Читаем без скачивания Песни и романсы русских поэтов - Антология

Хор

  Слава нам, смерть врагу,  Алла-га, алла-гу!

Полухор

Плачьте, красавицы, в горном ауле,  Правьте поминки по нас:Вслед за последнею меткою пулей  Мы покидаем Кавказ.

Здесь не цевница к ночному покою —  Нас убаюкает гром;Очи не милая черной косою —  Ворон закроет крылом!Дети, забудьте отцовский обычай:Он не потешит вас русской добычей!

Второй полухор

Девы, не плачьте; ваши сестрицы,  Гурии, светлой толпой,К смелым склоняя солнца-зеницы,  В рай увлекут за собой.

Братья, вы нас поминайте за чашей:Вольная смерть нам бесславия краше!

Первый полухор

Шумен, но краток вешний ключ!Светел, но где он — зарницы луч?  Мать моя, звезда души,  Спать ложись, огонь туши!  Не томи напрасно ока,  У порога не сиди,  Издалека, издалека  Сына ужинать не жди.

  Не ищи его, родная,  По скалам и по долам:  Спит он… ложе — пыль степная,  Меч и сердце пополам!

Второй полухор

Не плачь, о мать! Твоей любовьюМне билось сердце высоко,И в нем кипело львиной кровьюРодимой груди молоко;И никогда нагорной волеУдалый сын не изменял:Он в грозной битве, в чуждом поле,Постигнут Азраилом, пал.Но кровь моя на радость краюНетленным цветом будет цвесть,Я детям славу завещаю,А братьям — гибельную месть!

Хор

Обратья! Творите молитву;С кинжалами ринемся в битву!Ломай их о русскую грудь…По трупам бесстрашного путь!  Слава нам, смерть врагу,  Алла-га, алла-гу!

Ф. И. Тютчев

На тексты Федора Ивановича Тютчева (1803–1873) написано большое количество вокальных произведений: внимание композиторов привлекли свыше семидесяти стихотворений поэта, некоторые из них неоднократно положены на музыку («Весеннее успокоение», «Весенние воды», «Волна и дума», «Слезы людские, о слезы людские…«Тени сизые смесились…», «Что ты клонишь над водами…» и др.). Хотя к текстам Тютчева обращались виднейшие композиторы (А. Гречанинов, С. Танеев, П. Чайковский, Э. Направник, Ц. Кюи), но, по замечанию Б. В. Асафьева, «все преломления его поэзии в музыкальных зеркалах несовершенны и вялы в сравнении с силой и мощью проницательно жгучей тютчевской мысли».[112] Эта резкая характеристика особенно справедлива в отношении авторов массы романсов, созданных в конце XIX — начале XX века (В. Золотарев, П. Чесноков, Н. Черепнин, А. Щербачев, Г. Катуар, В. Ребиков, Н. Соколов, Ф. Акименко, В. Пасхалов, М. Анцев и др.). Исключение составляют прекрасные романсы С. Рахманинова («Весенние воды», «Всё отнял у меня казнящий бог…», «Сей день, я помню, для меня…», «Ты зрел его в кругу большого света…», «Фонтан»). Несколько удачных романсов принадлежат Н. Метнеру («Бессонница», «О чем ты воешь, ветр ночной…», «Сумерки») и Н. Мясковскому (цикл «На склоне дня»). Кроме публикуемых наиболее популярных романсов в песенниках встречается «И опять звезда ныряет…».

Еще в полях белеет снег,А воды уж весной шумят —Бегут и будят сонный брег,Бегут и блещут и гласят…

Они гласят во все концы:«Весна идет, весна идет!Мы молодой весны гонцы,Она нас выслала вперед!»

Весна идет, весна идет!И тихих, теплых майских днейРумяный, светлый хороводТолпится весело за ней.

Слезы людские, о слезы людские,Льетесь вы ранней и поздней порой…Льетесь безвестные, льетесь незримые,Неистощимые, неисчислимые, —Льетесь, как льются струи дождевыеВ осень глухую, порою ночной.

Я встретил вас — и всё былоеВ отжившем сердце ожило;Я вспомнил время золотое —И сердцу стало так тепло…

Как поздней осени пороюБывают дни, бывает час,Когда повеет вдруг весноюИ что-то встрепенется в нас,—

Так, весь обвеян дуновеньемТех лет душевной полноты,С давно забытым упоеньемСмотрю на милые черты…

Как после вековой разлуки.Гляжу на вас как бы во сне,—И вот — слышнее стали звуки,Нe умолкавшие во мне…

Тут не одно воспоминанье,Тут жизнь заговорила вновь,—И то же в вас очарованье,И та ж в душе моей любовь!..

Е. П. Ростопчина

Евдокия Петровна Ростопчина (1811–1858) принадлежала к высшему дворянскому обществу, была связана с литературными кругами 1830–1840-х годов. Как поэтесса она пользовалась вниманием Жуковского, Пушкина, Лермонтова. Позднее салонная и верноподданническая лирика Ростопчиной вызвала критическое отношение со стороны революционных демократов. Ростопчина сотрудничала в «Современнике» (Пушкина), «Сыне отечества», «Отечественных записках», позже — в «Москвитянине», «Библиотеке для чтения» и в «Пантеоне»; кроме стихотворений, писала поэмы, прозаические произведения и драмы. Ее стихотворение «Насильный брак» (1846), выражавшее сочувствие к порабощенной Польше, было воспринято современниками как сатира на политику царского правительства, ходило в списках и вызвало недовольство Николая I. Полное собрание стихотворений поэтессы вышло в свет в 1856–1859 годах (в 4-х частях). Стихи Ростопчиной переложили на музыку крупные русские композиторы: А. Даргомыжский («Море и сердце», «Дайте крылья мне перелетные…», «Я сказала, зачем…»), М. Глинка («Северная звезда» — «Дивный терем стоит…»), А. Рубинштейн («Осенний вечер», «Падучая звезда», «Певица»). На «Слова для музыки» («И больно, и сладко…») создал один из лучших своих романсов П. Чайковский. На тексты Ростопчиной писали романсы также П. Булахов («Бывало, я при нем живее…»), А. Дюбюк («Замолчи, не пой напрасно…»), О. Дютш («Любила, люблю и век буду любить…»), М. Ипполитов-Иванов («Утро»), П. Макаров («Зачем в день встречи роковой…»), В. Соколов («Что ты, молодость моя…») и другие. Интерес самой Ростопчиной к музыке, привлекавший к поэтессе композиторов, музыкантов и певцов, проявился и в том, что сама она несколько своих стихотворений написала в жанре песни («Песня», «Русская песня», «Простонародная песня») или посвятила пению («Певица», «Дуэт», «Цыганский табор», «Слова и звуки»), предназначая некоторые из них для композиторов («Две простонародные песни» — для Даргомыжского). Характерно, что несколько стихотворений ее имеют название «Слова для музыки» (кроме упоминавшихся, это стихи 50-х годов «Голубая душегрейка», «Там много их было, веселых гостей…», «Не сотвори себе кумира…» и др.), На музыку Л. Голицына Ростопчина написала «Романс» («Я не скажу, зачем во цвете лет…»). Некоторые стихотворения Ростопчиной встречаются в песенниках (кроме публикуемых, «Неверный», «Тучи черные собираются…», «Осенний вечер», «Северная звезда», «Певица», «Пусть он неверен…»).

Когда б он знал, что пламенной душоюС его душой сливаюсь тайно я!Когда б он знал, что горькою тоскоюОтравлена младая жизнь моя!Когда б он знал, как страстно и как нежноОн, мой кумир, рабой своей любим…Когда б он знал, что в грусти безнадежнойУвяну я, не понятая им!..     Когда б он знал!

Когда б он знал, как дорого мне стоит,Как тяжело мне с ним притворной быть!Когда б он знал, как томно сердце ноет,Когда велит мне гордость страсть таить!..Когда б он знал, какое испытаньеПриносит мне спокойный взор его,Когда взамен немого обожаньяЯ тщетно жду улыбки от него.     Когда б он знал!

Когда б он знал… в душе его убитойЛюбви бы вновь язык заговорил,И юности восторг полузабытыйЕго бы вновь согрел и оживил!И я тогда, счастливица!.. любима…Любима им была бы, может быть!Надежда льстит тоске неутолимой;Не любит он… а мог бы полюбить!     Когда б он знал!

Дайте крылья мне перелетные,Дайте волю мне… волю сладкую!Полечу в страну чужеземнуюК другу милому я украдкою!

Не страшит меня путь томительный,Я помчусь к нему, где бы ни был он.Чутьем сердца я доберусь к немуИ найду его, где б ни скрылся он!

В воду кану я, в пламя брошусь я!Одолею всё, чтоб узреть его,Отдохну при нем от кручины злой,Расцвету душой от любви его!..

Посвящается Меропе Александровне Новосильцевой