И вскоре, как пробка из бутылки, вылетел с ним наверх.
Я открыл глаза. Четыре огромных глаза были мне наградой. Катя и Хельга не проронили ни слова, но у них уже было достаточно сил и знаний, чтобы примерно понимать, что здесь произошло. И, кажется, моя жена и моя невеста были действительно впечатлены.
Затем я перевёл взгляд на купол. Он как-то странно мерцал. То ли изнутри кто-то бился, пытаясь вырваться наружу, то ли, наоборот, пытался оттуда сдрыснуть. Но, судя по мельтешению, внутри происходит что-то очень забавное. Я примерно понимал, что… Но жаль, что не могу увидеть это собственными глазами. В любом случае, я сделал всё, что мог.
Мгновение — и появляется Шнырька с Одином.
— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака! — выругался Шнырька, махая лапками на Одина. — Каш-ш-шется, этот ш-ш-шамурай ш-ш-шдох! Нещ-щ-щите нового… Ши-ши-ши!
Катя и Хельга сразу всполошились. Они давно знали Одина и беспокоились за него. Я же заржал, оценив шутку мелкого, который тут же ушёл к себе в теневой мир, скорее всего, поправлять здоровье и нервы мороженкой.
Я прекрасно видел, что с Одином всё в порядке. Он просто дико перенапрягся. Что ж, я влил часть и собрал все крохи энергии внутри себя и запихнул их в мохнатого самурая, который привык доводить всё до конца.
И прямо сейчас крысюк открыл здоровый глаз.
— Господин, Один справился? — уточнил он.
— Да, мой маленький друг, — улыбнулся я. — Всё прошло, как нельзя лучше. А ты можешь отдохнуть.
— Не время отдыхать, — попытался возразить Один, и даже попытался подняться.
Но тут уже я был против. Лёгким щелчком по лбу я прикоснулся к его сознанию и отправил его в лечебный сон, подхватив на руки.
— Э, Саша? — позвала Хельга.
— Слушаю тебя, — повернулся я.
Ледяная принцесса нахмурилась и махнула в сторону барьера:
— Ты не будешь его ломать?
— А я уже! — сказал я. — На сегодня мы здесь закончили.
— Но как… — нахмурилась Хельга.
Тут рассмеялась Катя и, подхватив подругу под руку, она буквально силой потащила её в сторону.
— Секреты Рода, дорогая, которые ты скоро узнаешь, когда присоединишься к нему.
Лицо Хельги просветлело:
— В смысле, ты знаешь, что там произошло? — она попыталась обернуться в сторону барьера.
— Не-а, — сказала Катя, — понятия не имею, но обязательно узнаю. Да, дорогой? — крикнула она мне.
— Да, да, — рассеянно добавил я.
Мысль моя работала уже в сторону моих дальнейших действий. У меня есть два купола. И троица богов внутри них.
Под одним находится пробуждённая армия Атлантов, а под вторым, похоже, собирается пробудиться один божок из этой мерзкой пакостной тройки, собственной персоной.
Что из этого хуже, понятия не имею. Что из этого случится раньше, тоже сказать сложно. Однако последнее, что я буду делать, так это отдавать инициативу врагам, ожидая, когда им самим заблагорассудится снять купол и вынырнуть наружу. Нет! Я собираюсь действовать на опережение.
Где-то на заснеженных вершинах Гималаев
Человек, который имел множество имён, обычно употреблявшихся вместе со словом «Император», в последнее время носил имя «Бухич». И это имя ему нравилось больше всего. Дело в том, что «Огненный Император» устал быть Императором.
Когда-то его учитель и друг выбрал молодого Бухича среди множества последователей — храбрых людей, которые встали на защиту своих земель и семей, и которые решили противостоять невиданным тварям, хлынувшим из новообразованных аномалий, которых позже назвали Эпицентрами.
Да, человек со странным именем — Охотник — тогда просто добро улыбнулся и ткнул в него пальцем. Как сейчас, Бухич помнил тот день.
— Ты! — сказал он безапелляционно. — Ты станешь Императором, вокруг которого объединятся люди. Ты дашь отпор тварям. И ты поведешь народ к процветанию.
И сказал он тогда это так, что Бухич даже не испытывал сомнений. А ещё он запомнил одно событие того же дня.
— А вот он, — сказал Охотник, — поможет тебе в этом, когда я уйду.
Бухич прожил очень долгую жизнь, но до сих пор он не мог понять, откуда Охотник знал будущее. Человек, которого он представил, носил фамилию Галактионов. Это был совсем ещё молодой Приручитель. Не самый сильный и опасный Дар, на тот момент. Простой боевой Одарённый был тогда гораздо востребованным.
Ведь что мог противопоставить даже сильный Приручитель против умелого мага? Стаю волков? Ну, или какого-нибудь приручённого косолапого мишку? Это звучало смешно. Ровно до того момента, как этот молодой Приручитель начал приручать тварей из аномалий. И вот тогда Бухичу перестало быть смешно. А этот «нелепый» Дар заиграл новыми красками.
Молодой Галактионов, под чутким руководством их наставника, творил чудеса. Волна тварей, бегущих на крепко стоящих, на своих позициях, людей, внезапно сбивалась с ритма и набрасывалась друг на друга. Начинался крутой замес. И тут уже приходила пора самого Бухича и других боевых магов, которые обрушивали силы стихий на стан врага.
А свора аномальных тварей, что постоянно таскалась с молодым Галактионовым и, по его приказу, убивала любого врага? Многие чувствовали себя сильно неуверенно рядом с ними.
Они сдружились с молодым Галактионовым, сильно сдружились. И когда внезапно Охотник покинул их, казалось, что теперь они смогут перевернуть этот мир. И, наконец, настанет пора мира и процветания всего человечества.
И они почти сделали это. Вот только, в какой-то момент, к аномальным тварям добавились другие враги. Пострашнее даже сильнейших аномальных тварей. Да, это были люди. Люди, которые быстро поняли, что сейчас тот самый момент, дабы основать собственные государства.
Это было ужасно. Победили сильнейшие. Те сильнейшие, которые могли бы направить свою силу против аномальных тварей и полностью закрыть Эпицентры, направили свою силу и мощь, чтобы подчинить себе обычных людей.
Да, Огненный Император со своим другом Галактионовым были, возможно, самыми сильными Одарёнными того времени. А их армия бойцов также была на пике силы. Если бы они захотели, то развернулись бы на юг, и забрали себе — и этот континент, и другой. Вот только, кроме силы, у них была ещё и мудрость, данная Охотником. Поэтому они просто удержали огромный кусок суши, гораздо больший, нежели многие остальные государства, вместе взятые. И Огненный Император основал Империю. А его друг взялся защищать юго-восточные границы.
Друг, который получил первым в новообразованной Империи так называемый дворянский титул. Причём самый простой титул — титул барона. И да, он тогда сказал, что другого титула ему не нужно.
