меня так нарядила, словно мы ждем гостей, — усмехнулась я.
Джия промолчала, что было очень странно, и покинула комнату. Пожав плечами, я подошла к окну, распахнула шторы и немного приоткрыла окно, впуская в спальню свежий морозный воздух. «Зима скоро вступит в свои права, потеснив осень. Каникулы в самом разгаре. Еще целых две недели без ребят. Как там Клима, как оборотни? Чем все закончилось, отец не сказал. Наверно, принц объявил о кончине короля и собирается вступить на престол. Пантии Странк не позавидуешь. Подозреваю, ее закрыли до суда в том же подвале, где держали моих друзей. И поделом ей!.. Надо поговорить с отцом насчет зелья от штырей, он поможет ведьмочке».
Вглядываясь в пейзаж за окном, я размышляла, чем заняться, чтобы не думать. Не думать о профессоре, о ярких серых глазах с небольшим шрамом над веком, о поцелуях… Я дотронулась пальцами до своих губ, вспоминая нежные прикосновения Дара, страстные и до дорожи притягательные объятия его сильных рук.
— Анна, хватит! — остановила себя.
Садовник за окном подметал опавшие листья. Ворчал что-то себе под нос, было не расслышать.
'Дар-Кан, видимо, тоже очень занят. Вылавливает всех причастных к гибели отца. Королева, Пантия Странк и, скорее всего, отец Рея не единственные, кто был в этом замешан. А может, Дар сейчас со своей Ретавией Верг? Успокаивается в ее объятиях. — Я вздохнула, отгоняя дурные мысли. — Но все возможно, декан моего факультета сказала, что она с ним помолвлена. Да и у меня тоже имеется жених. Почему я не высказала все это Арку еще во дворце? Не сказала о нем, о себе, об этой заносчивой Верг. Тогда было не до выяснения отношений, которых, по сути, и нет. Но как же не сойти с ума еще целых две недели, пока я не вернусь в академию?
Мой взгляд перешел с садовника на появившегося из-за угла помощника отца. Он вышел за ворота и стал поправлять одну из магламп. Я замерла, всматриваясь… Что-то не так. Я не видела своего молчаливого друга. Да, листья опали и сейчас позднее утро, мой ночной собеседник не отбрасывает тени. Его нет! Там, где раньше стояло дерево, ничего нет! Лишь небольшой пенек… На душе стало грустно, но как-то правильно. Ведь все верно, в моей жизни появились настоящие друзья. Те, которые меня выслушают, поверят, помогут. Мысленно попрощалась с ушедшим другом. Поблагодарила за все наши ночные беседы. Пусть и выдуманные мной.
Меня отвлек стук.
— Войди, Джия, — не глядя на дверь, отозвалась я.
Дверь открылась, закрылась, Джия вошла, но почему-то молчала, и тогда я обернулась.
— Здравствуй, Анна, — улыбнулся мой некромант.
— Как ты вошел сюда? Как матушка тебя пропустила?
«Я сплю, и мне снится сон…»
Чтобы в покои молодой эйты входил чужой мужчина без сопровождения? «Точно сплю, — успокоилась я. — И мой молчаливый друг сейчас, наяву, цел и невредим».
— Нам надо поговорить, — пропустил мой вопрос мимо ушей Арк.
Он нервничал, но не подавал вида. Плечи под длинным, строгим и застегнутым на все пуговицы пиджаком напряжены. В полюбившихся мне глазах застыло волнение.
— Что будем делать? — спросил Дар и замолчал, давая мне возможность сообразить, о чем он говорит.
— Что-то случилось? — теперь занервничала и я.
— Да, случилось. — Он подошел ко мне вплотную, придвинув к подоконнику. — У меня проблема, — выдавил хрипло.
— Проблема? — Я вдыхала запах миндаля и краснела при свете дня от его близости.
Некромант провел по моим плечам, сжимая их, руками. Мое сердце затрепетало и упало в пятки.
— Да. Я не умею признаваться в чувствах…
К моему горлу подкатил ком, не давая вдохнуть.
— Никогда не делал этого раньше, Анна. — Арк прикоснулся к моей руке, сжал мои дрожащие пальцы. — Как нам быть?
— Ну, думаю, Ретавии Верг объясняться в чувствах не нужно, она давно считает тебя своим женихом и о помолвке говорила мне лично. Так что проблем не будет, — начала я нести полную чушь. — Мне мой жених тоже не говорил о своем отношении ко мне, но его никто и не спрашивал, наверно…
Не успела я договорить все, что хотела, как Арк обхватил ладонями мое лицо и пылко поцеловал меня в губы. Грозно, зло и так мучительно приятно. Я схватилась за его пиджак, как за последнюю соломинку, которая должна была спасти меня от потери сознания. Туман в голове и ничего больше, кроме жгучих и ярких собственных ощущений, сбивающих дыхание. Я не могла насытится его близостью. Сомнений в том, что мы будем делать, уже не возникало. Его тяжелое дыхание отзывалось во мне волнами страсти. Мой Дар что-то говорил, просил, и я отвечала:
— Да…
Эпилог
Две недели спустя
Огромный зал королевской академии все так же поражал меня размерами. Высокие потолки, величественные картины и учащиеся в полном составе.
— Кто бы мог подумать, а? — толкнула меня в плечо Климентия, жмурясь от яркого света. — Мы теперь знаменитости.
Подруга была права. Стоять под взглядами тысячи студентов вместе с преподавателями и ректором академии — это как-то непривычно. Дар-Кан мне тоже ничего не сказал о том, зачем нас позвали на сцену. Я его пытала, но он не промолвил ни слова.
Глава академии тем временем объявлял о начале нового семестра. Пока он напоминал правила поведения присутствующим, мы с ребятами заскучали.
— Послушай, Анна, ты не знаешь, для чего нас сюда вывели? — растерянно спросила стоящая рядом Селина.
Я мотнула головой, хотя подозрения у меня были, только я не совсем понимала, нас будут ругать или благодарить. Тут Гилатер Гурский обратил внимание на нашу компанию.
— Всем в Интарии уже известно, что совсем недавно был раскрыт заговор против короны, — строго оповестил он всех и снова посмотрел в зал. — Ужасное и скорбное для всего королевства событие! К моему сожалению, один из наших преподавателей был причастен к гибели короля Валентайна III, но… — ректор сделал паузу, — не бывает зла без добра, у всего имеется свой противовес. Прошу поприветствовать студентов нашей академии, которые, невзирая на опасности, испытания совести и предрассудки, помогли найти и наказать виновных! Селина Вильская! — произнес он громко, а баронесса запаниковала. — Примите мои поздравления и отличительный знак от короля Этиля I за вашу помощь.
Селина шагнула вперед на негнущихся ногах, взяла из рук ректора небольшую коробочку и встала на место.
— Я за тебя очень рада, — улыбнулась я ей. — Ты заслужила.
— Но я ведь ничего не сделала, — изумленно проговорила красавица, рассматривая драгоценный камень, лежащий на подушечке в центре коробки.
— Сделала. Благодаря тебе мы с Канашем
