форме. Итак, я выключаю свет. Не забудьте, полное подчинение командам для синхронности. А, руки, — с этими словами она подошла и помогла нам с Рыжим Безумием взяться за руки.
Далее свет потух, но по отражению на плитке я заметил, что Жарптицева сама без накидки. Тем временем комнату начала заполнять влага.
Эта старая ведьма колдует или я сейчас сварюсь от выброса энергии рыжей?
— Итак, начинаем подбор ритма. Вдох… выдох, — начала произносить женщина, а в воздухе при этом вспыхивали шарики света, кажется, стихии целительства.
Значит, вода всё же — часть метода.
Глава 28
Я послушно подстраивал дыхание под темп.
Иногда это было сложно, так как она тараторила команды очень часто, а изредка делала паузы на счёт триста.
Я чуть не помер! Давно я не испытывал подобных проблем с дыхалкой.
Но в какой-то момент раздался щелчок пальцами, а меня выбросило в мой внутренний космос.
И наступило разочарование.
Нет, куб из точек озарило сразу десять новых светящихся объектов, но я ожидал большего. Намного большего.
На этом собственно всё.
Но стоило мне об этом подумать, как я ощутил дуновение ветра.
Что? Ни один из моих куличиков ранее не страдал от подобного явления, а тут поднялся буквально ураган, что поднял пылевую бурю.
А кроме того я ощутил чудовищный прилив энергии, что означало профицит лун.
И с каждой секундой это ощущение всё росло, а ветер поднимался сильнее.
Я попытался вырваться с поверхности планеты в космос, но не смог.
Вокруг была кромешная тьма.
Временами меня били искры статического электричества.
Но куда болезненнее были разогнанные песчинки, а кроме них в воздухе уже летали и небольшие фрагменты породы.
Потом резко наступил штиль.
Я оказался погребён под слоем пыли, всё тело щипало, я кое-как выбрался.
Новых светящихся точек видно не было на той вершине, что я сейчас наблюдал.
Жаль.
Стоило об этом подумать, как земля начала трястись, словно пытаясь сбросить меня вместе с наметённой пылью.
По поверхности поползли трещины, куда начали обваливаться частицы грунта. Кое-как мне удалось увернуться.
И только в момент, когда из трещин попёрла лава, я вспомнил, что могу летать.
В миг, что я взмыл в воздух, моя мирная карликовая планета резко начала меняться.
Где-то далеко в космосе я уже видел момент, когда из сотен открывшихся вулканов рванула магма ярко красного цвета, напоминающего кровь.
Ужас. Мрак. Можно в обморок упасть?
Но сознания я не потерял.
А в следующий миг меня что-то ударило. Я кое-как стабилизировал свой полёт, но ещё что-то прилетело мне теперь в плечо.
Дождь? Град? В космосе?
Мысли промелькнули быстро, но реальность я увидел иную: огромное метеоритное облако устремилось к моей несчастной планете, а мне оставалось лишь уворачиваться, временами неудачно.
Спустя неизвестное для меня время, атаки прекратились. Я, было, вздохнул с облегчением и обернулся посмотреть, что собственно стало с моим родненьким небесным телом.
А шарик оказался скрыт под непонятной завесой, только углы куба торчали из неё. Но без светящихся точек.
Ничего не понятно.
О! Что-то яркое появилось. Всё же прогресс?
Но стоило об этом подумать и немного изменить угол полёта, как комета долбанула прямо в поверхность, а меня снесло волной ужасающе жаркой… влаги?
А затем я кое-как увернулся от подобной, очень и очень стремительной атаки уже с другого направления.
Что вообще происходит?
Орбита карликовой планеты точно сместилась, но и сама она претерпела колоссальные изменения.
После всех процессов, мой пыльный шарик цвета слоновой кости стал напоминать что-то совершенно иное.
Дымка, бирюзовая атмосфера и оранжево-жёлтая поверхность.
Именно на неё я опустился.
Лёд.
Что это вообще было?
Ладно, не так важно. Что это мне дало?
После комет и быстрого процесса нормализации обстановки, мой внутренний космос снова не проявлял активности.
Из состояния медитации я вышел от прикосновения к моей голове.
В полутьме я увидел нагую фигуру женщины с растрёпанными волосами.
— Почему Вы голая? Я не собираюсь жениться, я уже говорил, — проворчал я, зажмурив глаза.
— Я волосы на ногах брею. Не мельтеши, очень сложно было подавить выплеск энергии Натальи. Покинь помещение, нам надо заняться гигиеной. Это были очень тяжёлые сутки. Так что быстро в душ и кушать. Ты свободен. Часов на пять, — произнесла Жарптицева очень уставшим голосом.
— А потом что?
— А потом будем повторять. Пришлось прерваться для отдыха и стабилизации. И сил даже с зельями мне не хватает, Наталья очень сильна. Но метод точно сработал.
— На ком?
— А, точно, тебя я не проверяла, но ты при первичном осмотре не изменился. Максимум немного лун получил.
— А, ясно, — проворчал я, быстро ополоснулся, вытерся и вышел. В темноте делать это сложно, но огоньку или искорку просить не стал, чтобы не провоцировать.
Я сбежал в уборную. Брезгливо обошёл дохлую крысу, откуда-то тут появившуюся, но терпеть до второго этажа было уже поздно. Сделал своё дело, затем достал жезл, что на время метода приходилось снять в отличие от кольца
— Твоё мнение о прогрессе, Бил? — спросил я.
— У твоей рыжей невесты определённо хорошие перспективы, если судить по её прошлому взрослому облику. Но со скамейки, где ты меня бросил, я видел в этот раз слишком мало. Но вы двое меня не интересуете. Зато госпожа Жарптицева показала, чего я лишился. Какой же я глупец, она просто прекрасна! — начал тарахтеть крылатый артефакт.
— Я тебя спрашиваю, какие во мне изменения?
— А? Какой же ты эгоист. У тебя просто немного приросли луны, но даже не постоянного объёма. Ничего интересного.
— Как? Планета или спутник, что я продвигаю, претерпела такие колоссальные изменения, — удивился я.
— Не знаю, не видел и посмотреть не могу. Может это всё галлюцинация или сон. Во время медитации обычно растут луны, их объём или продвигается развитие через контроль над точками. Чем больше точек, тем выше контроль. Вот Рыжее Безумие всё это время создавала лишь якоря, насколько я могу судить. Все её выплески наоборот уничтожали контролируемые точки. То есть она практически стояла на месте.
— Если ты всё это знал, сказал бы мне, наверно я бы согласился на метод раньше. Молчание, пожалуй, золото. И каков её прогресс?
— Около трети, но потом случился выплеск энергии, что сжёг Анну Павловну вместе с одеждой. Если бы не её развитие, не только ты стал бы мне коллегой по призрачной стезе, но и все обитатели академии. Сейчас меньше половины добытого контроля осталось у твоей невесты.
— А, — проворчал я, проигнорировав подколку про «невесту» и двинулся наружу.
