Но это не было предусмотрено планом. Тщательно составленным планом.
Он сделал глоток бренди и пожал плечами. Планы меняются. Ему все-таки пришлось совершить убийство. Дважды. Слава богу, что полицейским даже в голову не придет связать такого человека, как он, с такой простушкой, как Тина Кобб. А кто такой Бобби Смит? Фикция, призрак, облако.
Да, он так и не приблизился к бриллиантам, но непременно сделает это. Непременно. И, о господи, на конец-то избавится от скуки.
Саманта Гэннон — это ключ. При первом чтении ее книги он испытал шок, обнаружив там множество собственных семейных тайн. А потом раз за разом перечитывал. Эта книга изумляла его, поражала и доводила до бешенства.
Почему ему не сказали, что где-то спрятаны миллионы — миллионы?! Эти бриллианты по праву принадлежали ему!
Добрый старый папочка скрыл эту маленькую по дробность. Но ничего. Он хочет получить их — и получит. Это очень просто. А когда получит, уйдет из отцовской компании и плюнет на его обветшавшую профессиональную этику. Наконец-то избавится от скуки, от нагоняющих тоску друзей, похожих друг на друга как две капли воды.
И станет неповторимой личностью. Такой же, какой был его дед.
23.
Проснувшись, Ева увидела обычную картину. Рорк уже встал, оделся, расположился за столом, пил кофе и смотрел по телевизору биржевые новости, держа на руках кота.
Она снова закрыла глаза, а когда открыла, Рорк ел что-то похожее на дыню и набирал на клавиатуре компьютера какие-то коды. Его интересовали либо статистические отчеты, либо очередные государственные тайны.
Ева встала, хрипло пробормотала что-то похожее на «доброе утро» и заковыляла в ванную. Закрыв дверь, она услышала, как Рорк спросил кота:
— Без кофе она не человек, верно?
Когда Ева вышла из душа, Рорк переключил телевизор на новости и взялся за булочку. Она выхватила у него булочку, отняла кофе и пошла к шкафу.
— Это свинство! — обиделся муж.
— Ничего, переживешь. У меня утреннее совещание. Ты слышал прогноз погоды?
— Жара.
— Жуткая жара или просто жара?
— Ева, в Нью-Йорке август. Догадайся сама.
Она со вздохом вынула то, что не могло через пять минут после выхода на улицу прилипнуть к коже.
— Кстати, я собрал для тебя информацию о бриллиантах. Вчера успел кое-куда слазить.
— Серьезно? — Ева оглянулась. — Не думала, что тебе хватит на это времени.
Она ожидала, что Рорк начнет критиковать ее — скажет, что блузка не подходит к брюкам или что жакет не подходит к блузке. Но, кажется, ей удалось выбрать то, что соответствовало его вкусам.
— Это потребовало не только времени, но и серьезных усилий. И все же я сумел улучить минутку в перерыве между двумя кровавыми банями. А сегодня утром дал тебе еще немного побыть спящей красавицей и все привел в порядок.
— Издеваешься, да?
— Милая, что обидного в слове «красавица»?
В ответ Ева только насмешливо фыркнула и начала надевать портупею.
— Тебе идет этот жакет.
Она заправила кобуру под мышку и осторожно по смотрела на мужа. — Но?..
— Никаких «но». Ты — мой любимый городской воин.
— Перестань. Так что ты нашел?
— Кое-что любопытное. — Он постучал пальцем по лежавшей на столе дискете. — Компания заплатила страховку за четвертую часть бриллиантов, которую так и не вернули. А кроме того — гонорар частному сыщику, составлявший пять процентов от остального. То есть понесла большие убытки. Конечно, они могли быть еще больше, но страховые компании всегда косо смотрят на многомиллионные выплаты.
— Это азартная игра, — пожав плечами, ответила Ева. — Не хочешь платить — не садись за стол.
— Верно. Они долго давили на дочь О'Хары, но ни чего не выжали и отступились. В конце концов, ведь это именно она нашла или помогла сыщику найти и вернуть большую часть похищенного. Кроме того, благодаря ей полиция смогла взять Крю.
— Все это мне известно. Рассказывай то, чего я не знаю.
— Они следили за всеми родственниками, знакомы ми и поделыциками Крю. Если кто-то из этих людей начинал вести более обеспеченную жизнь, не выиграв в лотерею, они проверяли его. Но так и не смогли найти бывшую жену Крю и его сына.
— У него был сын? — Ева тут же обругала себя за то, что по возвращении из ресторана не провела поиск.
— Видимо, да. Этого нет в книге Гэннон, но известно, что Крю был женат и развелся. В момент совершения кражи мальчику должно было быть около семи лет. Стандартный поиск ничего не дал. Через полгода после развода следы этой женщины теряются.
Заинтригованная, Ева шагнула к нему.
— Она ушла в подполье?
— Судя по всему, да. И так и осталась там.
Рорк взял другую булочку, налил себе кофе и сел за стол.
— Если хочешь, я могу поискать ее. Стандартного поиска тут будет недостаточно. Кроме того, понадобится изрядное количество времени, потому что с тех пор прошло более полувека. Но мне все равно. Я люблю такие вещи.
— Интересно, почему этого нет в книге?
— Думаю, нужно спросить Саманту.
— Верно, черт побери. Это ниточка. — Обдумывая эту мысль, Ева рассовывала по карманам свои инструменты. Рация, электронная записная книжка, телефон, наручники… — Если у тебя найдется время, буду очень рада. Я подключу к делу Финн. Отдел электронного сыска наверняка сможет взять след этой женщины и ребенка. Теперь у нас имеются игрушки, которых пятьдесят лет назад не было. За мной должна заехать Пибо-ди. — Ева посмотрела на наручные часы. — С минуты на минуту. Я возьму у тебя дискету?
— Естественно. — Рорк услышал гудок автомобиля и открыл ворота. — Я провожу тебя.
— Ты сегодня в городе?
— Да. Таков был план.
На лестнице Ева вдруг обняла мужа за шею и быстро поцеловала.
— Ты что?
— Подумала, что ты ужасно милый. Вспомнила, как мы использовали эту лестницу… И порадовалась тому, что мне не смотрит вслед и не кривит губы этот костлявый надутый тип.
— А ты скучаешь по нему. Ева насмешливо фыркнула.
— Прими таблетку.
— Скучаешь. По вашему ежедневному ритуальному танцу.
— Тьфу… Теперь у меня перед глазами стоит танцующий Соммерсет. Это ужасно. Ну, все. Я побежала.
Довольная, Ева еще раз поцеловала мужа и вышла на крыльцо. Но тут же нахмурилась, увидев, что из ее полицейской машины горохового цвета вылезают Пибоди и юный гений электронного сыска Макнаб. Они выглядели как… Черт знает как выглядели!
Ева привыкла видеть Макнаба, главного модника управления, в чем-нибудь аляповатом и странном, так что блестящие брюки цвета перца чили с дюжиной карманов и ярко-голубая рубашка навыпуск не произвели на нее особого впечатления. Так же, как ярко-красный пиджак длиной по бедра. Макнаб как Макнаб… Сияющие золотые волосы, собранные в длинный и гладкий конский хвост, узкое, странно привлекательное лицо, наполовину скрытое красными солнечными очками с зеркальными синими стеклами, и по дюжине серебряных гвоздиков в каждом ухе.
Но ее помощница — нет, напарник, Еве все еще приходилось напоминать себе об этом — сменила имидж кардинально. Брюки в обтяжку до середины голени были цвета… «Плесени, — решила Ева. — Плесени, которая появляется на сыре, забытом в дальнем углу холодильника». Просторная блузка того же цвета, больше напоминавшая драпировку, выглядела так, словно в ней спали пару недель подряд. Вместо модельных туфель на шпильках, замучивших ее вчера, Пибоди надела сандалии, связанные из веревки какой-то чокнутой герлскаут. На шее болталось несколько металлических цепей и подвесок, в ушах красовались серьги с камнями странного цвета.
— Это что, уличный шарманщик из страны «третьего мира» и его ручная обезьяна?
— Не понимаю, что вам не нравится, — обиделась Пибоди. — Мне так удобно. Все ткани натуральные… — Она поправила очки с тонкими круглыми стеклами. — Главным образом.
— Я думаю, она выглядит очень сексуально, — сказал Макнаб, слегка сжав плечо Пибоди. — В ее наряде есть что-то средневековое.
