Читаем без скачивания Славянское фэнтези - Мария Семёнова

Сравнение со старой крысой не было обидным. Из всех приходивших мне в голову оно казалось наиболее точным. Докатиться до должности разливальщика паленой водки — куда уж дальше? Дальше — только по стопам Анны Карениной. А ведь как все славно начиналось… Помните, в годы оны было у всех на слуху имя Нади Рушевой? Гениальная девочка, умершая от порока сердца в шестнадцать или восемнадцать лет. И мальчик, о нем еще Лев Кассиль повесть написал «Ранний рассвет». Тоже блестяще рисовавший и умерший, не успев стать мужчиной… Интересно, как бы сложилась судьба этих юных дарований, если бы милосердный Господь своевременно не призвал их в райские кущи?

Моя вот не сложилась, хотя я успешно окончил живописный факультет Института имени Репина, бывшую Императорскую Академию художеств. Ту, что за сфинксами, — внушительное такое здание, созданное по проекту Жана Батиста Валлена-Деламота. А теперь вот разливаю паленку. То есть разливал. Пока не оказался обгоревшим и забинтованным до глаз в этой юдоли скорби. Где для обросшего щетиной, провонявшего водкой мужика все же нашлось место в коридоре. За что надо мою драгоценную супружницу благодарить.

Как тут не вспомнить Печорина: «Пробегаю в памяти все мое прошедшее и спрашиваю себя невольно: зачем я жил? Для какой цели родился?.. А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные…» Точнее, чувствовал. Теперь же чувствую я только боль. Равную той, что пожирала Геракла, когда он пытался содрать с себя отравленный плащ, посланный ему любящей супругой. Деянирой, кажется…

Доведенный немыслимой болью до отчаяния, могучий Геракл приказал сложить погребальный костер и сам взошел на него. Для меня костров складывать некому, и я пожалел, что не сгорел в нашем славном подвальчике. Как там было написано на воротах Бухенвальда? «Каждому свое»? Или «Большому кораблю — большая торпеда»? Везет же некоторым — косят счастливчиков сердечные приступы, инсульты, инфаркты, гипертонические кризы и прочие прелестные недуги. Но их, надо думать, Господь приберегает для любимчиков. Тех, кто ему не столь дорог, он избавляет от земной суеты и маяты посредством рака, диабета, туберкулеза, трамвая, грузовика, автобуса или ветхого балкона. А мне вот даже сгореть на работе не дал. Ну что ему стоило прекратить мою неуклюжую, незадавшуюся жизнь? И где, хотел бы я знать, носит врачей, которые должны облегчать наши страдания? До чего же больно и гадко, когда все тело горит и чешется, чешется и горит, пылает так, что самое время в голос завыть…

Эта мука длилась несколько веков, а потом стало легче, и, с трудом повернув голову, я понял, что страдания мои облегчил не врач, а лежащий рядом больной. Наши кровати ради экономии места были сдвинуты, и он положил свою ладонь на мои выглядывавшие из-под бинтов пальцы. Чувствуя, как посланная им освежающая волна силы распространяется по телу, гася пламя и смывая боль, я хотел поблагодарить его, но не смог разлепить запекшиеся губы.

— Не стоит благодарности, — остановил меня незнакомец. — Сегодня суббота, медкоманда играет в меньшинстве и до нас еще не добралась.

Черт возьми! Мне, как всегда, не везет! Если отключают воду, ломается газовая колонка, засоряется раковина или начинает течь унитаз — это происходит обязательно с пятницы на субботу, когда сантехника днем с огнем не сыщешь. И драгоценная супруга моя, работающая сутки через двое, тоже сегодня не появится.

А может, и хорошо, что не появится. Излучаемая незнакомцем энергия почти погасила боль, тело стало невесомым, и даже льющийся из окон свет сделался как будто ярче.

— Как вам это удается? — спросил я, разлепив наконец непослушные губы и максимально вывернув голову, чтобы видеть соседа справа. — Да что это с вами?!

У незнакомца были странные, словно деформированные черты лица, но это бы еще полбеды. А вот то, что оно было бледно-лиловым да к тому же покрыто темно-фиолетовыми пятнами, поразило меня до глубины души.

— Стало быть, заметили, — изрек он, и я с изумлением понял, что его темные, почти черные губы не шевелятся, а голос звучит у меня в мозгу. — Это из-за лекарств. Остальные не видят во мне ничего странного. Да вы не трудитесь говорить, можете формулировать вопросы в мозгу, я услышу и пойму.

— Ни фига себе! Это покруче зелененьких человечков! И гурий в райском саду… Вы, я так понимаю, пришелец?

— Вас что, цвет моей кожи смутил? Уж не шовинист ли вы, батенька? — поинтересовался незнакомец, причем лицо его оставалось совершенно неподвижным. Живыми были только фиалковые глаза, которые мерцали, как драгоценные камни, когда их поворачиваешь под лампой. — Почему вас не удивляет, например, существование людей с желтой, красной и черной кожей? Это, знаете ли, всего лишь вопрос привычки.

— Почему же не удивляет? — мысленно — потому что говорить мне было трудно — обиделся я. — Еще как удивляет. Будучи помоложе, я не раз спрашивал биологов, врачей, химиков и прочую ученую братию, как получилось, что на Земле существуют люди с разным цветом кожи. И каждый втюхивал мне что-то несообразное. То есть наукообразное по форме и неудобоваримое по сути.

— Вот как? — заинтересовался мой лиловолицый собеседник. — Они что, сами не знали или объяснить не умели?

— Понятия не имею. Ландау говорил, кто хорошо знает физику, может даже ребенку растолковать, что такое закон относительности. А кто знает плохо… Те идут в учителя. Но это уже не Ландау, это из местного фольклора. Неучи придумали, чтобы свои грехи свалить на преподавателей. Вас как зовут? Меня Юрием. Бывает — Владимировичем.

— Можете звать меня Щасвирнусом. Раз уж вы о нем, глядя на мое лицо, вспомнили. Это не важно. А как вы разный цвет кожи у людей объясняете?

— Никак. По одной версии, это связано с питанием — например, когда скандинавы питались рыбой, у них были светлые волосы. А может, климатическими условиями — негры вот жили в Африке…

— И загорели? А ведь по логике вещей у них кожа должна быть приспособлена для отражения солнечных лучей, чтобы тела не перегревались. И белые волосы предохраняли мозги от закипания.

— А вы-то сами знаете, почему негры черные, а китайцы желтые?

— Знаю, — протелепатировал Щасвирнус. — Сперва все обитатели Земли были одноцветными. Согласитесь, Юрий, гипотеза о том, что четыре группы обезьян на разных материках превратились в белых, желтых, красных и черных людей, не выдерживает никакой критики. И другие общепринятые теории — тоже.

— Согласен, — радостно подумал я. Давненько не доводилось мне вести такой приятной беседы, даром что собеседником моим был пятнистый Щасвирнус.

— Развивалась цивилизация одноцветных людей, по здешним меркам, успешно. Вступив в атомную эру, они ухитрились не уничтожить друг друга, а создать фотонные звездолеты и посетить на них все планеты Солнечной системы.

А потом отправили несколько экспедиций к ближайшим звездам, и тут произошла катастрофа. Слыхали про Атлантиду?

— Слыхал, но…

— «…Когда пришел срок для невиданных землетрясений и наводнений, за одни ужасные сутки… Атлантида исчезла, погрузившись в пучину», — процитировал Щасвирнус. — Платон, «Тимей».

— Кажется, именно по поводу платоновской Атлантиды Аристотель изрек свое сакраментальное: «Платон мне друг, но истина дороже»?

— Что сказал Аристотель, к делу не относится. Факт тот, что катастрофа имела место и была зафиксирована уцелевшими на разных материках людьми. Сохранилось, например, три кодекса майя, находящимся в мадридской библиотеке, и в одном из них есть описание катастрофы, уничтожившей Атлантиду: «Шестого года К'ан, в одиннадцатый день Мулук месяца Сан, начались ужасные землетрясения… В результате их жертвой стала страна My… Она исчезла в течение одной ночи… Земля расступилась, и десять стран, разорвавшись на части, были уничтожены. Они погибли вместе с населением, насчитывающим шестьдесят четыре миллиона человек за восемь тысяч шестьдесят лет до написания этой книги».

У индейцев племени навахо существует легенда о том, что «с неба спустился Бог в виде огненного столба и, уничтожая все вокруг, с оглушительным грохотом скрылся под землю». Европейские и азиатские свидетельства о потопе я, с вашего позволения, цитировать не буду. Если вы знаете про Платона и Аристотеля…

— Знаю, — промыслил я. — А из-за чего, по вашему мнению, эта катастрофа произошла?

— Версий существует множество, но это не имеет отношения к нашему разговору. Ничуть не хуже других выглядит, к примеру, теория американского исследователя Отто Мака, работавшего с календарями майя, обнаруженными в храме Солнца в Паленке. Он уверен, что катастрофа произошла в момент тройного затмения Солнца, Луны и Венеры, которое привело к захвату астероида, проходившего рядом с Солнцем. Под влиянием массы Венеры астероид сменил курс и столкнулся с Землей. По мнению Мака, именно это столкновение послужило причиной гибели Атлантиды и отбросило существовавшую некогда цивилизацию на тысячелетия назад.