Наташа повернулась к Вестарию:
— Господин капитан, можете арестовать убийцу Жордеса Валерия Рекнерта, Альхерта Ривара и слуги Жордеса — Рика Уртона.
В комнате воцарилась тишина. Орленд замер у стола, опустив руки, и смотрел на девочку. Наташа, словно почувствовав его взгляд, обернулась.
— Надо было тебя сразу убить… — сказал он. — Дурак… не поверил про Призванных. Что может какая-то девчонка…
— Надо было, — не стала спорить девочка. Потом развернулась и направилась к выходу.
Позади раздался шум борьбы, несколько солдат рванули в комнату, и рыки императора:
— Вестарий! Этого ублюдка в империю живым доставишь! Справишься, я закрою глаза на то, что у тебя под носом в посольстве творилось. Живым!
Пройдя коридор, где уже не было людей — все побежали на шум, — Наташа пошатнулась и, если бы не Дарк, точно упала бы. Она благодарно оперлась на протянутую руку и шагнула к выходу.
На улице ей стало получше, и девочка уже стояла без поддержки. Глянула на небо.
— Я не знаю, чего заслуживает этот… но думаю, он еще пожалеет, что на свет родился.
— А в сундуке? Тебе не интересно, что там?
— Знаешь… любопытство сгубило кошку. Что-то мне подсказывает, что там тайна слишком великая для меня. Меньше знаешь, крепче спишь… Поехали домой, Дарк… Я очень устала…
Наташа шагнула к карете, пошатнулась и мягко осела на землю. Телохранитель выругался сквозь зубы и бросился к девочке, подхватил на руки и занес внутрь.
— К дому Клонье… только осторожно!
Кучер испуганно кивнул и схватился за хлыст. Никогда он еще не ездил так медленно и аккуратно, как в этот день.
У дома девочка очнулась и даже смогла вылезти самостоятельно. Цыкнула на Дарка, кинувшегося было ей на помощь.
— Не вздумай шум поднимать. Не хватало еще всех перепугать. Царапина и царапина.
Дарк понимающе кивнул и повернулся к кучеру:
— Быстро за врачом! Кто тут лучший?
— У госпожи Клонье есть врач, он и меня осматривал, — сказала Наташа. — Но лучше за Гонсом Аретом пошлите, он что-то там говорил, что у меня не совсем обычное тело. Думаю, маг тут нужнее, чем врач.
Телохранитель снова повернулся к кучеру:
— Слышал? Давай в Совет Магов и жди Гонса Арета, он выйдет, как только госпожа Клонье с ним свяжется. Доставишь сюда.
В дом девочка вошла сама и даже поднялась в комнату, пока госпожа Клонье не вышла ее встречать. Только там она упала в кресло и прикрыла глаза. Дарк замер, не зная, что делать.
— Сходи в ванную и принеси полотенце! — раздался от двери суровый голос.
Дарк обернулся. В дверях стояла Элиза Клонье, бледная, но решительная. Когда тот проходил мимо, она шагнула к нему с явным намерением что-то сказать…
— Мама…
Госпожа Клонье резко обернулась.
— Не ругай его… если бы не он, это была бы не царапина…
Женщина вздрогнула, потом кивнула:
— Я пришлю служанку, она поможет тебе раздеться и уложит в постель, а сама отправлю за врачом и вызову Гонса.
— За ним карету отправили… — произнес Дарк.
— Я тебе сказала за полотенцем идти! Отдашь его Лиане, я ее пришлю.
Дарк выскочил из комнаты.
Наташа снова закрыла глаза, прислушиваясь к поднявшемуся в доме шуму. Тянуло в сон… сознание медленно уплывало…
Проснулась Наташа уже в кровати, аккуратно укрытая одеялом. Не открывая глаз, прислушалась: где-то рядом переговаривались дядя Гонс и Дарк. Девочка осторожно приоткрыла глаза и из-под опущенных век огляделась. Госпожа Клонье сидит рядом и, кажется, подремывает. Мужчины расположились в креслах перед окном, на ее столике для бижутерии стоит бутылка вина и два фужера. Ну… Она уже хотела открыть глаза и высказать все, что о них думает, но тут ее внимание привлекли слова мага, и она решила повременить пока просыпаться и послушать.
— Никак ты понять не хочешь, — ворчал маг. — Она — самая обычная девчонка. И она в физиологическом плане ничем не отличается от нормального человека, об этом я и пытаюсь тебе сказать. Только ее тело было создано… гм… необычным путем. Вот смотри, дерево можно вырастить из семечка, а можно провести сложнейший обряд магии и преобразовать, допустим, камень в дерево. Но в обоих случаях в результате мы получим дерево. Так понятно?
— То есть Наташу создали магией?
— Не создали. Она сама себя создала. Она — реальный человек, просто родившийся в другом мире. При Призыве в наш мир перенеслась энергетическая матрица, не знаю, поймешь ли ты меня, со слепком сознания реального человека. Когда этот сгусток энергии оказался тут, он стал создавать вокруг себя привычный ему образ. Поверь мне, в своем мире Наташа выглядит точно так, как здесь.
— Это я понял, но почему ты говоришь тогда, что доктор ей не нужен? Я вот это понять хочу, а ты мне о какой-то магии толкуешь, слепках, будь они неладны.
— Да все по той же причине. Ее тело создала магия, и оно поддерживается сознанием девочки. И хотя ничем не отличается от тела любого человека, есть одно «но»… Оно существует, пока сама Наташа этого хочет. Гм… как бы тебе объяснить. Вот скажи, ты можешь умереть от царапины?
— Если она нанесена отравленным ножом…
— Ты поцарапался о ветку.
— Нет, конечно, если только грязь не попадет.
— Тебе вовремя ее обработали.
— Тогда нет.
— А она может. Стоит ей поверить, что царапина смертельна, как она умрет. Ты себя сколько угодно можешь убеждать в этом, это может замедлить излечение, не более. С другой стороны, если ее поцарапать отравленным кинжалом, яд на котором убивает человека в течение секунды, и убедить ее, что это простая царапина… все и заживет как простая царапина.
— Да уж… Вот оно что. То-то я смотрю, она в посольстве бегала…
— Вот-вот. Многих ты знаешь даже закаленных воинов, которые после удара ножом способны были бы потом действовать?
— Знавал нескольких. Главное воля.
— Никакая воля не спасет от потери крови и общего ослабления организма. Всему есть предел.
— А я-то поражался… Думал, откуда только силы берутся… сама-то во…
— Ею действительно стоит восхищаться. Магическое тело или нет, но она обычная девчонка. Как видишь, если ее поцарапать — течет кровь. И ей так же больно, как тебе. Это же на уровне подсознания, и этим очень трудно управлять, а она и не умеет. Она четко знает, если уколешься — больно. Вот тело и реагирует привычно. Слабый человек убедил бы себя, что это очень больно, что он и шагу сделать не сможет. И не смог бы, поверь. А вот она взяла себя в руки и сказала «надо». Ей действительно было больно, но она эту боль сначала переборола, а потом заставила себя не обращать на нее внимания. Ты заметил, у нее даже кровь не текла из раны, когда перевязку делали? Это тоже проявление ее воли. Слабый человек такое сделать бы не смог. Это только кажется, что очень просто убедить себя, что порез отравленным ножом — обычный порез, что кровь не должна течь из раны, потому что это может помешать расследованию. Если не веришь, попробуй сунуть руку в пламя свечи и убеди себя, что оно не горячее песка в полдень. Думаешь, нельзя? Можно, сам видел таких людей. Вот Наташа и проделала нечто подобное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
