ему занятие, предложив выбрать для квадрокоптера хорошую камеру в честь успехов в учебе.
— Ты в лотерею, что ли, выиграл? — съязвил в ответ Кирюха. — Тогда ясно, чего ты такой невменяемый. Только деньги лучше поберечь, а то попрут за неадекватность с работы — потом и пригодятся.
— Не попрут! — весело пообещал Дима: сердиться в такой день на буку сына не было совершенно никакой возможности. — А деньги эти — премиальные, за совместительство. Имею право тратить туда, куда захочу!
Наверняка у Кира были еще доводы в пользу экономии, но о хорошей камере он мечтал почти год и устоять перед соблазном не смог. Ушел с головой в интернет в поисках оптимальной по цене и характеристикам покупки, а Дима получил время на личную жизнь. И эта жизнь не заставила себя долго ждать.
Лена позвонила после обеда и попросила подняться к ней. И пусть ее сосредоточенный взгляд в монитор не давал ни малейшего повода вольничать на рабочем месте, Дима первым делом прошагал за Черемухин стол и поцеловал ее долгим вкусным поцелуем. А Ленка и не подумала возмущаться. Напротив, обняла его за шею, притянула ближе к себе, не позволяя прерываться, и заманила в собственный пыл. Он всегда знал, что она такая же неугомонная, как и он. И пользовался этим без всякого зазрения совести.
— Я скучала! — выдохнула ему в губы Ленка, хотя явно звала для чего-то совсем другого. Дима улыбнулся все той же своей дурацкой улыбкой.
— Рад это слышать! — сообщил он и почувствовал, как она нежно погладила его по щеке. Кажется, все куда серьезнее, чем он позволял себе думать. И кажется, Черемуху это совсем не пугало.
— Рада, что ты рад, — шепнула она, и от нового помешательства их спас только телефонный звонок. Лена говорила недолго, не повышая голоса, и все это время держала Диму за руку, не позволяя отходить от стола, а, когда закончила, ткнула в монитор. — Мне нужна твоя помощь, Дим, — пояснила она и, вздохнув, бросила на него быстрый взгляд. — Милосердов хочет закупить новое оборудование. А поскольку теперь я как бы главная и распоряжаюсь деньгами, он дал мне ознакомиться с предложением фирмы…
Дима с интересом всмотрелся в открытую на Ленином ноутбуке страницу. Сайт был кривоват и сляпан на одной из бесплатных платформ, зато на фотографиях сверкали новейшие станки и рядом вызывающе большими цифрами была написана их стоимость — весьма, надо сказать, привлекательная. Неудивительно, что Милосердов на нее клюнул. В отличие от Лены.
— Вещь, конечно, нужная, — протянула она и пролистнула страницу вниз. — Я почитала отзывы: там исключительно хвалебные оды. На форумах тоже рекомендуют. Так что, может, я и зря кипишу…
— Отзывы можно заказать, если ты об этом, — понял ее Дима. Лена кивнула и немного помолчала.
— Как тогда понять, хорошую вещь они предлагают или она развалится через полгода? — спросила она. — Тут же без кредита не обойтись, а кредит, сам понимаешь… Если отдачи не будет, можно и прогореть.
Дима качнул головой и пару раз прокрутил открытую страницу взад-вперед, пытаясь определить, насколько небеспочвенны Черемухины подозрения. Еще вчера он бы иронично поинтересовался, на кой черт Николаю Борисовичу гробить дело, приносящее ему деньги, но сегодня был другой день, и сегодня Дима вполне мог допустить, что Милосердов просто желает подставить мешающуюся ему дочку владельца. Чтобы папочка вознегодовал и отозвал Лену от управления. Тогда вершить темные делишки по ночам будет куда проще.
Только Дима не собирался ему больше этого позволять.
— Он сертификаты запрашивал? — уточнил он, по-прежнему глядя в монитор. — Протоколы испытаний? Если эти вещи в порядке, можно с организациями связаться, которые их выдали, и у них выяснить подлинность документов. Ну и стоит попробовать настоящих клиентов поискать, их расспросить. Думаю, Гришка отлично с этим справится: он любит непростые задачки.
Он повернул наконец голову к Лене и заметил на ее лице такое узнаваемое восхищение. Нутро тут же насквозь прошило удовольствием, и где-то глубоко зашевелилась гордость собой. Диме безумно нравилось выручать Черемуху из затруднительных ситуаций. И ничто сейчас не могло удержать его от того, чтобы наклониться и тепло коснуться губами ее губ. Всего на секунду — чтобы Лена облегченно вздохнула и заулыбалась.
— Спасибо, Дим, — искренне сказала она. — А то у меня сегодня совсем голова не работает.
Видела бы она, как голова работает у него!
— Я собираюсь ночью напиться, — что-то совсем неуместное брякнул он, однако Лена, взглянув было на него с удивлением, следом понимающе кивнула.
— Завтра приду пораньше, чтобы избавить тебя от проблем с Милосердовым, — пообещала она и тут неожиданно с силой сжала его руку. — Только будь осторожен, Дим, пожалуйста! Я не прощу себе, если и на тебя навлеку неприятности! И не отпущу тебя, пока ты тоже не дашь мне слово не лезть на рожон!
Что на это можно было ответить? Дима наклонился и обдал дыханием ее ухо.
— А если я не хочу, чтобы ты меня отпускала, Лен?
Знал, что глупо, сентиментально и весьма, на самом деле, вызывающе, но Ленка только вздохнула и прижалась к его ладони щекой. Закрыла глаза и попросила:
— Тогда просто пообещай, что не заставишь меня снова плакать из-за тебя. Это будет… нечестно…
Не дать такое обещание Дима уже не мог и остатки рабочего дня посвятил наблюдению за Михаилом, пытаясь определить, что от него ждать.
Михаилу было чуть за пятьдесят, дети его уже выросли и разлетелись по разным концам страны, и единственной отрадой для него оставалась жена. Бывшие одноклассники, они поженились сразу после школы и все совместные годы прожили душа в душу. Михаил до последнего надеялся поставить жену на ноги и незадолго до ее смерти радовался, что нашел клинику, где ей обещали помочь.
Когда она умерла, Михаил будто бы умер вместе с ней. Так бывает, когда вроде бы человек существует, но уже не живет. Вот так и Мишка по какой-то инерции коротал день за днем, а смысла в этих днях не видел. У него больше не было ни целей, ни желаний. Дима потому и посоветовал Лене взять ему в связку стажера, рассчитывая, что тот расшевелит Мишку и заставит понять, что он еще нужен. И никак не думал, что тот может оказаться одним из палачей Ленкиного сервиса.
С таким надо держать ухо востро. Но тем интереснее было это дело!
Когда сервис опустел и даже Кирюха отправился в подсобку спать, Дима поставил на стойку запасенную на черный день бутылку коньяка.
— Составишь компанию? — предложил он Михаилу. Тот обычно задерживался в сервисе допоздна,
