некоторые кажущиеся нам сейчас вполне очевидными традиционные концепции, которые будут приходить во все большее противоречие с концепциями равенства, справедливости и прав человека»1. Это слова одного из видных представителей деловых кругов - Мориса Стронга, исполнявшего вплоть до недавнего времени обязанности исполнительного директора ЮНЕП2, а ныне возглавившего Канадскую национальную нефтяную корпорацию. Продолжая мысль, он задает вопрос, «можно ли дальше считать, что физическое размещение ресурсов в пределах территории той или иной страны является единственным основанием
для признания ее суверенитета над этими ресурсами? Не является ли длительная зависимость какой-либо другой страны от поставок данного ресурса достаточно веским основанием для закрепления и за ней суверенных прав, чтобы и впредь иметь доступ к обеспечению этим видом ресурса»3.
Кроме постоянной опасности возникновения конфликтных ситуаций из-за путаницы относительно прав собственности и доступа к природным ресурсам, вытекающие из этого столкновения интересов при их использовании приносят большой и чисто практический вред. Они мешают мировой производственной системе служить удовлетворению потребностей многих миллиардов нынешних и завтрашних жителей планеты, которая должна как можно скорее перейти на основы максимальной глобальной производительности и эффективности, обеспечивать рациональное и рачительное использование ресурсов в мировом масштабе. Такое глобальное предприятие потребует огромных творческих усилий, невиданного доселе размаха планирования и большей согласованности действий. Без этого любой проект разумного управления и сохранения природных ресурсов может рухнуть при первом же случае, когда какая-то отдельная группа человечества потребует признать за ней приоритет на использование одного ресурса, где-то в другом месте с аналогичными претензиями выступят другие, и этот процесс уже нельзя будет остановить. В результате беспорядок и общий ущерб достигнут таких масштабов, что окажутся почти равносильными самоубийству. Необходимо совершенно ясно отдавать себе отчет, что без координированного управления всеми ресурсами планеты невозможно обеспечить удовлетворение растущих потребностей мирового населения.
Сейчас только еще начинают понимать, что взять на себя руководство и показать пример в этой области тоже должны относительно более богатые и сильные государства. По мнению Мориса Стронга, его страна (Канада) больше других заинтересована в создании эффективной системы управления мировым обществом. «Канада несет особую ответственность, поскольку в ее распоряжении находится непропорционально большая часть мировой территории, ресурсов и природной среды, которыми она владеет и управляет. Она должна считать себя не просто собственником и суверенным владельцем этих преимуществ, но трактовать свою роль в более широком смысле, как опекуна и попечителя. Это вовсе не означает, что канадцы должны отказаться от этих благ, просто им следует быть готовыми поделиться ими с другими»1. Все это, разумеется, относится не только к одной Канаде. Совершенно очевидно, что кто-то должен взять на себя инициативу и для начала организовать глубокое и всестороннее обсуждение данного вопроса.
Некоторое движение идей намечается уже и на этом фронте, но слишком уж медленно оно набирает скорость. Обсуждение проблем, связанных с биологическими и физическими ресурсами планеты, станет центральным вопросом на Всемирной конференции ООН по морскому праву. Покрывая две трети поверхности планеты, океаны являются последней границей продвижения человека по Земле. И закон, призванный не только защитить их, но и открыть таящиеся в них сокровища для разумного человеческого хозяйствования, должен стать результатом грандиознейшей конференции всех стран и народов. Есть основания ожидать, однако, что и эта конференция, так же как и уже упомянутые выше другие такого рода международные встречи, ни сегодня, ни завтра не принесет положительных результатов, которые соответствовали бы интересам народов всего мира.
«Революционные изменения в области использования океанского пространства протекают сейчас такими темпами и затрагивают так много сфер деятельности, что вряд ли есть серьезные основания надеяться, что этот непрерывный процесс обсуждения и заключения все новых договоров и технических соглашений сможет в обозримом будущем существенно сгладить или нейтрализовать противоположный эффект от злоупотребления верхними слоями морей и их ресурсами»1, это совершенно неизбежно в мире, состоящем из соперничающих между собой национальных государств. И все-таки новые концепции и новые идеи постепенно вырисовываются и обретают реальные очертания. Независимо друг от друга выдвигаются отдельные конкретные предложения, касающиеся интеграции использования различных морских ресурсов, - например, принцип всеобщего равноправного доступа к их использованию взамен исключительных прав избранных, владеющих ими; создание новых международных учреждений; введение международного перераспределения доходов от эксплуатации океанов; кодекс поведения многонациональных корпораций, занимающихся разработкой богатств океанов, и так далее. Идей много, однако их необходимо организовать, скоординировать, а иногда и просто как следует понять. Надо создать для них благодатную почву, помочь прижиться, пустить корни и зацвести - это станет возможным в том, и только в том случае, когда все мы до конца осознаем неизбежность и необходимость преобразований, которых требуют эти идеи.
Хорошим началом могла бы послужить передача международному контролю некоторых видов ресурсов морского дна. Эта вытекающая, так сказать, из морских вод концепция могла бы впоследствии быть распространена и на земельные ресурсы континентов. Среди беззаветно преданных делу подвижников, которые, кочуя с конференции на конференцию, неустанно борются за претворение в жизнь всех этих идей, я хочу особенно отметить сотрудницу калифорнийского Центра по изучению демократических институтов в Санта-Барбаре, руководителя движения «Pacem in Manbus»*, близкого моего друга Элизабет Мэнн Боргезе, деятельность которой вызывает во мне искреннее и глубокое восхищение. На мой вопрос, почему она всем этим занимается, она ответила: «Мир распадался на части, когда росло и взрослело мое поколение. Это были годы фашизма, нацизма и второй мировой войны. Если бы я захотела описать мир, в котором выросла, я бы выбрала образ Герники, созданный Пикассо: разорванные на куски тела, и души, и все вокруг... Герника оставила глубокий отпечаток на твердой поверхности нашей планеты. Но его не держат воды мирового океана, они с мирным журчанием размывают эти следы. Океаны - это единое целое... И мы сейчас должны создать политический и юридический порядок, который дал бы нам возможность воссоздать их целостность... Именно здесь, возможно, выковываются новые формы международного сотрудничества и международной организации - те формы, которые могут впоследствии стать частью или моделью нового международного порядка XXI века».
Некоторые из развивающихся и обретающих силу идей, о которых я говорил выше, представлены в проекте «РИО» и других научных проектах Римского клуба, а также в некоторых других исследованиях. Поддерживая все эти инициативы и стремясь к большему расширению рядов их сторонников, я хотел дать здесь лишь общий вид той огромной культурной трансформации, которую они возвещают и в которой все мы должны принять самое активное участие. Говорят - ничто не может остановить человека, если им движет идея. Но разве можно остановить так много людей с таким
