Читаем без скачивания Семь минут - Ирвин Уоллес

В аптеке возле автомата с газированной водой на стене висел телефон.

Майк набрал номер Мэгги Рассел. Девушка узнала его голос и немного удивилась.

— Мэгги, — взмолился Барретт и понял, что в новом мире, где не было Фей, он впервые обратился к ней по имени, — я должен поговорить с вами. Вы можете прояснить для меня кое-какие вопросы.

— Что вы имеете в виду?

— Например, Фрэнка Гриффита.

— Ясно. Некоторые вопросы трудно обсуждать по телефону.

— Тогда давайте поговорим с глазу на глаз.

— Я… я не уверена.

— Мэгги, я знаю правила, но мне необходимо увидеть вас. У меня есть несколько вопросов. Может, вы сумеете ответить на них, а может, и нет. Разговор с вами может помочь мне. Я не хочу ставить вас в затруднительное положение. Давайте поужинаем…

— Сегодня? Хорошо… Может быть. Это будет только деловой ужин?

— Мы поговорим, но мне очень хочется и просто повидать вас.

— А Фей Осборн не станет возражать?

— Кто такая Фей Осборн? Нет, с этим покончено.

— Понятно… Где вы сейчас?

— В Ван-Найсе, но уже возвращаюсь в контору. Я должен кое-что проверить. Об этом мы тоже поговорим.

— Встретимся у вас в конторе, — сказала девушка. — В восемь часов подойдет?

— Я буду ждать, Мэгги.

Наступил вечер. Без двадцати пяти восемь Майк Барретт вошел в высотное здание на Уилширском бульваре, похожее на какую-то футуристическую пещеру. Он шел к лифту через вестибюль и прислушивался к звукам шагов.

По вечерам в пятницу все, кроме уборщиков, уходили, и здание словно вымирало. Мраморные стены казались тусклыми и холодными, лифты оставались без лифтеров.

Скоро приедет Мэгги Рассел, утешил себя Барретт, и принесет с собой теплоту и человечность.

Он вошел в кабину лифта, нажал кнопку с цифрой «5» и медленно поехал наверх. Исчезновение писем Джадвея, а потом потеря свидетельницы стали тяжким ударом. Сейчас Барретт задавался вопросом, какой порыв заставил его обратиться за помощью к Мэгги Рассел. Он сказал ей, что она может помочь, но и сам толком не знал, чего от нее хотел.

Лифт плавно остановился, двери медленно открылись, и Барретт вышел в коридор. Сейчас он решил попробовать отыскать оставленные шпионами следы и проверить свой телефон. Если тот и впрямь прослушивался, это будет потрясающая сенсация для прессы и общественности. Конечно, он не обвинит никого конкретно, но все и так будет ясно. Эта новость положит начало разоблачению сторонников обвинения. Кто знает, может, защита даже склонит в свою пользу общественное мнение. Это очень помогло бы перед решающим сражением. Но тут же у Майка мелькнула мысль, что его разоблачения могут оказаться запоздалыми.

Барретт открыл дверь ключом, вошел в темную приемную и зажег свет. Он оставил наружную дверь распахнутой для Мэгги и подошел к столу Донны. Никаких записок. На столе стояла электрическая машинка «Ай-Би-Эм» в сером футляре, рядом лежал диктофон.

Он направился в свой кабинет. Открыл дверь в темную комнату, вошел и принялся шарить левой рукой по стене в поисках выключателя. Неожиданный шорох и дыхание за спиной заставили его замереть.

В комнате кто-то был.

Барретт начал поворачиваться, но чья-то рука неожиданно схватила его за горло. Он закашлялся и попытался освободиться. Кто-то сжимал его горло мертвой хваткой. Перед глазами Барретта в темноте заплясали яркие звездочки и огненные шары.

Хрипло дыша, будто загнанное в угол животное, Барретт кое-как освободился и попытался развернуться, чтобы увидеть противника, но получил удар по голове. Ноги подкосились. Он схватился рукой за край стола, и это помогло ему устоять. Яростно размахивая кулаками, Майк бросился на противника, схватил его и попытался прижать его руки к бокам и повалить на пол, но незнакомец вывернулся и оттолкнул Барретта к столу.

Черная фигура приблизилась. Барретт нанес удар, промахнулся и попытался проскользнуть вдоль стола. Противник не отставал. Вдруг до Майка донеслось:

— Держи его!

Барретт инстинктивно повернулся, чтобы защитить тыл. Он заметил еще одну темную фигуру с занесенной для удара рукой и попытался уклониться. Рукоять пистолета скользнула по его лицу, и удар пришелся в грудь.

Боль пронзила тело, будто внутри раскрылся зонтик. Потом волна боли докатилась до головы. Ноги Барретта стали ватными, голова бессильно поникла, и он увидел, как вновь поднимается и опускается рука. Майк попытался втянуть голову в плечи, но не успел. Второй удар рукояткой пистолета свалил его на пол.

Он лежал, прижимаясь к жесткому ковру. Из раны текла струйка крови, перед глазами плясали яркие точки. Откуда-то издалека еле слышно донеслось: «Уходим, уходим, уходим…»

Яркие точки исчезли, и он погрузился в безнадежную темноту.

Глубоко вздохнув, Барретт открыл глаза.

Над ним склонилось расплывчатое лицо, которое постепенно обретало четкость очертаний. Мягкие черные волосы, зеленые глаза и алые губы…

— Мэгги, — прошептал он.

— Да, Майк.

— Что вы?..

Чтобы убедиться, что это не сон, он посмотрел на потолок, потом на диван, стулья, открытую дверь в кабинет и сразу все вспомнил. Его голова покоилась на коленях Мэгги Рассел. Он лежал без пиджака и рубашки на полу, а она сидела на ковре, поджав ноги. Одной рукой Мэгги гладила его лицо, а в другой держала платок, испачканный кровью.

— С вами все в порядке, Майк? — встревоженно спросила девушка. — Как вы себя чувствуете?

— Не знаю. Кажется, нормально. — Он дотронулся рукой до виска. — Такое ощущение, будто кто-то ударил меня обухом по голове и груди.

— Ничего удивительного. У вас на затылке шишка величиной с яйцо. Когда я вас нашла, у вас текла кровь по шее. Я промыла рану. Кожа слегка поцарапана. Я сняла с вас рубашку. Кроме ужасного синяка на ребрах, я не нашла других повреждений. Хотите, я позвоню врачу?

— Нет… нет… не надо. Подождите, я сейчас сяду.

Девушка помогла ему. Когда Майк принял сидячее положение, перед глазами вновь появился туман, но в голове быстро прояснилось.

— Что произошло, Майк? Я пришла пять минут назад, испугалась и хотела вызвать «скорую», но потом решила сначала осмотреть вас. Вы уверены, что вам лучше?

— Как-нибудь выживу. Кодеин бы сейчас не повредил.

— А где он?

— В ванной комнате. Я…

— Позвольте мне.

Мэгги Рассел встала и ушла.

Через несколько секунд Майк Барретт с трудом встал на ноги. Когда Мэгги вернулась со стаканом воды и белой таблеткой, он быстро проглотил лекарство.

— Спасибо, Мэгги.

— Помните, что произошло?

Он все прекрасно помнил.

— После разговора с вами я отправился сюда. Едва вошел в кабинет, даже свет не успел включить, как на меня сзади набросился какой-то громила. Я увернулся от него, но он позвал на помощь еще кого-то, так что их было двое. Второй ударил меня пистолетом. Я упал и, кажется, услышал, что они уходят. Потом я, наверное, потерял сознание.

— Но кто это был? И почему?

— Я не знаю, кто, но догадываюсь. Было темно. Я вошел со света, и мои глаза еще не привыкли к мраку.

Телефон.

Барретт повернулся. Над его столом словно пронесся небольшой тайфун. На ковре валялись бумаги, перевернутый стул. Телефон стоял на привычном месте, но без крышки.

Голова болела по-прежнему, пульсирующая боль в груди тоже не прошла. Барретт с трудом подошел к столу и внимательно осмотрел телефон.

— Забрали, — сказал он наконец.

— Что?

— Я заехал в контору проверить, и сейчас последние сомнения отпали, если, конечно, телефонные компании не начали обучать своих служащих приемам дзюдо. Кто-то поставил мне в телефон «жучка». Потом они выяснили, что я знаю об этом, а значит, телефон моей секретарши тоже прослушивается. Я позвонил из Нью-Йорка и попросил не трогать мой аппарат. Они пришли вечером, чтобы замести следы, и я их застал. — Он показал пальцем на аппарат. — Они разобрали мой телефон, забрали подслушивающее устройство, но не успели собрать аппарат.

— Но… Вы должны позвонить в полицию.

— В полицию?

Сначала Мэгги озадачил его тон, но потом по ее лицу пробежала тень понимания.

— А… — протянула она.

— Я вам скоро объясню, — пообещал Барретт. — Но сначала мне нужно позвонить своему партнеру.

Он вышел в приемную, но, прежде чем снять трубку, проверил телефон Донны. Надавив на корпус большим пальцем, Барретт заметил, что крышка едва держится. Да, они явились сразу после ухода Донны, возможно, даже ждали внизу. Забрав подслушивающее устройство из ее телефона, отправились к нему.

Барретт снял трубку и набрал домашний номер Эйба Зелкина.

Он едва успел поздороваться, как Зелкин взволнованно спросил:

— Майк, Донна мне рассказала, будто письма Джадвея пропали.

— Эйб, это длинная история. Я расскажу в двух словах, а подробности оставлю на завтра.