регенерирующую пену… Но это абсолютно не помогло.
Решив забить на эту мелочь, Дарк вернулся в пилотскую кабину и продолжил свои бесконечные поиски. Но кровотечение не прекращалось, все становилось только хуже. Через пару часов его харгонский глаз полностью заплыл кровью и ничего не видел, кроме всего прочего он начал болеть. Полуослепнув, Алекс с раздражением прервал свое занятие и решил вернуться в Тартар, чтобы попробовать вылечиться в стационарном медботе или попросить Суон быстренько подлатать его, и он мог снова вернулся продолжать.
Занятый совсем другими мыслями, он и не сразу сообразил, почему это его тело не регенерировало сразу, как обычно. Уже находясь на Тартаре, когда и стационарный медбот не помог ему, он задумался про регенерацию «наргом» и понял, что дело серьезное.
Суон тоже ничем не могла помочь.
- Алекс, мой дар, как и вся остальная псионика, совершенно не действует на тебя, - сказала Суон, с сочувствием осматривая его, - Выглядишь хреново. Что-то не так, очень не так.
- Ты права, не так, - ответил Дарк, уже сам поняв причину, - Эта пакость в моей крови, она кончается… И вместе с ней кончаюсь я.
Призвав на Великую Охоту гурхоров, он потратил огромное количество «нарга», досуха опустошив харгонский артефакт-сферу в огромном кристалле. А тот нарг, который он поглотил ранее из тела убитого Ранх-Каша, хозяина гигантского резирагха и сферы, был потрачен на регенерацию смертельной раны, полученной им в бою с Такэси.
А дальше оставшийся «нарг» в его теле медленно, но верно, просто-напросто истощился. Было очевидно, что харгонские нано-машины нужны были не только для регенерации, и телепортации, но и для постоянного поддержания совместимости человеческих органов и измененных харгонских. И более того, для измененных органов, чтобы держать их в функциональном состоянии, «нарг» тоже был нужен. Без нарга чужеродные ткани отторгались и разрушались, при этом Алекс испытывал боль и слабость. И самое страшное, никто и ничто не могло ему в этом помочь.
Кроме «нарга».
Верная Майса, секутор его фаланги «Горгон», немедленно сорвалась на поиски «нарга», улетев на своем «Корсаре», чтобы во что бы то ни стало помочь своему ванакту.
Алекс Дарк же остался во временном лагере, беспомощно ожидая ее возвращения. К тому времени на его теле появилось множество кровоточащих язв, измененная кожа рвалась, как прогнившая ткань, раны воспалялись и гноились, и он сам весь ослабел. Дошло до того, что он даже не мог поднять «харгонской» рукой свой каранарг.
Это было ужасно.
Алекс целыми днями тупо сидел в лагере, отперевшись спиной на контейнеры с боеприпасами, и наблюдал за царящей вокруг суетой с чувством какой-то злости к своему бесполезному состоянию. Все были такие деятельные, что-то все время вокруг происходило, назревали новые сражения… а он! Бесполезный кусок мутировавшего мяса, просто валяющийся под органическим дождем Пакса, ожидающий помощи от Майсы.
Алекс чувствовал себя просто отвратительно, злился на самого себя, на «нарг» и на все на свете, но ничего не мог с этим поделать. Просто ждал.
Наконец Майса вернулась. Каким-то чудом ей удалось достать священный гурхорский напиток. Алекс судорожно поглотил эту неприятную жижу, надеясь, что это все исправит.
И действительно помогло!
Раны очень быстро затянулись, боль и слабость как рукой сняло. Алекс Дарк снова чувствовал себя самим собой, полностью готовым к бою. Только осознание того, что это все равно ненадолго, омрачало его радость. Нужно было что-то предпринять, пока он еще был в силах и новая порция «нарга» сохраняла его состояние стабильным.
Самый простой вариант – обеспечить себя постоянным источником «нарга». Что-то такое можно было организовать – ведь были же гурхоры, и был еще второй харгонский артефакт, который использовал Такэси, и он не был истощен. Но…
Но Алекс вдруг осознал, что он теперь зависим. Его здоровье и боеспособность теперь держались только на постоянном поступлении новой и новой дозы. Даже чтобы элементарно не помереть, ему нужно было искать этот гребаный «нарг»… Иронично, но так похоже на «Амброзию» элит, постоянный прием которой помогал им сохранить вечную молодость и сверх-силу, только для Дарка это было вовсе не так, темный аналог чудесного вещества держал его на крючке безысходности. Происходило ли то же самое с гурхорскими ганрархами после приема священного напитка? Или же их природная живучесть пересиливала? Алекс этого не знал, и проклинал тот день, когда сам первый раз выпил их священный напиток. Но проклинай не проклинай, все уже свершилось, и более того – если верить пророчествам Безумного Адмирала произошло ровно то, что должно было произойти неизбежно. Теперь задача состояла в том, чтобы вернуться в строй.
Существование от дозы к дозе Алекс отверг как путь в никуда. Он решил, что найдет способ исцелиться от этого «харгонского проклятья» навсегда. Для этого нужно было отправляться во Внешний Космос, искать харгонские миры.
Искать Лимбос.
И он должен был это сделать сам, в одиночку. Призрак Рэйвина исчез и больше не появлялся, после того, как Алекс отверг его предложение перенести свою личность в виртуальный рай, созданный цивилизацией древних ящеров. А брать с собой кого-то из «спартанцев», отправляясь в полные неизвестных опасностей просторы Внешнего Космоса, Алекс не считал себя в праве. Хотя Майса очень настойчиво собиралась лететь вместе с ним. Но Дарк думал, что она скорее всего просто погибнет там, как и он сам, потратив свою жизнь на его проблемы, на его поиски исцеления для себя самого. На поиски исцеления, которое вполне возможно вообще не существует.
Алекс ничего не сказал о своих сомнениях ей, он клятвенно заверил, что обязательно вернется, когда все исправит. И что он знает, что надо сделать, и что все будет в порядке. Скоро. Осознавая, что по большей части это все ложь. Нужно было убедить ее остаться, и это ему удалось. Доверяя слову своего ванакта, Майса подчинилась, но все равно провожала и поддерживала Алекса до самого отлета. Вместе с Суон и Сметанкой, они подготовили все необходимое для долгого полета, и Дарк наконец мог отправиться в путь, отчетливо понимая, что скорее всего больше никогда не вернется назад.
Когда Майса и Суон помогали ему собраться в путь и усаживаться на свой «Корсар», поскольку силы снова начали покидать его, у Алекса было устойчивое ощущение, что и он видит их в последний раз.
Но так было надо. Он видел, что прежний боевой пыл вокруг Тартара спадает, все начинают постепенно осознавать произошедшие перемены и начинают жить новой жизнью. Без войны до победного конца,
