пес уже стоял среди толпы ожидавших выхода Владычицы в том самом парадном тронном Зале, где семнадцать лет назад Призрачный Меч в последний миг изменил его сестре, о существовании которой, как, впрочем, н о тайне своего рождения, он по-прежнему ничего не знал…
Огромные окна в просторном зале были открыты; отгоняя жару, порхал легкий ветерок — на дворе стоял сухой и жаркий конец августа. Здесь же — лишь тихий гул разговоров, смешение красок на праздничных одеяниях собравшихся знатнейших дворян столицы, блеск их многоцветных гербов. Кое-кто начал было недоуменно коситься на замершего Трогвара, на его серый дорожный плащ и видавшие виды сапоги; однако никто не дерзнул произнести укоризны вслух — Знак Трогвара внушают невольное почтение. Большой Прием Владычицы! Это было нечто вроде совета со знатнейшими родами сэйравов; здесь официально оглашались последние новости с границ, разбирались Важнейшие события, происшедшие в королевстве, и здесь же принимались решения. Потом отдавались приказы и выбирались те, кому выпало их исполнять. Разумеется, Малый, Собственный Ее Величества Совет Халлана уже обсудил все это, однако Большой Прием все еще сохранял свое значение, ибо если не будет согласия Владычицы с сэйравами… Хотя порой Трогвару казалось, что Она просто не .может сделать что-то такое, что бы не было тотчас искренне одобрено всеми. Точно в назначенный час, когда опустел резервуар больших водяных часов, по залу разнесся гулкий голос многочисленных труб. Все разговоры замерли, успевшие присесть поспешно вскочили со скамей и пуфов; взоры собравшихся обратились на золотую двустворчатую дверь, изукрашенную тонкой резьбой…
Раздались гулкие шаги стражи, четверо гвардейцев громадного роста торжественно вступили, в зал, а за ними легкой походкой, почти не касаясь земли, вошла Она.
Трогвар замер, не в силах отвести глаз; ему казалось, что грудь сейчас разорвется от бешеных ударов сердца; он добился своего — он воочию видит Ее!
Улыбаясь, Владычица прошла к трону. Если бы принцесса Арьята могла видеть ее сейчас, она была бы несказанно поражена — ее соперница ничуть не изменилась.
Взгляд Хозяйки Халлана скользил поверх спин склонившихся в глубоких, почтительных поклонах. Ее лицо не блестело от мазей и притираний. По мнению Ее подданных, Она не нуждалась в иных, не Природой дарованных красках. Бездонные глаза смотрели весело; и всем собравшимся Она казалась словно всеведущим духом этой земли, почему-то решившим облачиться плотью…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
