Потом он внезапно помрачнел и, осмотрев, сидящего на перилах, юношу, спросил:
— Или тебя так же, как и меня, готовили по особому рецепту?
Протяжный вздох со стороны дивана отвлёк его от этой увлекательной беседы. Рита понемногу стала приходить в себя. Дрогнули тёмные ресницы, с лица сошла болезненная бледность, с губ сорвалось что-то похожее на протяжное: «о-о-ох». Как ни старался Исполнитель держать себя в руках, но невольно он подался к девушке и, наклонившись над ней, стал прислушиваться, забыв на время обо всём. Туз пик перестал для него существовать.
— Феликс, — услышал он голос своего гостя, — ты, пожалуйста, запомни то, что ты мне обещал. Пусть я блефовал, но важен ведь результат, верно? Я выполнил свою часть договора — Маргарита жива и здорова.
Не глядя в его сторону, Джокер кивнул.
— Я вообще ничего не забываю, Туз, — произнёс он, продолжая разглядывать лицо Риты. — Если смогу, то выполню, но не рассчитывай, что я достану для тебя звезду с неба.
— Этого и не потребуется.
В этот момент Рита открыла глаза и попыталась улыбнуться. Но улыбка получилась настолько неровной и неестественной, погожей на гофрированный шланг, что её спокойно можно было бы назвать гримасой. Девушка сглотнула и хрипло спросила:
— Джок, что произошло? Я ничего не помню. Где я нахожусь?
— Мы у Лео, — он накрыл своей ладонью её руку, как будто всё ещё сомневаясь, что она вернулась надолго. Ему казалось, что в любой момент эти карие глаза вновь затянет туманная плёнка, взгляд станет пустым и бессмысленным и Рита теперь уже навсегда покинет его и этот неуютный мир.
— Так, значит, тебя звать Феликс? — Спросила она, с трудом сдерживая подступившую к горлу тошноту. — Я слышала, как кто-то называл тебя Феликсом. Кто это был?
Джокер вспомнил о своём госте и обернулся, но мальчишки и след простыл. Он, как будто растворился в воздухе. Вот только минуту назад сидел на перилах и рассказывал невероятные вещи о создателях и вдруг испарился. У Исполнителей тонкий слух, но пират готов был поклясться, что не слышал шагов, вообще не было ни единого звука. «Чёрт, — подумал Феликс, — надо было, всё-таки, запомнить его запах! Может, ещё не поздно?
— Так, кто же здесь был, — вновь отвлекла его Рита, — это голос не Лео. — Она задумалась. — Или мне всё приснилось? Помоги мне сесть, а то голова сильно кружится.
Очень осторожно, стараясь не делать никаких резких движений, Джокер обнял девушку за плечи и посадил. Она казалась ему в этот момент настолько беззащитной и хрупкой, что даже прикасаться к ней он боялся, чтобы невольно не причинить ей вред.
— Как ты? — Спросил он встревожено. Ему всё ещё не верилось, что всё получилось и опасность миновала. — Может, отвезти тебя к врачу? Есть тут один толковый нейрохирург…
Рита мотнула головой и тут же завалилась на бок.
— Нет, ничего не надо, — поспешно ответила девушка, едва Джок вновь усадил её на диване. — Всё нормально, просто надо ещё немного в себя прийти. Так ты мне не ответил, кто здесь был?
— Туз пик, — на лице пирата появилась глупая улыбка, — так он себя назвал. И не спрашивай меня, кто он такой, потому что этого я и сам не знаю.
— А тебя действительно зовут Феликс? — Потихоньку Рита стала приходить в себя и теперь держалась увереннее.
— Да, — неохотно признался Джокер, — меня зовут Феликс Кортес.
— Кортес? — Девушка даже не пыталась скрыть своего удивления. — Неужели ты потомок того самого Кортеса? Или ты просто однофамилец?
Джокер задумался. Очень сложно объяснить неискушённому во всех этих делах человеку о степени его родства со знаменитым основателем Вольного братства. Поверит ли она в такое?
— Я не его потомок, — признался он наконец, — я — его клон. Правда, я не совсем точный клон, видоизменённый, но моим прародителем можно считать Фери. Старик совсем свихнулся с этими своими опытами, хотя… — он задумался, — иногда мне кажется, что нормальным он никогда и не был. Если бы ты с ним пообщалась, то убедилась бы в этом воочию.
Рита не могла поверить своим ушам. Как такое возможно?! Если верить Феликсу, то получается, что Фернандо Кортес до сих пор жив! Но ведь люди столько не живут! И о каких опытах идёт речь? Она, не мигая, уставилась в разноцветные глаза пирата, пытаясь хоть как-то смутить его и заставить признаться в том, что всё, что он сейчас ей рассказал, всего лишь розыгрыш. Но Джокер был на удивление серьёзен и даже, как показалось Рите, зол на своего создателя.
— Ты знаешь, что твой дядя уже здесь? — Спросил пират, чтобы перевести разговор в другое русло. — Может, тебе стоит вернуться назад?
Он задал вопрос и замолчал. Здравый смысл подсказывал ему, что от девушки надо срочно избавляться, но Феликс теперь уже и сам не хотел расставаться с Ритой. Он обнял её и прижал к себе, с замиранием сердца ожидая её ответа. Если девушка сейчас скажет, что хочет вернуться обратно на Землю, из его жизни уйдёт что-то очень важное и второго шанса, скорее всего, уже не будет.
— Феликс Кортес, — голосом строгой учительницы произнесла Рита, — как ты можешь мне предлагать такое после всего, что было?! — И, не выдержав, она рассмеялась. — Конечно, мне надо увидеться с Виком, но только не для того, чтобы вернуться домой. Я хочу вас помирить. Поверь мне, он не так уж и плох, как тебе кажется.
Мир вокруг Джокера продолжал стремительно меняться. Он уже готов был признать, что Виктор Вершинин никак не может быть конченым мерзавцем, раз уж эта удивительная девушка за что-то любит его. Голос крови — слабое оправдание для всех его «подвигов». Получается, что чего-то Феликс не знает, не замечает. Нет, в жизни так не бывает, чтобы только чёрное или только белое. Жизнь, она гораздо ярче, чем то, как её представляет себе Исполнитель.
— Ты согласен поговорить с Виком? — Осторожно спросила она, глядя ему в глаза. — Вам необходимо, наконец, выяснить свои отношения. Мне очень тяжело сознавать, что вы так непримиримо относитесь друг к другу.
— Хорошо, — покорно согласился Джокер, — при первом же удобном случае, я поговорю с твоим дядей, но не могу сказать, что мне будет приятен этот разговор…
Она весело рассмеялась.
— Поверь мне на слово, — сказала она с ироничной усмешкой, — Вику тоже этот разговор будет очень неприятен, но он пойдёт на это ради меня.
Потом она замолчала, думая о чём-то своём и Джокеру безумно захотелось услышать её мысли. Никогда раньше его не интересовало то, что думают о нём другие люди. И тут же у себя в голове он услышал её тихий, похожий на шелест листьев, голос: «Я мгла умереть. Это ужасно! Я ещё ни разув жизни ни с кем не целовалась. А этот остолоп даже не догадывается о том, как я к нему отношусь. Ну, хоть бы догадался меня поцеловать, а потом…и умирать не страшно».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
