вопросам. Для этого недостаточно оговорить только общие принципы солидарности и экономического сотрудничества, которые должны развиваться, невзирая на межгосударственные границы. Ведь и эти принципы можно так же игнорировать, как это делают сейчас многие страны в отношении прав человека. Они должны включать в себя в качестве фундаментальной основы
кодекс демографического поведения государств и формулировку целей и принципов демографической политики каждого из них. Конечно, при определенных условиях могут быть нарушены любые взаимные обеты государств, как бы ни были они торжественны и точны. И все-таки, пожалуй, было бы целесообразно поставить перед собой для начала как минимум три цели: дать мировой общественности возможность составить более ясное и полное представление об истинных масштабах проблемы народонаселения; выявить и указать - с помощью простого сравнения количественных показателей - страны, не поддерживающие сотрудничества в этой области или превышающие пределы собственных возможностей; и, наконец, подвергнуть такие страны международному осуждению, а возможно, и другим мерам наказания. Все это может на первый взгляд показаться излишне утопичным и наивным, однако лично я глубоко убежден, что совесть мира и мировое общественное мнение, в особенности в вопросах, связанных с народонаселением, превращаются сейчас в такую реальную силу, с которой уже не может не считаться ни одно государство или правительство.
Впоследствии, по мере того как нынешнее созвездие наций будет, как я надеюсь и верю, постепенно, шаг за шагом, превращаться в истинное мировое сообщество, параллельно будут развиваться и совершенствоваться необходимые соглашения. Сейчас важно уже то, что в эту область тоже входит свежая струя новых идей, направленных на обновление человеческой системы.
5. Глобальное управление природными ресурсами
Важные перемены в нашем образе мышления постепенно распространяются и на вопросы, связанные с природными ресурсами. Наиболее яркий пример - нефть. Внезапное трех-четырехкратное повышение цен на нее, превращение нефти в оружие политического давления, создание картеля производителей, серия бойкотов и эмбарго, альянс потребителей, угроза продовольственных, экономических и военных контрмер, вероятность распространения нефтяного синдрома на другие виды промышленного сырья - все это свидетельствует о том, что нефтяной кризис затронул нервный центр промышленной цивилизации. Запасы других видов сырья по сравнению с ранними оценками представляются сейчас более обширными, однако и они расходуются небрежно и расточительно, невзирая на возросшее население и его потребности. Никогда еще специалисты, эксперты по планированию и политики всего мира не прилагали таких усилий, чтобы понять суть происходящего и выяснить, к чему оно может привести. Это само по себе уже свидетельствует о происшедших в мире реальных изменениях.
Сегодня часто поднимается вопрос: кто и при каких условиях имеет право распоряжаться природными ресурсами, и какими именно? Вплоть до настоящего времени было принято приписывать почти священную неприкосновенность частной или государственной собственности на ресурсы, на эксплуатацию месторождений независимо от того, каким путем были приобретены эти права - за счет ли договоров, контрактов, концессий, наследства, завоеваний или каким бы то ни было другим путем. Сейчас эта неприкосновенность подвергается все большему сомнению, главным образом со стороны стран - экспортеров нефти, считающих себя ограбленными и обманутыми за счет притока иностранного капитала и вторжения иностранных компаний. Страны - производители нефти громко провозглашают свои суверенные и неотъемлемые права распоряжаться существующими на их территории природными ресурсами, и эта точка зрения получает широкое распространение. В этом - своеобразная защита слабых стран от алчных иностранных компаний, которые не раз в прошлом решали эти вопросы в свою пользу с позиции силы и, не останавливаясь ни перед чем, получали поистине чудовищные прибыли, беззастенчиво грабя тех, кому на самом деле принадлежали права на ресурсы. В соответствии с Хартией экономических прав и обязанностей государств «каждая страна ныне и впредь по собственному усмотрению пользуется полным и постоянным суверенитетом, включая владение, использование и передачу всех своих богатств, природных ресурсов и экономической деятельности».
Сейчас же возникла настоятельная необходимость трезво оценить возможность заключения справедливых и разумных международных соглашений, которые гарантировали бы в долгосрочной перспективе и на глобальной основе права на мировые природные ресурсы всем без исключения гражданам планеты. И это должно касаться не только невозобновимых запасов планеты. Как я уже отмечал, так называемые «возобновимые ресурсы» вместе с «сопутствующими» им элементами, связанными с природными циклами воды, кислорода, углекислого газа и т. д., еще более нам необходимы и находятся в не менее серьезной опасности, чем «невозобновимые». Ведь, если разобраться, леса неизмеримо важнее для человеческой жизни, чем все нефтяные месторождения, или регенеративная способность морей в сравнении со всеми таящимися на их дне минеральными богатствами. Следовательно, управление совокупностью взаимоотношений человека с различными природными ресурсами должно основываться на здоровых, разумных принципах.
Вообще говоря, ведь нет ни морального принципа, ни естественного закона природы, из которых прямо следовало бы, что такие-то ресурсы принадлежат той или иной нации, на территории которой они оказались. Однако именно это случайное распределение ресурсов на Земле способствует разжиганию международных конфликтов и даже завоевательных войн. Тем не менее не проходит порой и месяца, чтобы мы не были свидетелями событий, иллюстрирующих эту мысль - и по мере того, как будет обостряться дефицит ресурсов, опасность будет все более возрастать. Даже у развивающихся стран нет особых оснований слишком горячо отстаивать этот аргумент, ибо основная часть мировых ресурсов - и особенно сельскохозяйственных - расположена отнюдь не на их территориях. Более того, это попросту обрекало бы на вечную нищету некоторые страны, обладающие весьма скудными запасами природных ресурсов. Мне кажется, что попытка трактовать право на ресурсы с внутригосударственных позиций противоречит не только марксистскому положению о коллективной собственности на землю и на средства производства, но и в еще большей степени - завтрашнему глобальному подходу. Следовательно, если смотреть на эту норму в широкой исторической перспективе, то она является временной мерой для защиты некоторых слабых групп человечества или попыткой, хотя и запоздалой, загладить определенные прошлые обиды и несправедливости. По природе своей она является типичным регулятором процессов, свойственных переходному периоду, ибо, рожденная под сенью прошлого или под давлением настоящего, она, безусловно, не предполагает никакого перспективного видения будущего.
Сейчас все шире распространяется мнение, что природные ресурсы представляют общее наследие всего человечества, постоянный резервный фонд, который должен передаваться из поколения в поколение как можно менее истощенным и загрязненным. И именно в этом свете следует в будущем рассматривать вопросы, связанные с правами собственности на них, их сохранением, управлением, размещением, использованием и вторичной переработкой. Однако это потребует существенных сдвигов в установившихся политических взглядах и ценностях, «что в свою очередь поставит под сомнение
