по-настоящему никогда не был, только в те моменты, когда он находился между жизнью и смертью… А кто знает, что могло привидеться ему в такие моменты? Может правда, злой Темный Бог покарал неверных и потом избрал Дарка своим проводником «голодной воли» в этом мире, как до этого избрал расу примитивных гурхоров? А все эти измышления насчет пути цивилизаций не более, чем последствия предсмертного бреда самого Алекса?
Крайне маловероятно конечно, но кто возьмется достоверно утверждать?
Уж точно не Алекс.
Размышляя обо всем этом, он некоторое время бродил по их миру, никем не замечаемый, сам как призрак, решая, что делать дальше.
Ну ладно, может быть, он сейчас восстановит в своем теле запасы «нарга». Или даже ему повезет, и он каким-то чудом обнаружит еще один шар-артефакт, наполненный нано-машинами, и заберет его с собой. Но это не решало самой сути проблемы. Он как был зависим от «харгонского проклятья», так и останется зависим от него. Нужно было как-то избавиться от нано-машин в своем теле.
Вот только как это сделать?
«Эх, был бы сейчас здесь Рэйвин, он бы сказал что-то умное, или хотя бы поддержал меня», - грустно подумал Алекс, бродя среди инопланетных растений, строений и существ.
Но Рэйвин не появлялся, может быть, он исчез вообще навсегда, Дарк не знал.
«Чтож, мне не впервой сражаться в одиночку, когда все против меня,» - со вздохом подумал он, - «Справлюсь, как и всегда! «Спартанец» я или где? Буду превозмогать!»
Он старался рассуждать логически, вспоминая все, что узнал от гурхоров, и все, о чем они сами догадались с Рэйвином.
Итак, поглотив «нарг», кроме всего прочего, он потерял все способности к псионике, но при этом стал слышать «волю Пожирателя». Ганрархи о чем-то подобном говорили… Как понял Алекс, это было, как если бы он настроился полностью на один канал комлинка, а все другие были для него заблокированы навсегда. Если исходить из этого, у него теперь была прочная связь с нано-машинами, а через них с общим сознанием харгонов в их сфере на Лимбосе. Скорее всего, эта связь была псионного типа, или использовала механизм подобный тому, что-то вроде технически созданного аналога псионики.
Допустим.
Тогда, чтобы освободиться от этой зависимости, Алексу надо каким-то образом отключиться от этого канала. Фиг с ним, если он утратит способность к регенерации и возможность управлять «наргом»… Главное, снова стать самим собой.
Если, конечно, это сработает.
А если, отключившись, его тело рассыпается и расползется как гнилая фиброза?..
«Да и пофиг! Лучше уж так, чем бесконечно торчать на этом дерьме, превращаясь из нормального воина в говно грызячье», - решительно подумал Алекс, - «Смерть значит смерть!»
Вариант попытаться полностью извлечь все нано-машины из своего тела он отмел сразу. Во-первых, у современных людей не было технологий, способных справиться с этой задачей. Может быть, только в городах-эдемах… Но попасть туда ему было бы еще сложнее, чем найти Лимбос. И во-вторых, в его теле они были уже настолько везде, и столько органов было ими изменено, что он бы наверняка умер бы сразу без них, и никакой самый лучший медбот не реанимировал бы его обратно.
Значит, надо искать Лимбос или хотя бы возможность напрямую связаться с этим общим думракским виртуальным сознанием. Хоть Алекс и был настроен исключительно на «канал нарга», но голоса Темного Бога, как и призрака Рэйвина, он больше не слышал с момента своего последнего умирания. Может, он уже настолько утомил всех их своим мельтешением, что они решили его игнорить, мол, если такой умный, пусть сам там как-нибудь? Кто их знает, этих трехглазых-шестилапых.
Итак, надо лететь прямо к ним в домашний мир Лимбос и пытаться выйти на прямой контакт. По-другому, получается, никак.
Приняв решение о дальнейшем плане действий, предварительно вобрав в себя «нарга», сколько мог, Алекс вернулся на корабль и покинул планету-рай.
Он отправился дальше, к древним забытым звездам, в поисках мира между мирами, куда каждый раз забрасывало его, если он начинал умирать.
Среди 288 звездных систем, не было обозначений, какой из представленных миров думраков был их домашним. Возможно, в те времена люди не знали этого, или не нашли его или не заметили, что это он. Алексу ничего не оставалось, как действовать наугад, перелетая от одного к другому, в надежде случайно наткнуться на нужный.
Он так и делал. Перебирая их один за другим, везде встречая аналогичную картину – бессмысленный рай, полный бессмысленных существ… Иногда он натыкался на колонии, которые подверглись гурхорским нападениям. Эти колонии были практически полностью опустошены. Гурхоры действовали без меры – тех харгонов, кого они не смогли захватить в рабство, они жестоко убивали, как скот. Строения разрушали, растительность сжигали биотической кислотой.
Алекс Дарк с печалью и осуждением наблюдал развалины и пепел бывших колоний харгонов, до появления гурхоров, возможно, безмятежно существовавших многие тысячи лет. И с другой стороны удивлялся упорной злобе гурхоров, ведь это занимало не один день и даже не месяц, целые годы, возможно – столько разрушить и убить… Да и зачем? Восславить своего Темного Бога и удовлетворить свою жажду крови? Только и всего?
Беззащитные ящеры, которых не мог больше защитить «нарг», не предусматривавший таких ситуаций нападения, гибли миллионами под натиском нескольких десятков кораблей-храмов, соревнующихся между собой, кто больше убьет и разрушит. Нарг мог обеспечить лучшие условия для жизни харгонов, поддерживать их тела в здоровье бесконечное количество лет, пока сам был работоспособен, обеспечивать пищей и всем остальным, даже защищать от метеоритных угроз с помощью гравитационных искажений… Но от расы-паразита защитить не мог. Сверх-развитая древняя раса думраков, желавшая жить в мире общего благоденствия без страданий, в итоге стала безвольной жертвой нового вида, по сравнению с ними недоразвитого, но зато гораздо более злобного и агрессивного. В этом была какая-то злая насмешка реальности.
Мир за миром, Алекс исследовал их, восполнял запасы «нарга» и отправлялся дальше, так и не найдя нужного ему.
Он даже научился извлекать некое подобие информации из строений харгонов. Точнее, это была даже не информация, а так, обрывки видений, что-то между галлюцинациями и голограммами. Прикасаясь к определенного типа строениям, он стоял так, отрешившись от окружающего мира, как тогда, когда пытался выбраться с Лимбоса, круг за кругом заходя в копию Врат Судного Дня. Иногда у него получалось, и на грани восприятия он улавливал какой-то образ. Видимо, это были или какие-то устройства для связи, или подобие хранилищ данных. В какой-то
