Черный цилиндр ухнул вниз. Секунды ожидания: неужели мимо? Ударившись о палубу и пробив ее насквозь острым наконечником, снаряд рванет через пять секунд, в воде не взорвется никогда...
Ба-ба-бабах! Вдогонку ударила мягкая воздушная волна.
Неправдоподобная результативность. Два вылета – поражены два корабля. Пусть не обязательно потонут, но – горят. Подсвеченные пожаром, послужат отличными мишенями. Летим за новыми бомбами!
Где-то на прямой линии между горящими судами ждет субмарина. Узкий пучок света из ее недр устремляется в небеса и практически не виден, если не смотреть с высоты. Светлое пятно отразилось на низком облаке... Плевать! Никто не знает, не может знать о секретном оружии и даже искать подводное судно среди пылающих транспортов. Параноик Орайон отлично сохранил тайну.
Заход на посадку... Палуба... Она скрылась под волной, Алекс погрузился по грудь. Крыло нырнуло под воду. Князя тут же смыло за борт и утянуло под поверхность.
Чертовски глупая и неприятная ситуация. Лодка – вот она, под водой слышно чуханье паровой машины. Вода ледяная, моментально пропитавшая одежду и залившая сапоги, мышцы скрутило судорогой...
Но себя одного спасать легче. Алекс скинул крыло. Сила увлекла на звук парового движка, окоченевшие руки ударились в железо, еще через минуту он вскарабкался на мостик в объятия Горана.
– Летаешь хуже унтера! Марш в топочную, отогрейся.
Издалека донесся очередной раскат. Поход никак не назвать холостым.
С усилием унимая стук зубов, он спросил Горана:
– Как тебе удалось не купаться?
– Садись точно на мостик, не ошибешься.
Если не считать верного шанса поломать ноги об ограждение или открытый люк. В общем – замечательный совет.
Из первого вылета вернулись восемь. Марк тоже умудрился вписаться в площадку, сбив с нее матроса, упавшего за борт. Итого потеряно трое... Не так уж безоблачно выходит, как казалось при атаке первых двух кораблей на пару с Гораном. И погибшие теи отнюдь не отличались недостатком опыта.
Нацепив матросский бушлат вместо форменного камзола, ни в коей мере не годящийся для полета, князь выбрался наверх вторично. Хоть и меньше резерва Силы, но опыт даром не пропадает. Он умудрился удержаться на крыле, причем – непривычном, запасном, не коснувшись ни воды, ни палубы.
Алекс увидел на фрегате хваленые пушки ламбрийцев, приспособленные для стрельбы в зенит. Возможно, стреляй они картечью, шанс зацепить был бы реальный. А так угрозу представляли только шальные пули.
С грехом пополам погасил скорость у самого заграждения, позорно повиснув на нем с крылом за плечами, подводники в четыре руки затянули на мостик.
Марк – замыкающий. Их осталось четверо. Смуглый брюнет из ветеранов леонидской гвардии дотянул с пулевой раной.
– Капитан! – Алекс отправился на мостик. – Сколько нужно времени?
– Заканчиваем.
Но жадность до боя взяла верх. Марк, Горан и их предводитель снова упорхнули во тьму.
Рухнув на мостик после третьего вылета, князь освободился от сбруи. К нему кинулся капитан.
– Уходим! Нас обнаружили!
Возможно, моряк рано начал паниковать. Какой-то из ламбрийских фрегатов принялся беспорядочно гвоздить из пушек по темноте, предполагая, что там где-то прячется тейский корабль-матка.
– Алекс! Марка нет.
– Кэп. Отставить. Ждем. Обозначить лодку огнями.
– Вы сошли с ума, синьор! Сейчас же все вниз!
Бунт. В боевой обстановке.
На мостике их шестеро – капитан-лейтенант, офицер, два матроса, все с оружием. Теи с голыми руками; на бомбометание они даже носовые платки выкладывают, каждая щепоть веса на счету. Револьверы лежат в трюме.
Князь поднял кулак. Отставленный палец указал на капитана.
Сзади донеслись короткие звуки борьбы – Горан правильно понял команду. Алекс бросился на младшего офицера, снося его с ног и вырывая револьвер из кобуры.
– Командир! Что делать с Хемингом?
– С бунтовщиком? За борт!
Из-за шума волн всплеска никто не услышал.
– Исполнено.
– Надевай крыло и лети налегке. Я подержу на прицеле слишком смелых. Что уставились? – Алекс демонстративно щелкнул курком. – Кому сказал – осветить мостик!
Под масляной лампой лица угрюмые, жесткие. Какие-то десять минут назад охотно помогали теям... Но что возьмешь с ренегатов, раз поменявших флаг королевства на знамя империи. Им ничего не стоит перекинуться вторично. Или вернуться налегке с объяснением: теи погибли в полете, капитана смыло.
Снизу раздался сдавленный крик.
– Помогите! Князь!
Алекс вначале не поверил ушам.
– Один – быстро вниз на палубу. Обвяжись концом. Скорей шевелись, беременный кабан!
Каким чудом Горан нашел Марка в бушующем море и подтащил к кораблю, осталось загадкой.
Глава тридцать вторая
Диковинный корабль приблизился к бухте, где предпочтительнее двигаться под водой и сохранять секретность. В часе лета от берега Алекс не утерпел и нацепил крыло, оставив Горана с ранеными.
– Синьор! – сублейтенант, принявший командование подлодкой, замялся, пытаясь деликатно сформулировать просьбу. – О нашем капитане...
– Упал за борт, случайно. Бывает. Вы несли службу без замечаний.
– Спасибо, синьор. Мне иногда трудно говорить с теями.
– Ничего сложного. Мы не имеем права говорить неправду. Если благородный врет – он теряет честь. Но мы не обязаны вываливать все наружу, умеем хранить секреты. В том варианте рассказа я погрешил против истины? Нет. Обещаю – если выживу, буду хлопотать о присвоении вам имперского звания прим-офицера флота.
Без бомбовой подвески, в высохшем у котла зимнем форменном камзоле и летном плаще, Алекс без усилий слетел с мостика в предрассветный туман. Через час с небольшим уже пил грог с Тероном.
– Марка сильно...
– Нет. Царапина. Охладился сильно, да у тех котлов и мертвый отогреется. Горан – человечище. Нам до него, боюсь, не ближе чем в первый день в легионе.
– Многих вы упокоили?
– Четыре судна – точно. Но не поручусь, что много там утонуло. Десятки шлюпок спустили. А если в трюмах пушки и кони, им наверняка не доплыть. Два корыта горели, могли и погаснуть. Формально – успех, но ценой жизни шестерых очень опытных, двое ранены.
Алекс рассказал и про попытку неповиновения, не вызвав особого удивления у товарища.
– Пока нет своего флота, нет и нормальных собственных моряков. Князь, что ты надумал по отражению высадки?
– Сомневаюсь, что сегодня успеют. Зимний день короток. Им, если бы не наша атака, нужно было сразу двигать, затемно. А тут – пока помощь оказали, с тонущего судна на другое перегрузили, разобрались: не нападет ли кто-то, пользуясь мраком. Время потеряно.
