— А чего ж ты молчал-то? — пожал могучими плечами искренне удивленный таравердиец. — На кой Таравердии ваши свары? Между собой погрызетесь, а потом про договор забудете и бешеными псами на нас кинетесь? Не-е, мы теперь о землю расшибемся, а тебя к Столпу непременно доставим, чтобы ты про венец выспросить мог. Клянусь Семерыми!
— Похвально, мой друг, оказывается, я смог вдолбить в вашу голову достаточно знаний о внешней политике для того, чтобы вы сделали верные выводы, — умилился Коренус и загордился личными подвигами на педагогической ниве.
— Оземь не надо, я не могу тратить бездну времени на отскребание рыцарей. — Аш улыбнулся широко, словно у него с плеч тяжеленный, куда уж мешку Коренуса, камень свалился. Качнул головой так, что тяжелый хвост волос хлопнул по спине, и потом признательно добавил: — Спасибо вам, я не думал, что объясниться будет так легко.
Бегство, сражение, короткий отдых и содержательная беседа о высоких материях завершились небольшой ревизией ресурсов, оставшихся в распоряжении отважной, уж во всяком случае, отважной на три четверти личного состава, компании.
Потеря котелка (проклятая невидимая зверюга раскатала его в амебообразный блин) была трагична, но благодаря присутствию в мешке у магистра сковороды почти восполнима. Пока Коренус пел панихиду по любимой посудине, прошедшей с ним огонь и воду, Оля мысленно откорректировала меню будущего обеда и поделилась с друзьями захваченным из дома бабушки темным шоколадом. После «небольшой» пробежки по лесу быстрые углеводы были самым уместным перекусом. И пусть сама девушка больше любила молочную «Аленку», сейчас и «Бабаевский» пошел за милую душу. Большая плитка исчезла со свистом. Вдобавок, мужчины еще и запили ее уцелевшим коньяком из заначки магистра, отпраздновав заодно свое второе рождение. Девушка радовалась жизни вместе со всеми, но коньяк употреблять категорически отказалась.
Коренус сверился с компасом и обрадовал честную компанию: убегание от призрачных монстров оказалось чрезвычайно полезным времяпрепровождением, оно было не только способом экстренного выживания, но и мощным средством приближения к цели. Одним словом, до Камня истины, если у компаса никакие магические контуры не замкнуло наглухо, оставалось всего несколько часов ходу. Что в светлом сосновом лесу с минимумом подлеска оценилось четверкой «бывалых туристов» как легкая приятная прогулка.
Прогулка действительно была легкой и приятной на протяжении почти двух часов. Да, ноги девушки уже приятно гудели, но не ныли. Неужели Деванир, кроме того, что вылечил растяжение, заодно снял с нее и усталость? Когда Оля спросила об этом Коренуса, маг лишь пожал плечами и ответил:
— Все может быть, милая, возможно даже, у него это получилось случайно, когда врачевал твою ногу. Боги и полубоги часто творят чудеса походя.
— Все равно я ему опять даже спасибо сказать не успела. Нехорошо получилось. Надеюсь, он еще появится, — пожалела добросердечная девушка.
— А я надеюсь, что нет, — сердито встрял Ламар. — Хоть он и вылечил тебя, возлюбленная невеста, от этого красноволосого неприятностей больше, чем пользы. Не зря же его боги в камень запихнули!
Оля покосилась на ревнующего рыцаря, улыбнулась и, слазив в кармашек рюкзачка, предложила:
— Хочешь конфету? Ее надо сосать!
При ревизии запасов она совершенно случайно нашла предмет, с неизвестными целями прихваченный кем-то из друзей еще в супермаркете и оплаченный одновременно с кучей прочих покупок.
Ламар разулыбался, принял подношение и заткнулся. Следующие несколько минут девушка отчаянно старалась сдержать рвущийся наружу хохот. Бесспорно, мир Вердана и Фодажские леса со времени блужданий по оным Семерых богов видели немало чудес, но такого, Оля могла биться об заклад, тут не встречалось. Рыцарь-драконоборец уверенно шел по сосняку и с наслаждением, шумно чмокая и чавкая, сосал чупа-чупс. Язык Ламара уже не был черным, потихоньку он начал принимать живописный оттенок светлой синевы.
Глава 14
ЯВЛЕНИЕ КАМНЯ
— Ой, — замечтавшаяся Оля уже привычно ткнулась носом в спину и мешок магистра. Тот, соответственно, притормозил, потому что Аш встал как вкопанный.
Сейфар сурово сдвинул брови, склонил голову и с самым трагическим видом изучал вполне себе живописную полянку с ярко-зеленой, какую встретишь только по весне, густой травой. Милую такую полянку: травка шелковистая, кроваво-красные цветики, вроде мелких колокольчиков, покачивали головками на ветерке. Вот только форма у поляны была странной, как показалось девушке, похожей на расплывшуюся кляксу зеленых чернил.
— Горе-то какое, — посетовал Коренус, слазил за платком и шумно высморкался. — Какая же тварь такое сотворила?
Оля и Ламар — замыкающий переглянулись с равным недоумением. Магистр покосился на нерадивого ученика и девушку, незнакомую с местными реалиями, вздохнул и объяснил раньше, чем скорбящий Аш выдал грубую правду жизни в резких выражениях:
— В Фодажских лесах обитает несколько динолей, крылатых единорогов, я видел их как-то раз, мельком, поблизости от Камня истины. Серебристая шкура, белоснежные крылья, струящаяся по ветру грива. Издалека, конечно, видел. Чудесное создание не позволило мне приблизиться. Диноли чрезвычайно осторожны и не подпускают к себе людей. Волшебные звери, частично сотканные из магии мира… Когда уходит крылатый вестник, мертвой плоти не остается, она обращается в траву и цветы.
«Так это не клякса, — запоздало сообразила девушка. — Если присмотреться, очертаниями небольшая полянка действительно походит на лежащую лошадь с крыльями».
— Думаешь, его убили? — насторожился рыцарь, опуская руку на эфес меча.
— Диноли почти бессмертны, — со строгой скорбью ответил магистр. — Но если приходит срок и крылатый уходит в мире, то цветы на поляне ухода прорастают белые или голубые. Красный — ясный знак насильственной гибели.
— И если кто-то оказался способен не только поднять руку на диноля, но и воплотить черное намерение в жизнь, нам стоит поостеречься, — закончил Коренус под согласный кивок Аша.
Первый шок от столкновения с местом преступления прошел, и теперь сейфар выглядел почти беспечным и расслабленным. Эта расслабленность могла обмануть любого наблюдателя, если только тот не вздумал бы подойти ближе и заглянуть принцу в глаза. Но тогда менять мнение оказалось бы поздно.
Ламар серьезно кивнул, принимая рассказ к сведению. Если прикончили какую-то крылатую осторожную лошадь, то и бескрылым людям надо поостеречься. После знакомства с невидимой погибелью и тенеловом, которые решили свести близкое знакомство с путешественниками на почве гастрономии, в драконоборце существенно поубавилось бравады. Уверенность в личной силе и неуязвимости дала небольшую трещинку — допущение, что не все в Фодажском лесу можно порубать верным мечом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
