Но Эми приходила в Маккензи-Мэнор, чтобы поговорить о чем-то настолько для нее важном, что отправилась пешком, хотя путь был неблизкий. Но Клариса уделила сестре мало внимания. Эми едва исполнилось семнадцать. Она вполне могла попасть в беду. Надо скорее проведать ее.
Ее и жителей городка. Она обещала поиграть в шахматы с завсегдатаями пивной, обещала помочь жительницам Фрея-Крагс советами по уходу за кожей лица. Но прежде всего надо убедиться, что с Эми ничего не случилось. Принцесса никогда не нарушает своего слова, и пора напомнить себе об этом, особенно если учесть, что последнее время, она вела себя далеко не так, как положено вести себя принцессе. Она вела себя как влюбленная женщина.
Клариса перестала расчесывать волосы и прижала ладонь колбу.
Бабушка сказала бы, что не так важно то, о чем мы думаем, сколько то, с каким чувством мы об этом думаем.
Клариса понимала, что должна остановиться. Остановиться сейчас, пока не поздно. Она влюблена. Влюблена в шотландского графа. Влюблена в того, кто не предлагает ей ни будущего, ни дома, ничего.
Клариса сама загнала себя в ловушку и теперь не знала, как из нее выбраться. Но прежде всего надо проведать Эми.
Бал затянулся далеко за полночь. И сейчас, в полдень, когда Клариса быстрым шагом направлялась к конюшне, гости по большей части еще спали. Блейз поприветствовал хозяйку радостным ржанием, и очень скоро Клариса, подгоняемая запоздалой паникой, уже мчалась по дороге на Фрея-Крагс.
Последние четыре дня неласковое шотландское солнце баловало обитателей Маккензи-Мэнор, но к сегодняшнему дню щедрость его исчерпалась. Порывистый ветер яростно трепал вуаль, прикрепленную к шляпе, хлестал Кларису по щекам, словно не хотел пускать ее туда, куда она так стремилась.
Фрея-Крагс встретила ее совсем не так, как в тот первый раз. Рыночная площадь была почти пуста, если не считать группки мужчин, о чем-то болтавших друг с другом, и женщины с коромыслом и двумя полными ведрами воды. Городок притих и словно съежился. У Кларисы защемило сердце. Ведь здесь она впервые встретилась с Робертом. Тогда она его боялась. Боялась того влечения, что сразу испытала к нему. Боялась его мрачности. Теперь она тосковала по нему, не могла дождаться, когда он вернется из Эдинбурга и ответит на все те вопросы, которые не давали ей покоя.
Любит ли он ее, или она для него всего лишь очередная пассия?
У входа в пивную, закутавшись в шали от ветра, сидели старые знакомцы Кларисы. Заметив ее, они помахали ей. Клариса помахала им в ответ и послала воздушный поцелуй, но, вместо того чтобы направиться к ним, пошла к мастерской госпожи Дабб. Но кто-то из стариков окликнул Кларису по имени, и, после недолгого колебания, она направилась к ним. Клариса знала, что не пройдет и десяти минут, как Эми узнает о том, что она в городе. Возможно, будет даже лучше, если она узнает об этом не напрямую и успеет подготовиться к встрече.
«Принцесса в городе», – сообщит госпожа Дабб. Побежит ли Эми навстречу сестре? Или забьется в дальний угол мастерской и будет дуться в ожидании, пока Клариса сама к ней придет?
Она проводила Блейза к конюшне и передала конюху, расплатившись с пареньком серебряной монетой зато, чтобы тот поставил коня в теплое стойло и хорошенько его почистил.
Затем она направилась к пивной, улыбаясь пяти старикам. Они заслужили ее внимание.
Старики встали при ее приближении и поклонились.
– Хэмиш Маккуин, Генри Маккалох, Гилберт Уилсон, Томас Мактавиш, Беннет Мактавиш, – перечислила она всех.
– Вы помните нас всех по именам! – восхищенно воскликнул Генри. Он говорил слишком громко, как и тогда, когда они познакомились.
– А как же мне вас не помнить? – Клариса успела подхватить Гилберта, который поклонился ей с таким усердием, что едва не перевернулся. – Я стараюсь запомнить по именам всех красивых мужчин, с которыми встречаюсь.
Старики просияли.
– Вы пришли, чтобы поиграть с нами в шахматы? – спросил Томас.
Клариса помогла Томасу сесть и сказала:
– Не знаю, стоит ли мне играть. Сегодня я какая-то рассеянная и, боюсь, буду играть неважно.
Томас радостно потер руки:
– Оно и к лучшему. – Клариса засмеялась и погрозила ему пальцем:
– Какой вы коварный, Томас! – Ей нравились их голоса: возраст придал им хрипотцу, а шотландский акцент – тепло. Когда-нибудь и голос Роберта станет таким же, но будет ли она рядом, чтобы услышать его?
– Вы так печальны, ваше высочество. – Хэмиш теребил пустой рукав сорочки. – У вас что-то стряслось?
Булавки расстегнулись, и Хэмиш явно испытывал неловкость из-за беспорядка в своем наряде. Клариса посмотрела ему в глаза и сказала:
– Мистер Маккуин, у вас рукав расстегнулся. Разрешите, я помогу его закрепить? – Не дожидаясь разрешения, Клариса застегнула булавки одну за другой, так что прорехи не стало видно. – Если вы принесете мне ваши рубашки, я могу сделать петли на рукавах и пришить пуговицы, чтобы вы не мучились с этими булавками.
– Принцессе не подобает пришивать мне пуговицы, – пробурчал Хэмиш.
– Мне нравится шить, и мне нравитесь вы. Так что я получу от работы двойное удовольствие.
– Что? – Генри приложил ладонь к уху и повернулся к Беннету.
– Она говорит, что будет шить Хэмишу рубашки! – прокричал ему в ухо Беннет.
– Значит, ваше высочество собирается остаться в Маккензи-Мэнор? – обрадовался Генри.
Клариса не нашлась что ответить. Попросит ли ее Роберт остаться?
– Не знаю, – сказала Клариса. Мужчины многозначительно переглянулись. Трудно сказать, что означали эти взгляды.
С наигранной беспечностью Клариса присела на табурет перед шахматной доской.
– Я бы хотела заказать нам всем по кружке эля. Где хозяйка заведения?
Томас поперхнулся и закачался на стуле. Того и гляди его снова придется подхватывать.
– У нее неожиданно нашлись срочные дела. – Гилберт приложил палец к губам, давая понять, чтобы все замолчали.
«Что это у них за секреты?» – подумала Клариса. Но не успела она выудить у них секретную информацию, как Хэмиш сказал:
– Ваше высочество, с востока подул сильный ветер.
– Что? – Клариса обернулась на восток и увидела мистрис Дабб. Она шла к ним через площадь со стороны швейной мастерской.
Клариса едва не подскочила от радости. Эми хочет ее видеть.
Но радость ее оказалась преждевременной. Не стала бы мистрис Дабб бегать с поручениями от своей работницы.
Мистрис Дабб приблизилась к Кларисе и присела в реверансе:
– Ваше высочество, как приятно снова видеть вас в нашем городе! Вы пришли, чтобы побаловать мое старое лицо?
– Я обязательно вам помогу, – заверила портниху Клариса, – но вначале мне надо поговорить с мисс Розабел.
