от бога, пошли, чего стоять у порога, – пробурчала девушка и снова шагнула на ступеньки, ведущие вниз.
В этот раз девушка начала замечать кое-какие детали, которые раньше она не замечала, например то, что тот, кто создавал этот коридор, был намного ниже девушки. Ступеньки узковаты, явно для маленькой ноги, потолок низковат. Она поделилась своими наблюдениями с домовым.
– А что ты хочешь, – проворчал тот, это вы сейчас аксерали… аскелира, тьфу ты, акселераты, а раньше-то народ малехонький был, вот такой, – он приподнял руку у себя над головой, и выходило, что они были Даше чуть выше плеча, – это только последние лет шестьсот люди начали к солнышку тянуться. Ну чего там? – крикнул он уже лешему.
– Да ничего тут нет, – ответил тот и с изумленным видом вышел на площадку перед лестницей.
– А чего тогда Дашку так швырануло? – раздраженно спросил Дормидонт.
– Понятия не имею, – Леший стоял, растерянно разводя руками, и тут до девушки дошло.
– Газы, – сказала она, – скопление газов.
– Да не должно вроде быть, – сказал растеряно леший и заскреб своими деревянными пальцами по затылку.
– Э-эх, кажись да вроде, – с укором произнес домовой, – что ж ты, не знаешь, что у тебя вокруг творится? Я даже своим нетренированным носом почуяла, что где-то рядом болото. Может, каким-то неведомым путём газы сюда и проникли. Хотя… По идее тут должна была быть такая вонь, а её нет. Ну-ка, вспоминай, что тут ещё может быть.
– Так под землёй-то не моё это хозяйство, Чернобогово. Под землёй я плохо вижу. Так что ничем тебе помочь не могу. А вот темница ладно сделана, хорошо скроена, сразу видно, берендеева работа.
Девушка заглянула внутрь и удовлетворённо хмыкнула. Пещера была именно такой, как она её представляла. С потолка свисали сталактиты, все стены были испещрены какими-то красными светящимися рисунками, и было слышно, как где-то в конце капает вода.
– Классная работа, – сказала Даша восхищённо, – царем Берендеем, что ли, сделана?
– Каким ещё царем? – воззрился на неё домовой. – Не было такого царя, не сочиняй!
– Ну, как же… – растеряно ответила Даша, – сказка такая есть… Снегурочка… Там как раз есть царь Берендей. Сам же сказал, Берендеева работа.
– И сказки я такой не слыхивал, – буркнул Дормидонт.
– Э-э-э, – произнесла девушка, – ладно… Со сказками потом, а сейчас пока с подземельями давайте разбираться. Такое вам пойдёт?
– Такое пойдет, – ответил Леший.
– А почему рисунки на стенах не зелёные, как у вас, а красные?
– Потому что не мы тут заклинания писали, а против нас, – ответил тот.
– Так это… А разве нам валить отсюда не нужно?
– Нам? – удивился Леший. – Зачем? Этим заклинаниям три тысячи лет будет в обед, они уже ослабли и никому не страшны. Так что пусть тебя это не беспокоит.
– Хорошо, что с дверью делать будем? Как древние – камешком подпирать, или железную будем соображать?
– Железную, – ответили хором друзья.
– О, как дружно, – заметила девушка, – уже радует, что хоть из-за этого не передрались, – затем видя, как те молча стоят и с укором смотрят на неё, продолжила, – ну, так измерять давайте, да пошли кузнецу заказ делать. Серебра вам много надо? Деньги есть, я куплю. Вроде как в банках слитки можно купить, но вообще, пока не знаю. Если что, можно и в ювелирке все цепи унитазные скупить.
– А это ещё что такое? – удивился домовой.
– Цепи унитазные? О, это интересная история, потом расскажу, – отмахнулась Даша.
– Ну уж нет, лучше рассказывай сейчас, чтоб мы были предупреждены, – вступил в разговор леший.
– Да вы не подумайте ничего такого, – засмеялась, замахала руками девушка, – тут просто всё с отхожим местом, так сказать, связано. Ну, постараюсь коротенько. В городе, – начала девушка свой рассказ, – дома большие и не в один этаж, а в два, пять, десять, даже двадцать этажей высотой, дом разделен на квартиры, в каждой квартире есть кухня, ванна где мыться, и туалет, где люди нужду справляют, – рассказывала Даша, с трудом подбирая нужные, старые слова, – в общем, справляют они нужду не на полу с дыркой, а в такую раковину, которая называется унитаз. Раньше, мне мама рассказывала, унитазы были с высокими трубами, под потолок. На трубах висел бачок, туда собиралась вода, и от неё шла такая цепь, вот, с палец толщиной, – девушка показала указательный палец, для примерного сравнения, – за неё дергали, и вода всё с раковины смывала вниз. А сейчас в магазинах такой толщины цепи продают и даже такого плетения бывают, никакой красоты, зато дорого-богато и к земле шею хорошо притягивает. Вот мы их с мамой унитазными и называем. Таких с десяток купить – и как раз на дверь хватит.
– Ишь ты, как любопытно, – хмыкнул леший, – чудеса, да и только. Но, покупать ничего не надо. Тут если по полям по лесам поискать, то на целую избу насобирать можно, где колечко, где крестик утерянный, а где и унитазная цепь, – хихикнул тот.
– Ну, всё, значит, эта проблема решена. Уже радует. Значит, пошли домой, а ты, леший, измерь проём, пожалуйста.
– Да не суетись ты, уже все измерено, – с легкой досадой произнес домовой.
– Ну, так пошли, чего стоим, дел ещё по горло.
– Угу, у меня тоже ещё много делов, – мотнул головой леший, и у ног девушки появилась тропинка, – Даш, так зачем на этой трубе-то бачок висел? Расскажи про унитаз, – совсем как ребёнок попросил он.
Даша тяжело вздохнула, закатила глаза и театрально произнесла:
– Боже, дай мне терпения, – и шагнула на тропу, – считайте, что вам повезло, потому что я лично бачок унитазный ремонтировала и знаю, что там внутри. Ну, значит слушайте. Принцип унитаза состоит в том…
Обратная дорога Даше показалась намного длиннее, чем дорога туда, и закончилась она только тогда, когда она закончила свой рассказ, и леший пробурчал:
– Тоже мне, новейшее изобретение. Ему столько лет, сколько даже ведьмы не живут.
– Ну и ладно, – пожала плечами Даша, – главное ведь, что тепло и удобно, не то,
