– Лети к Хинкли, – сказал Бел. – И передай кораблям Союза опознавательный сигнал.
– Мы окажемся в ловушке вместе с ними, – сказал Святой Матфей. – Теперь нам не добраться до входа в Ось. Нас кто-то предал.
– Конечно же, нас предали, – ответил Бел, вытаскивая из ящика костюм для нахождения в фуге и отдавая его Кассандре. – Гейтс-15 был нашим агентом, но он доносил на нас с первого же дня.
– Но он же один из изгнанников! – возразил Святой Матфей.
– С ним все в полном порядке было, – ответил Бел. – Дель Касаль с ним ничего не делал, кроме того, что имплантировал ему нанотрубки, чтобы можно было загрузить вирус в сети Кукол. А на Уильяма он реагировал сам по себе.
– Уильям знает, что Гейтс-15 – шпион? – спросила Мари.
– Скорее всего, теперь знает. Я не мог рисковать и рассказать ему сразу. Надеюсь, что он уже принял капсулу с ядом.
– Но вирус не сработал! – сказал Святой Матфей.
– Скорее всего, они позволили загрузить его в изолированные системы Порт-Стаббса, – ответил Бел. – И выключили некоторые из них, чтобы изобразить, что он сработал.
– Зачем? – возмущенно спросил Святой Матфей.
– Куклы хотели убедить нас в том, что наш план сработал.
– Это же ужасно! – воскликнул Святой Матфей. – Они устроили ловушку!
– Нет, – медленно произнесла Кассандра.
Все поглядели на нее. Она теперь поняла то возбуждение, которое, должно быть, ощущает Бел, находясь в самой сердцевине сложной аферы. Бел сконструировал для Кукол ситуацию, и их вера в ее истинность сделала ее реальностью.
– Все просто идеально, – сказала она.
62
Двигатель дал стабильную тягу, и Мари рискнула отстегнуться и пойти в трюм. Большая часть трюма была негерметичной, и лишь небольшая его часть, где стоял контейнер Стиллса, была наполнена воздухом. Наклонившись к контейнеру, Мари постучала по окошку. Зазвучал электронный голос Стиллса:
– Че надо, malparada?
– Прости, что взломала твою систему, – ответила Мари. – Я думала, это будет смешно.
– Отвали.
– Это обычное «отвали», которое ты говоришь всем, или особенное, поскольку ты меня ненавидишь?
– Честно, ни хера не понимаю, как ты выжила во флоте Конгрегации.
– Если честно, не очень хорошо получалось.
– Сержантом-то хоть стала?
– До капрала дослужилась. А потом в рядовые. Полагаю, моя карьера окончилась, когда меня в тюрягу упекли.
– Понимаю твое начальство.
– Мне грозило неполное соответствие. И лейтенант предложил улучшить послужной список, за некоторое одолжение.
– И ты получила одобрение от звездоносца?
– Нет. По яйцам ему двинула.
– С твоими-то усиленными мышцами?
– Нет, просто ногой. И не один раз. А потом устроила погром в его комнате.
– Неслабо.
– Я устроила погром с применением взрывчатки.
– И теперь злишь квантового заклинателя?
– У него большое терпение. В конце концов, он человек задумчивый.
– Можешь отправляться дальше его доводить.
– Я пришла с предложением мира, – сказала Мари. – Слухи. Гейтс-15 – двойной агент. Я знала, что этому мелкому паршивцу нельзя доверять.
– Это запорет нам работу? – спросил Стиллс.
– Не похоже. Похоже, что Бел изменил план, когда об этом узнал.
– Я буду очень зол, если мне не заплатят.
– Знаешь, от чего я устала?
– Какая мне, на хрен, разница, от чего ты устала?
– Спасибо, что спросил. Я устала помогать Белу с его любовными проблемами, и Мэтту с его комплексом бога.
– Они обоссутся от радости, когда услышат, что ты собираешься перестать помогать им.
– Я решила помочь тебе.
– Можешь начать с того, что вымоешь мне задницу.
– Я тебя просекла. Ты из тех, кто кричит «деньги на бочку», но на самом деле в них не нуждается.
– Ты теперь взялась гадать насчет Дворняг?
– Скажем так, да. Я думаю, что весь этот Путь Дворняг – одна большая защитная завеса, способ опустить себя, прежде чем это сделает кто-то другой.
– И ты этим с кем-то уже делилась, Фока?
– Я удивляюсь, как Бел этого не увидел. Весь ваш Путь Дворняги – мошенничество в своем роде. Твердая скорлупа типа «не-тронь-меня-огребешь», то, что видит весь мир, а потом вы даете миру возможность представить, что это всего лишь гиперкомпенсация глубокой внутренней неуверенности. Но! Очень важное «но».
– Не важнее моей задницы.
– Это выпендреж. Трюк рыночного фокусника, чтобы отвлечь внимание публики. Вы, ребята, на самом деле не слишком хорошо скрываете свою неуверенность. Под маскировкой кроется ваше истинное «я», но, поскольку его никто не видит, никто не может угадать, что вы выкинете в следующий момент. Идеальная маскировка для заключения контрактов наемников.
– И что ты хочешь от меня услышать, что я признаю всю эту кучу дерьма правдой?
– Ты можешь попытаться меня удивить, разок сказав правду, что я что-то поняла.
– Ты права.
Мари рассмеялась, но это был недолгий нервный смех.
– Ты когда-нибудь был на дредноуте? – спросила она.
– Дворняги летают с авианосцев, – ответил Стиллс. – Дворняге на дредноуте делать нечего. Мы грязь под ногами. А что? Ты снова сдрейфила?
– Они балду пинать не станут.
– Сдрейфила?
– Нет, блин.
– Трепотня. Даже парни из флота Союза должны были сдрейфить. Дредноута стоит бояться. Нас поджарят внутри кораблей Союза прежде, чем мы успеем хоть выстрел сделать.
– Гляди. Я знаю, что ты себя считаешь крутой, не гадишь там, где плаваешь, и все такое, но все изложено в первых трех стихах Пути Дворняги, – продолжал Стиллс. – Ты родился мертвым в гробнице по имени океан. Лучше не будет никогда. И тебя трахнули.
– Утешающе.
– Ты и я, Фока, не из того теста, чтобы командовать. Во всем этом бардаке афер мы – наемные бойцы. В отличие от Архоны, Кассандры и дель Касаля, у нас дерьмо заместо мозгов. В отличие от Иеканджики, у нас нет офицерских погон. Мы рядовые. Наше дело – не высовываться, жрать дерьмо и крушить головы тем, на кого нам покажут.
– Ты хочешь всю жизнь быть рядовым?
– Может, Фока, ты и можешь мечтать стать кем-то еще, вся из себя принцесса, на человека похожая, и вся херня, но я Дворняга. Всех моих амбиций хватит только обои переклеить. Я рискую на хрен все потерять, так что я буду кусать любую руку, которая попадется на дороге к выходу.
63
Святой Матфей принялся резко работать двигателями, сначала на разгон, а потом на торможение, и буксир оказался рядом с Хинкли. Огонь со стороны Кукол был столь же интенсивным, сколь и беспорядочным. Большие орудия порта старались не попасть в Хинкли. Астероид был не только военным, но и промышленным объектом. Сильно повредишь его, и это разрушит экономику не только порта, но и всей Федерации Теократий Кукол. Судя по всему, Куклы понять не могли, что же им делать с кораблями Союза, которые так быстро сломили оборонительные рубежи на дальней стороне Хинкли, а теперь использовали астероид в качестве щита.
Силы Союза не могли двигаться дальше под ураганным огнем, но и Куклы не могли отогнать вторгшихся. Сидя внутри буксира, Бел и Иеканджика слушали гомон переговоров по радио, приказы, вопросы, встречные приказы, сообщения гражданских кораблей, пытающихся уйти из зоны боя.
Они обогнули Хинкли. Вид Шестого Экспедиционного Отряда являл собой захватывающее зрелище. Двенадцать кораблей Союза, со всеми ходовыми огнями и выдвинутыми из бортовых блистеров орудиями, зловещее свечение излучения Черенкова, льющееся из огромных труб, пронизывающих корабли от носа до кормы.
Белизариус не верил в судьбу, но, в своем роде, сейчас это ощущение витало в воздухе. Двенадцать кораблей, запущенные четыре десятилетия назад, скитавшиеся в глубинах космоса, нашедшие сокровище и идущие домой, вопреки всем, кто вставал у них на пути. Это наполняло момент особой значимостью, захватывало, хотя он и знал, что во Вселенной нет такой вещи, как значимость.
