-Ну, так что? – спросил я.
-Что?
-Как же наш план?
-Побег?
-Да.
-Все просто, - ответил он, теребя листья. – Следи за врачами. Ты видишь, двое стоят прямо за моей спиной? Еще четверо дальше. Среди всех четыре женщины – сил у них маловато. Еще четверо – мужчины. Вот, еще двое слева сидят на скамейке. Из них только один в хорошей физической форме. Они говорят о своем, на женщин и вовсе внимания обращать не стоит, они лишь болтают, и, в крайнем случае, закричат. Вот, один отошел – по телефону говорит. Минус его глаза. Но двое по-прежнему слишком близко к нам.
-Что ты собираешься делать?
-Бежать.
-Но тебе не нужно…
-Стой! – он схватил меня за руку. – Пошли!
Мы все дальше отходили от больницы, и, кажется, оставались незамеченными. Пациент тянул меня все сильнее, наконец, мы побежали. Вдруг кто-то закричал, началась суета. Я оглянулся – за нами уже гнались.
-Пошевеливайся! Ты еще сопротивляться захотел?! – громко завопил пациент.
Он отбросил меня и побежал еще быстрее. Его фигура скоро оказалась у высоких ворот. На них не было ни перепонок, ни ручек. Сплошная плоскость в два раза выше землянина. Я был с растерянности – что он собирается делать? Тут он вдруг вмиг перелез, словно паук, на другую сторону и скрылся за воротами. Его скользкая пластика поразила меня. Я и представить себе не мог, насколько он быстр и силен. Только через несколько минут к месту, где на земле после падения был я, подоспели врачи. Они, пробежал большой двор, уже запыхались и покрылись потом. О нас совсем забыли. Они достали телефоны, отдавали распоряжения. На их лицах был такой ужас, словно они видели огромный метеорит, падающий на них. Мужчины даже не стали гнаться за пациентом, а побежали в больницу. Женщины быстро завели нас по палатам и заперли там.
Теперь я сидел один в панике. Пациент ничего не сказал мне толком. Он был уже на свободе, и я боялся, что он попросту бросил меня. Кроме него помощи было ждать неоткуда, и я был уверен, что он все же явится.
О том, что происходило с врачами мне неизвестно. К нам больше не заходили с таблетками, что было странно. Информации ждать было неоткуда, и я нервно бродил из угла в угол.
Настала ночь. Звезды обманчиво заблестели на земном небе. Застрекотали насекомые, но тише не стало. За дверью все время раздавались шаги. Уже не медленные и загадочные, но быстрые и громкие. Они не прекращались и сопровождались разговорами. О сне не могло быть и речи. Я прильнул к двери. Отрывками я ловил фразы, из которых невозможно было составить определенную картину происходящего. Голоса стали неспокойными, людей у нас явно прибавилось. Постоянно звонил телефон, и бумагу покрывали письмами, что было ясно из шуршания ручки, скользящей по ней. Тревога росла у врачей, а у меня и подавно. Казалось, очень странно, как можно было сбежать вот так просто. Вновь и вновь я перекручивал в голове то, как бежал пациент. Его небольшое, некрепкое с виду тело, удивило меня. Забор и впрямь был очень высок, на него нельзя было даже опереться или зацепиться за что-то. К тому же, за ним, я знаю, были собаки, а сам он был покрыт колючей проволокой. Но ее землянин перепрыгнул в один счет. Раньше я бы не удивился, но сейчас я по собственному опыту знал характеристики людского тела. Сколько еще тайн у этого простого землянина преклонного возраста?
Шумы не затихали, и это подбадривало меня. Я переживал за пациента, и не знал, что он замышляет. В одном моя уверенность окрепла – он вернется.
И я не ошибся. Шел четвертый час. Уже стало даже светло. Я сидел на полу и смотрел с надеждой в окно. Вдруг слышу стук, очень тонкий. Я пошел ближе и увидел руку. Да, это пациент. Он внезапно кидает что-то в форточку. Промахивается. Кидает снова – попал. Чудится ли мне, или он закинул в палату пистолет? Затем еще один. Потом на меня посыпалось оружие, и я едва мог ловить его бесшумно. К счастью, из-за гама вокруг никто не обратил на шумы из нашей палаты внимания. Пациент поманил меня рукой.
-Прячь это все под кровать, накинь одеяло, чтобы не было видно. Да быстрее! Сейчас меня заведут в палату много людей. Они будут держать меня, я - вырываться. Главное – не растеряйся. У тебя будет мало времени. Ты сразу возьмешь любой пистолет и приставишь к голове любого врача. Затем быстро кидаешь еще два мне. И берешь еще один себе. И ни в коем случае не дай им подступиться близко, а тем более, захватить оружие! Это конец для нас, верная гибель. У нас есть только один шанс. Ты все понял? Дальше будешь действовать так, как я скажу. Ну, вперед!
И он исчез в тумане. Я был невероятно взволнован и пытался не перепутать все, что он мне говорил. Еще я боялся как-то не так подставить пистолет к голове, ведь в этом у меня не было опыта. Да и что потом? Придется убивать? На это я не пойду, но, думаю, пациент тоже. Да и что говорить? «Стоять!» или, может, «Я доминирую, жалкие людишки!» и грозно засмеяться? И важно еще подобрать момент. Волнение все росло и множилось, но в последний момент я собрался с силами и пообещал себе, что я смогу, ведь цель моя близка. И вот крики, удары – в комнату влетает пациент, а его связывают еще десятеро людей. Толкотня, меня пихают в сторону, угрозы, достают шприц. Пациент дергается, как паралитик и воет что-то бессвязное. Рукой я нащупал пистолет. Стало ясно: сейчас, или потом будет поздно. Резким движением я выдернул руку с пистолетом вперед. Миг - никакой реакции. Я хватаю за волосы одного из врачей и прижимаю к нему ладонью пистолет. Но, кажется, все не так. Я беру пистолет в руку, держа палец на курке. Так я видел в кино. Повторюсь, у меня не было опыта, так что и теперь я не был уверен в правильности своих действий. Доктор замер в легкой дрожи. Он со страхом едва оборачивался на меня.
-Простите, - шепнул я, - так надо.
-Уберите руки! – закричал пациент. – Нето этот парень прошибет ему голову, вы уж не сомневайтесь!
-Моя рука дрогнула от неожиданности, но я не ослабил хватку, и прижимал землянина еще крепче.
В палате стало тихо. Разве что только третий пациент, как всегда, лежа на койке, и бровью не повел. Он просто бесчувственный. Лежал и спокойно перелистывал свою книгу. Его внимание не теребили ни громкие звуки, неожиданные и порывистые, ни внезапно наступившая тишина.
А тут уже все мертвецки бездействовало. На лицах проступил холодный пот. В воздухе повисла рука доктора, уже собирающаяся вколоть иглу в пациента. Тот врач, женщина, остановилась в неудобной позе, не решаясь на что-либо. Остальные врачи просто в ступоре смотрели на меня, дрожа от любого шороха.
Звуки за дверью не стихали, а только росли. К происходящему стали проявлять нездоровое внимание без исключения все, кто случайно проходил мимо. Уже через минуту у двери столпилась вся больница. За этим нервно наблюдал все еще валяющийся под группой врачей пациент. Я вдруг вздрогнул, вспомнив о нашем плане, и судорожно потянулся к полу. Оттуда я вытащил еще один пистолет и бросил его пациенту, надеясь, что в суматохе, именно его рука за него схватится. И мои надежды оправдались. Вверх взмыло оружие. Десятки глаз приковано наблюдали за ним, застыв от изумления. Они уже поджидали его, и быстро протянули к нему пальцы. Но пациент снова опередил их всех. Его рука с резкой скоростью поднялась над другими и схватила пистолет мертвой хваткой. Тут же пистолет был прижат к голове женщины, которая оказалась ближе других.
