Ей, всё-таки, удалось смутить своего непрошибаемого дядюшку, а именно этого девушка и добивалась. Оставалось лишь немного поднажать и тут она вспомнила, что Оли так и остался лежать в том страшном месте. Вряд ли кто-нибудь смог его обнаружить за такой короткий срок, разве что случайно. С видом оскорблённой невинности, она завила:
— Если кто-то из присутствующих сомневается в моих словах, — взгляд, полный искреннего возмущения в сторону дяди, — то он может проверить. Это не сложно. Думаю, что труп Оли всё ещё находится там, где его оставил Джокер. Так что ты можешь съездить туда и сам во всём убедиться.
Она аккуратным почерком вывела на куске старой газеты адрес того дома, куда её приволок маньяк. Хорошо ещё, что у неё хватило ума запомнить его. Если бы Аркис появился чуть раньше, то Джокер оказался бы в очень неудобном положении — пришлось бы самому думать, где находится это место, а он понятия не имеет о том, что же произошло на самом деле. Не было у Риты времени, чтобы рассказать обо всём, что с ней произошло — сперва Аркис, потом, как снег на голову, свалился Вик, вот и не получалось исповедаться вовремя. А дядя не из тех, кого можно назвать легковерным. Девушка улыбнулась. Но, против фактов даже он не попрёт, зато потом можно будет в случае необходимости напомнить, как он усомнился в её частности и использовать это в своих интересах. С дядей по-другому никак нельзя.
— Я проверю, — пообещал Виктор, засовывая бумажку с адресом в нагрудный карман пиджака, — я всё проверю, можешь не сомневаться.
— А теперь, — вмешался в их разговор Джокер, — нам надо поговорить на другую тему. Вернёмся к началу, к тому, с чего всё началось, а именно — к аварии десятилетней давности. Мне кажется, что эта тема касается всех вас.
Виктор напрягся, он никак не мог поверить, что Рита настолько доверяет этому сомнительному типу, что доверила ему семейную тайну… Ну, не тайну, но частное дело, которое больше никого не касается.
— А тебе-то, что за дело до этого? — Хмуро спросил Вик.
— Вершинин, — с насмешливой улыбкой сказал Джокер, — я подозреваю, что уже стал не таким уж случайным прохожим в жизни Маргариты. Конечно, тебя это не устраивает, но в этом вопросе от тебя мало что зависит, а вот эта дама… — Он перевёл взгляд на Милу. — Насколько она близка вашей семье? Боясь, что в разговоре может всплыть нечто, чего посторонним знать нельзя…никому нельзя.
Рита поняла, о чём он говорит. Неужели Феликс собирается рассказать о том, что он — Исполнитель? Только не это! Такие признания опасны для жизни её близких.
— Если ты о Миле, — недовольным тоном произнёс Виктор, — то можешь не переживать на эту тему. Она — моя невеста и скоро станет женой.
Рита остолбенела. Ничего себе признание! Она привыкла, что Мила является неотъемлемой частью жизни Вика, но, чтобы настолько, этого она не могла представить себе даже в самых смелых фантазиях.
— Дядя, с каких это пор Мила стала твоей невестой? — Спросила девушка, придя в себя после невероятной новости.
— С тех самых пор, как ты решила покинуть родной дом, — зло ответил Вершинин. — Видишь, как много ты пропустила, дорогая!
— Если я вам мешаю, — робко сказала Мила, — я могу уйти. Понимаю, что Маргарите необходимо время, чтобы принять меня в новом качестве.
— Стоять! — Гаркнул Виктор. — Я же не выпроваживаю отсюда Джокера.
— Позволь напомнить, что это ты у меня в гостях, — усмехнулся Джок.
Глава 23
«Кого каким из нас успокоит земля?
В темноте подземелья Лео провёл уже больше месяца. Он потихоньку стал забывать, как выглядит Тортуга при дневном свете. Сырые серые стены старинного подвала, покрытые плесенью и паутиной, стали для него единственным убежищем в этом мире. Ему удалось спрятаться даже от вездесущих мальчишек, которые частенько прочёсывали длинные подземные ходы в поисках трофеев, оставшихся ещё со времён войн с Федерацией. Лео повезло, он такой «трофей» нашёл довольно быстро — вычислил с математической точностью. Этим «трофеем» оказалась небольшая потайная комната, оснащённая всем необходимым. Жаль только, что продукты давно испортились. Но и без них здесь было чем поживиться. Для тех далёких времён это был настоящий клад. Но не это главное. Единственное, что волновало Лео — это то, чтобы никто не смог найти его, ни одна живая душа. Он будет сидеть здесь столько, сколько потребуется, всем необходимым он предусмотрительно запасся заранее.
Лео знал, что те, кто сейчас его ищут, слишком серьёзные противники и теперь ему не сможет помочь даже Джок. Единственный его союзник в этой игре — время. Когда-нибудь им всё это надоест и они ослабят хватку…
Консервы пахли довольно приятно, но, как всякая искусственная пища, удовольствия не доставляли. Учёный с отвращением рассматривал кусок чего-то, имитирующего настоящее мясо — этим ему придётся питаться ещё долго. Он вздохнул. Отодвинув в сторону, едва початую банку, он поднялся и подошёл к зеркалу. Бороду ему пришлось сбрить — слишком яркая примета и теперь он выглядел гораздо моложе, чем до своего побега. В голове мелькнула опасная мысль: «А, может, стоит попытаться? А вдруг получится их обмануть?. Он упал на деревянную кровать — настоящая роскошь для этого времени — и задумался, просчитывая все возможные ходы и их последствия.
— Не скучно тебе здесь? — Вдруг услышал он чей-то звонкий голос и от неожиданности вздрогнул. — Долго собираешься отсиживаться под землёй? Всё равно ведь найдут.
Лео повернулся на бок и обнаружил тёмный силуэт у стены. Щёлкнув пультом, он усилил освещение и с удивлением увидел какого-то совершенно незнакомого подростка.
— Ты как сюда попал? — Спросил учёный растерянно. — Кто ты такой?
Сначала он подумал, что это очередной охотник за «древностями», но парень совершенно не был похож на бедную, неухоженную шантрапу, которая частенько прочёсывает старинные лабиринты в поисках хоть сколько-нибудь ценной добычи.
— Что в имени тебе моём? Можешь звать меня Тузом, но только не думай, что так меня назвали родители, это я себе такой псевдоним взял, чтобы было что ответить любопытным, вроде тебя. А попал я сюда так же, как и ты. Видишь, не очень это надёжное укрытие.
В голубых глазах парня, Лео заметил откровенную насмешку. Кем бы он не был этот подозрительный тип, про Лео он знает слишком много, чтобы учёный позволил себе отпустить его живым и здоровым. Неприятная перспектива убийства ребенка окончательно испортила его и без того скверное настроение.
— Даже не думай! — Гость сказал это таким тоном, что Лео стало не по себе. — Может, тебе это покажется странным, но я умею за себя постоять. И вообще, ты меня не интересуешь, это забота других, а я здесь исключительно ради любопытства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
