зал и отправились выполнять свою привычную рутинную работу немного расстроенные. Именно в тот момент, когда они готовы были оставить подземный город, он должен был выглядеть чище всего. Несправедливо.* * *
Нетерпеливый робот, тем временем, по радиосвязи связался с Ц.И.
— Я нашел людей и сказал им лететь на Европу, как вы и приказывали.
— Отлично. Проследи за тем, чтобы они исполнили свое предназначение, и можешь быть свободен.
Когда у роботов появилась собственная воля, к ним нужно было находить особый подход и использовать те уловки, что обычно работали на людях — уговоры и обещания.
Дрон, для которого предназначение являлось высшей истиной существования, отключился и продолжил наблюдение за остатками Эвереста. Как только люди из подземного убежища покинут планету, он сможет вернуться к своим делам. Ц.И. обещал ему это.
* * *
В сентиментальной натуре человека всегда была склонность к бурным прощаниям. Когда людей что-то связывало с местом, им трудно было его покидать, особенно если перед этим они, как следует, не попрощались с ним. Вот почему шейх устроил пышную вечеринку по случаю переезда. Весь вечер он со своими наложницами обильно выпивал, ел, отплясывал и пел во все горло. В целом по его поведению было не похоже, чтобы он особо горевал по Мекке, которую приходилось покидать.
Ребята весь вечер обслуживавшие вечеринку встали ни свет, ни заря, чтобы проверить корабль и подготовить все к переезду. На джипе они проехали примерно половину пути по тоннелю и остановились возле неприметной черной двери. Шэнли даже и не знал, что она там находилась. Но она там точно была. За дверью скрывался узкий коридор, который вел к ангару, где все это время хранился их корабль: длинный, крупный, сверкающий полированным металлом и крупными панорамными окнами из алмазного стекла. Он был укомплектован по последнему слову техники и был создан для далеких космических путешествий. Был когда-то. Что с ним стало за время хранения одному лишь богу было известно. И ребятам нужно был проверить его работоспособность. Глупо было бы перевезти всех людей вместе с их пожитками на корабль, чтобы так и не оторваться от земли.
Как только они подошли к кораблю, он будто ожил, в окнах зажегся свет, открылась дверь в пассажирском отсеке и оттуда вниз съехала продолговатая лестница. Осмотр начался. Все системы работали исправно, на корабле, помимо всего прочего, они обнаружили хранилище продовольствия с запасом еды и воды на несколько лет. Топливные ячейки были заправлены антивеществом, все было готово для полета.
Переезд занял еще целые сутки, пока, наконец, все жители Мекки по очереди не посмотрели на нее в последний раз перед отходом. Для шейха и его женщин мало что изменилось. В корабле были все те же помещения, что и в подземном городе. Был даже бассейн, была даже конюшня, благодаря чему даже кони могли отправиться в космическую одиссею. Это были первые и последние кони, которые намеревались посетить спутник Юпитера. Чтобы они не передумали им дали снотворного.
— Ну что, капитан, пойдем в кабину управления, поведешь нашу махину, — обратился Женя к Шэнли.
— В смысле поведешь? Я не умею! — вскрикнул Шэнли с выражением испуга на лице. Память о его прошлом в роли пилота так и не вернулась к нему.
— Ничего страшного. Просто займешь капитанское кресло, корабль все сделает самостоятельно.
— А почему я?
— Потому что только у тебя есть лицензия пилота.
— Но у меня нет никаких документов с собой.
— Все хранится в базе данных. Пойдем уже быстрее.
Шэнли поднялся с только что обретенной кровати и отправился в кабину управления. Все было, как Женя и сказал, корабль попросил Шэнли приложить руку к экрану, считал его биометрию, взял образец кожного эпителия для теста ДНК, в базе данных пилотов отыскал его лицензию и удовлетворенно дал доступ к управлению. Шэнли сразу же перевел его на автопилот и задал в качестве точки маршрута Европу. Все остальное сделала автоматика. В конце ангара открылись широкие ворота, корабль включил фотонные двигатели, ангар озарило ярчайшим белым светом и с легкостью, что поражала воображение, массивный корабль вылетел на свежий воздух. Женя встал у окна, среди всех черных, желтых и коричневых точек на поверхности он пытался отыскать одного маленького серебристого робота. И хоть он его не видел, он почему-то был уверен, что тот наблюдал за ними. Он мелко улыбнулся, думая о восторге, который тот должен был испытать, когда, наконец, займется делом, ради которого он появился на свет. Всем бы так везло.
Европа, Европа. Интересно, как многого успели там добиться люди за прошедшие годы. Может быть, построили уже там целый город или хотя бы небольшое поселение. Все только и думали, что об этом. Все испытывали легкий страх и волнение. Они одновременно боялись не найти там никого или найти, но опоздать.
Для Шэнли и Жени время полета стало настоящим вознаграждением за долгие годы стенаний. Они убедили шейха в том, что кораблю требовалось 2 пилота для управления и все время находились в кабине управления, попивали относительно неплохой капитанский кофе, резались в карты, шутили, смеялись. Как пилотам им полагалось улучшенное питание, и они получали на обед и ужин по хорошему куску синтетического мяса. Оно не слишком хорошо жевалось и на вкус напоминало бумагу, но они не жаловались.
Жизнь остальных слуг практически не изменилась. Сменились декорации, сменилось местоположение в пространстве, но не распорядок дня и обязанности. Черные комбинезоны по-прежнему убирали, стирали, готовили, обслуживали шейха, его конюшню и его гарем. Для людей, что привыкли к подобной работе и буквально срослись с ней, это было к лучшему. Работа помогала поддерживать психологический комфорт и напоминала им о доме, пока за тонкими стенками летящего сквозь пространство корабля во все стороны расширялся враждебный космос.
Несколько недель спустя они отыскали цель своего путешествия. Европа совершала привычный оборот вокруг Юпитера, когда над ее горизонтом вырос исполинский корабль.
Женя прилип к окну лицом:
— Посмотри на это!
Шэнли подошел вплотную к окну и посмотрел вниз на планету.
— Альфа-Центавра, — произнес он на выдохе, — И что это значит?
— Похоже, что мы опоздали, и людей здесь больше нет. Нужно сказать шейху
