А в реальности оказалось все совсем не так. Не прошло и десяти минут, как мы остановились на краю круглой площади, в центре которой и находился алтарь.
— Пожалуй, остановимся здесь, — сказала я, так и не сделав ни одного шага на площадь. — А завтра уже… совершим задуманное.
Спутники со мной согласились. Лишь Элвин зло шепнул, когда другие оказались достаточно далеко:
— Надеюсь, ты не соврала на счет ИТУ, — концентратор феи не вернули. Они и не ловили его — он разбился о камни под обрывом.
— Оно у меня, — честно ответила я. — Кристи спрятала его в моей коже. Вот здесь, — я коснулась пальцами левого плеча.
— И ты не передумала? Расстанешься с ним?
— Конечно. Мне оно ни к чему.
— Ты могла бы продать его за половину этого мира.
— Зачем? Ты и так уже подарил мне этот мир, — я улыбнулась тому, насколько двусмысленно прозвучала эта фраза. Ведь благодаря Элвину я вернулась в этот мир, по праву принадлежащий мне. Озадаченный Элвин пошел искать удобное место для ночлега. Как обычно в стороне от всех.
***
Лагерь разбили под невысокой стеной одного из бывших жилищ богов. Между обломками развели небольшой костер — все магические горелки остались на скалах, над дальним краем казавшейся бездонной из-за тумана пропасти. Маленькие язычки пламени танцевали по сухим веткам, едва освещая пространство вокруг, словно боялись повредить окутавшее город покрывало ночного мрака. А люди даже разговаривали полушепотом.
Арик долго не мог уснуть. Сложно было после долгих лет жизни осознать, что он — один из хранителей равновесия мира. Когда он наконец задремал, его разбудили.
— Пойдем, — прошептала Настя. — Сейчас.
Он быстро встал, осторожно, чтобы не разбудить друзей, выбрался из сонного лагеря, и отправился за девушкой. Та уже стояла на краю залитой лунным светом площади. Он остановился рядом.
— Тебе страшно? — тихо спросил он.
— Не знаю, — ответила Настя. — Я… Арик, я умру, когда ритуал закончится. Скорее всего… Помнишь, Луайне говорила, что я несу печать смерти? Это ИТУ — созданное людьми, унесшее множество жизней… — Настя помолчала, собираясь с силами. Говорить вслух то, о чем она старалась даже не думать, было тяжело. — Я готовилась к смерти с того самого момента, как узнала о разрушающей сути ИТУ. Это было еще тогда, когда я впервые встретилась с вашим караваном. И не смотря на то, что я знала о его разрушающей сути, я надеялась, что магия богов защитит меня. Я думала иногда, что раз во мне есть какая-то особенная сила, я с легкостью избавлюсь от него. Но оно… слишком сильно приросло ко мне. Оно вытягивает и мою собственную тьму, и защиту твоего света. И они не могут ему противиться… Мне очень страшно, — наконец прошептала она.
— Но ты ведь не просто человек, — Арик обнял свою сестру по духу за плечи. — И ты не одна. Мы справимся.
Настя благодарно улыбнулась ему, и первой ступила на площадь.
— Давай уже начинать, тихо сказала она, не оборачиваясь.
В лунном свете было хорошо видно засыпанный пылью круг, в центре которого стоял алтарь. По его краю Арик и Настя старательно выводили символы, копируя их с листов, что дала королева фей. Потом некоторое время ушло на исправление заданного заклинания. Оно должно было не только вернуть силу светлому Дитя, но и одновременно избавить девушку от опасного устройства. Как она объяснила — времени на еще одно заклинание у них потом не будет. Ведь нужно не просто извлечь ИТУ, а еще и уничтожить его. И Элвин, жаждущий заполучить его, не даст им этого сделать.
— Зачем ты вообще взяла его с собой? — удивился Арик.
— Он украл разум моего брата. Да и перевозчик в путешествиях лишним никогда не был.
— И ты обещала ему ИТУ.
— Да. И ты вернешь ему то, что останется от устройства.
— Мы вместе вернем, — поправил Арик. Девушка улыбнулась, но не ответила.
Исправляли символы интуитивно. Настя порой вливала в схему силу, чтобы отметить все неровности заклинания и сгладить их.
— Ну, вот вроде и всё, — она встала с колен и отряхнулась.
— Начнем?
— Конечно, чего медлить, — с деланной веселостью ответила Настя.
— Может, мы можем вам помочь? — из темноты за их спинами вышли все дошедшие до светлого города жрецы.
Арик и Настя переглянулись, и иссит ответил:
— Да, было бы неплохо, если б кто-то поддерживал круг и защищал нас от особо любопытных.
Конечно, имея в виду Элвина.
И все, не сговариваясь, заняли своим места. Настя и Арик встали на колени друг напротив друга на разных краях алтаря. Жрецы встали с внешней стороны круга через равное расстояние. Они подняли руки и запели низкими голосами монотонную песню. Линии на камнях вспыхнули белым. В круге проступили невидимые ранее линии замысловатого узора. Свет коснулся камня алтаря и тот мягко засветился. Настя и Арик, ведомые знанием из своих прошлых перерождений, развели руки в стороны, отдаваясь идущей из камня силе.
Между ними закружился вихрь магии. Темные нити в нем сплетались со светлыми. Потом делились и снова сплетались. Арик закрыл глаза — от сияния они, казалось, почти ослепли. И понял, что так, не видя окружающего, он может чувствовать силу намного четче. Вскоре он почувствовал, как магия Света напитывает его, занимает подготовленное когда-то очень давно для нее место. И Арику казалось, что теперь он чувствует себя полным, настоящим. Только сейчас он ощутил, как ему не хватало этой силы. И он наслаждался ею, словно водой из прохладного источника в знойный полдень.
Из вихря силы его вырвал крик Насти. Короткий, но полный боли. Он открыл глаза. Магический ветер больше не кружил между ними, и он четко видел свою «сестру», окутанную черными, как ночь безлунья, нитями.
Она сидела, зажав рукой левое плечо. Когда её магия утихла, и тёмные нити растворились в воздухе, некоторое время ничего не происходило. Несколько мгновений — и девушка, словно мыльный пузырь, лопнула, оставив после себя медленно оседающий черный пепел. Который больше не собрался в ее фигуру, а растаял на белоснежном камне, словно снег. На алтаре осталась лишь небольшая почерневшая прямоугольная пластинка.
— …Вы не получите его! — услышал Арик крик. Он обернулся. Двое стражей Сенвилда держали за руки Элвина, не давая ему переступить за окружавший алтарь круг. Жрецы приходили в себя после ритуала. А подданные принцессы, не растерявшись, не пускали единственного человека, желающего прервать их заклятие. — Она обещала, что отдаст его мне! Оно мое!
Арик поднял пластинку и протянул Элвину.
— Тебе это нужно? Бери.
Воины отпустили перевозчика, а жрецы
