– и мои глаза чуть не вылетают из орбит.
– Я верну тебе деньги, – говорю я маме.
– Харпер, что за глупости! – восклицает она.
Я не ожидаю, что Саймон будет ехать быстро. Он всегда казался мне человеком, который никогда не получал штраф за превышение скорости. Однако до аэропорта мы добираемся за пятнадцать минут, значит, я правда могу успеть на рейс.
Мы наспех прощаемся. Я по очереди обнимаю всех членов семьи, а они торопят меня, чтобы я не опоздала.
Я быстро прохожу контроль и несусь к терминалу, где находится нужный выход на посадку. И вот я, тяжело дыша, жду, пока второму задержавшемуся на самолет в Сиэтл пассажиру просканируют билет – и понимаю, что не знаю адреса Дрю.
Я достаю телефон и пишу Бекке. Она дала мне свой номер после матча Дрю в Нью-Йорке, однако я и не думала, что он мне когда-то понадобится. К счастью, женщина успевает ответить мне прямо перед началом инструктажа по безопасности. На меня накатывает облегчение. Конечно, я могла просто написать Дрю, но тогда не получится сюрприза.
Самолет взмывает со взлетной полосы – и вот мы в воздухе. Огни Новой Англии остаются далеко внизу, превращаясь в яркие точки.
Глава двадцать восьмая. Дрю
– Выглядишь хреново, – говорит Трой, плюхаясь на стул рядом со мной.
Я не отрицаю – лишь хмыкаю в ответ и отпиваю воду.
– Если бы я избегал всех девчонок, которые поедают меня глазами, да еще и сидел трезвый, то тоже бы загрустил. – Друг хлопает меня по плечу. – Ну же, давай куплю тебе выпить.
– И скольких уже ты так сегодня закадрил? Учитывая, что бар бесплатный?
Трой ухмыляется и прислоняется к спинке стула, вытягивая длинные ноги.
– Вообще, Галифакс, вне арены ты тоже должен меня поддерживать. А не киснуть в углу.
– Ничего я не кисну. Просто хочу уйти.
Последние три часа я непрерывно общался и обменивался притворными любезностями. Выдавал автографы, вел светские беседы. Тяжело быть известным как дружелюбный рубаха-парень. Скажем, Пауэрс, один из новеньких защитников, весь вечер провел в углу, поправляя галстук и косо поглядывая на проходящих мимо людей. От него требовалось лишь прийти на мероприятие. А вот от меня ожидают большего.
– Ну, тогда пойдем.
– Но до окончания еще полчаса.
Трой хмыкает:
– Дэвису все равно. Вон как развлекается.
Мы оба смотрим на спортивного директора «Вульфс». Он широко улыбается и постоянно кому-то машет.
– Ладно, убедил. Уходим.
Трой, истинный ребенок в душе, вскидывает в воздух кулак.
– Как насчет афтерпати у тебя?
– Почему бы и нет.
– Ура!
Не успеваю я моргнуть глазом, как он убегает собирать остальную команду.
Пауэрс, как и ожидалось, от приглашения отказывается. Бушар, центральный нападающий, с которым я и Трой составляем первую линию, спустя час мероприятия ушел с какой-то блондинкой. В итоге вместе со мной и Троем набирается семь человек. Мы загружаемся в две машины и катим в высотку в центре города, где я купил квартиру, когда переехал в Сиэтл.
По дороге я достаю телефон и пишу Харпер: «Я почти дома. Хочешь сегодня поболтать?»
На экране дважды появляется многоточие, а затем, наконец, ответ: «Как насчет завтра? Я что-то устала».
Дрю: «Да, конечно».
Я смотрю на наш диалог, пока экран телефона не тускнеет, а затем не гаснет вовсе. Хотелось бы, чтобы Харпер написала еще что-нибудь, однако больше сообщений не приходит. Я со вздохом выключаю телефон и следом за Троем вылезаю из машины.
Сегодня холодно – дело движется к зиме. К счастью, вскоре мы заходим в теплый холл и направляемся к лифтам. Я припоминаю, что лежит у меня в холодильнике. Надо бы заказать еду. Кейтеринг на мероприятиях вроде сегодняшнего почти всегда ужасный: блюда элитные, с непонятными названиями и странными привкусами.
– Галифакс! – тыкает мою руку Трой.
Я слежу за его взглядом – на диване в холле кто-то сидит.
Я моргаю. Один раз, два, три… Но Харпер никуда не исчезает.
Она поднимает голову – видимо, наши шаги и болтовня привлекли ее внимание. Я даже не задумываюсь – просто бросаюсь к Харпер и обвиваю руками ее талию. Так крепко, что между нашими телами не остается ни сантиметра. Я понемногу осознаю – Харпер действительно здесь. В Сиэтле. В холле моего дома!
– Сюрприз! – улыбается Харпер, глядя на меня голубыми, яркими, завораживающими глазами.
– Ты здесь, – как дурак, выдаю я.
– Да!
– А как же день рождения мамы?
Уголки губ Харпер дергаются, будто мой вопрос ее рассмешил.
– Ты не поверишь – она буквально впихнула меня в самолет! Денек выдался еще тот.
– Галифакс, представишь нам свою девушку? – встревает Трой. Несносен, как всегда.
Я смотрю на столпившихся в ожидании парней.
– Ребят, это Харпер. Харпер, это мои товарищи по команде – но не все. Перебил нас Трой. Остальные – Дин, Бэнкс, Логан, Джулиан и Айзек.
– Рада знакомству! – кивает Харпер.
– Я так понимаю, тусить будем не у тебя? – ухмыляется Трой.
– Ага.
Я беру Харпер за руку, забираю у нее чемодан и веду к частному лифту в свою квартиру.
– Харпер, мы в девятьсот двенадцатой! – кричит вслед Трой. – Заскучаешь – приходи к нам!
Харпер смеется, и мы заходим в лифт. Едва двери закрываются, я целую ее.
Никогда в жизни я так не радовался частному лифту. Обычно я им даже не пользуюсь и езжу на общем вместе с Троем.
Харпер стонет мне в губы, тянет меня за рубашку и галстук.
– Почему ты всегда так хорошо одет, а я – нет? – ворчит она.
Я смеюсь:
– Давай-ка оба разденемся – будет по-честному.
– Согласна. – Харпер оставляет цепочку поцелуев на моей шее. – Но тебе так идет.
Двери лифта открываются в мою студию. Харпер отпускает мою рубашку и заходит в комнату. Ее рот тут же до смешного округляется. Она разглядывает огромные окна, из которых открывается захватывающий вид на город и темные воды Пьюджет-Саунда[9].
Мебели в студии немного. Бо́льшая ее часть уже была в квартире, когда я сюда переехал. На секционном диване с плюшевой обивкой легко уместились бы три человека. Из настенных украшений лишь плоский телевизор. К гостиной примыкает кухня – мраморные тумбы и начищенная утварь, которыми я почти не пользуюсь.
Харпер скидывает кроссовки и оставляет их на пушистом ковре, пачкая его. Она осматривает студию, а я иду следом.
– Офигеть, как у тебя красиво! – восклицает девушка. Подходит к окнам и любуется видом.
Да, квартира хорошая. Однако сейчас, с Харпер, она впервые кажется мне
